Детские

Потом доктор попросил снять рубашку. Сашка отпрянул назад и прижался к бабушке. -        Он у нас уколов боится - пояснила бабушка врачу, стягивая с внука рубашку с недорастёгнутыми пуговицами через голову. -        Уколов мы делать не будем - серьёзно пообещал доктор перепуганному Сашке. - Я тебя…

…бородач открывает шкатулку, в ней на бархатной подушечке лежит металлическая подвеска. — Доченька, возьми это, — мама протягивает ей красивого зайчика. Фигурка касается пальцев, обжигает их холодом, как будто зайчика принесли в дом с мороза, ладошку покалывает. Ощущение неожиданное…

Приходит старик домой и видит: стоит большая новая изба. Вышла к нему навстречу старуха и говорит: «Дом-то у нас богатый, да дровец нет, поди, наруби дров». Пошел опять старик в лес, стукнул топором в пень, выскочил коток и говорит: «Меня, кота, будишь, мне спать не даешь! Чего тебе, старик, надо?» «Старуха…

— Просто волны швыряют какое-то бревно, а ты себе напридумывала, — обиделась Юлька, отложила бинокль и надела кофту, потому что подул ветер. Она не любит сильный ветер, хотя он так приятно бросается в лицо и ерошит волосы. Я всегда распускаю хвост, прежде чем спуститься с холма на пляж. Пусть волосы…

Видимо, мисс Ларк забыла, что Робертсон Эй Абсолютно часов не наблюдает и может где угодно заснуть: хоть на траве под высокой Акацией, хоть в саду, где цветут Азалии, хоть в Амбаре, рядом с мышами. А самое любимое его место — на Антресолях, под самой крышей. Там его никто не беспокоит. Б Раз у нас…

У Элинор уже началась вторая неделя на работе, и однажды она отправилась по лестнице наверх через два этажа — отнести коллеге в другой отдел документ огромной важности: он был нужен там незамедлительно, иначе весь мир перестанет вращаться. Открывая дверь, Элинор изо всех сил решила, что не станет обращать…

– Я слышала шум и крики, что случилось? Где муж мой? – спросила она величаво, как будто на княжеском приеме. – Измена. Бояре убили Андрея Юрьевича. Бери княжича, собирайся. Михаил, тяжело дыша, прислонился к стене. Недавняя контузия давала о себе знать: предметы потеряли четкость, перед глазами плавали…

— Да, слышал, читал о нем в журнале «Ди голдене кейт». Кроме того, я читал его стихи в антологии идишской поэзии. — Да, я писал о нем. У меня есть книга его стихов. Он был небожителем. Мы жили на одной улице, в соседних домах. Он был из очень бедной семьи. Необъяснимо было, откуда у него столько знаний,…

— После твоего объяснения все встало на свои места, — призналась Филиппа. — Я рада, что ты так считаешь, дорогая. — Миссис Гонт улыбнулась. — Я тоже так считаю, — сказал Джон. — Ты просто хочешь уберечь нас от зла, правда? Миссис Гонт кивнула. — Я же мать, — сказала она. — Уберечь вас от зла…

— Папа, перестань. Это не смешно. Ты пугаешь маму. И тут он начал смеяться. Или нет, не он. Это был девичий смех, словно внутри него сидела какая-то незнакомая и неприятная, даже вредная девица. Кто это? Или… что? Холодные безжизненные глаза, которые совершенно не соответствовали веселенькому…

Ника еще раздумывала о хрупкости бытия вообще, когда услышала, как щелкнул замок входной двери. Она отложила книгу, улыбнулась прозрачным игрушкам из своей коллекции и вышла в коридор. Там переобувался ее отец. — Привет, папа! — поздоровалась с ним Ника. — И тебя приветствую, дочка! — отозвался Николай…

И вот однажды — было это в начале апреля, когда солнце ласково пригревало, — наступил тот великий час, когда матушка Фридезинхен впервые вывела своих детей наверх. Как же барсучата встревожились, когда, выбираясь из норы, впервые увидели свет! Малышам даже страшно стало. Фридезинхен пришлось их…

— Ты не заболел? — осторожно спросил я. Он энергично помотал головой. Лоб у него был холодный. — Так что же случилось, Володька? Он виновато пожал плечами. — Пошли,— решительно сказал я. Дома я сразу же погнал Володьку под горячий душ. Пока он плескался в ванной, я устроил мокрого Митьку у…

— Зато мы плаваем! — гордо сказали пингвины. И правда: пингвины — первоклассные пловцы. Но попробуй переспорь пингвина — если он что-то вбил себе в голову, его не переубедишь. — Пусть так, — настаивал маленький пингвин. — Но на бабочку Бог потратил больше времени. Она может летать туда-сюда, а мы…

Трикси постучала колечком по шкатулке, а затем пропела уже знакомое заклинание: – От козней злобной королевы Спасут нас три бесстрашных девы! Слова тут же отразились в зеркале, а уже через пару секунд фейерверком взмыли под потолок и мерцающим облаком завертелись вокруг подружек. – Вперёд, в Тайное…

– Вижу! – крикнула она. – Волшебная гора! – Да тише ты! – сердито шикнула Саммер. Жасмин испуганно зажала рот ладошкой и выпрямилась. Несколько минут девочки сидели, не смея двинуть ни рукой, ни ногой, и прислушивались. Но в доме по-прежнему царила тишина. – Ф-фу-у, – облегчённо выдохнула Элли. Подружки…

— Смотри, Фрэнк, это и есть «К-35», — раздался приглушенный голос Генриха. Вспыхнул фонарь, и луч света вырвал из темноты железное существо. Кипс спал. Он был среднего человеческого роста, с большими ногами, широким туловищем и толстыми короткими руками. На круглой голове его около правого глаза находилась…

* * * На другой день на первой же перемене мужская половина третьего «Б» окружила Бузыкина тесным кольцом в углу коридора. — Рассказывай! — потребовали ребята почти в один голос. — Рассказывай! — передразнил их Бузыкин. — И за большую перемену всего не расскажешь. Чур — после уроков на пустыре...…

Гостья грациозно вильнула хвостом, теперь уже не беличьим, а раздвоенным, как у ласточки, подпрыгнула на двух — впрочем, может быть, и на трёх? — лапках и отвесила несколько поклонов своей серьёзной круглой головой. Астронавтам почему-то сразу же показалось, что это существо — именно гостья, а не гость……

—  Мидори. — В тоне отца послышались строгие нот­ки. — Такие выражения не подобают воспитанной леди. —  А я и не леди, — сказала дочь. Она использовала «ори» — грубое, мужское значение слова «я», которым часто пользовалась в общении с подругами. Необходимость пользоваться «женским языком»…