Детская проза

Коза сразу повеселела. Она сняла шарфик, вытерла ножки о коврик и пошла по коридору. Первым делом я ее в ванную отправила. – Иди, – говорю, – приведи себя в порядок. А мы пока поговорим. – Поговорите, – разрешила коза. – Только ты, бабулечка, помни, я к тебе пришла. Твое слово главное! – сказала…

Вот другой пример. Лет шесть назад в Научно-исследовательский институт биологии Харьковского университета принесли большую и подробную карту Советского Союза. Карту? В Институт биологии? Да зачем? Карту эту повесили на стену, и начался долгий и кропотливый труд, работники института стали кружочками…

И побежала к жакаранде. Думательная ветка О лли полезла на дерево. Шлем она надела не зря: сегодня девочке хотелось забраться на самую верхнюю ветку, где лучше всего думалось. Раз-два, подтянуться! Раз-два, оттолкнуться! И вот она уже на месте – удобно устроилась в уютной развилке…

Существовали общие правила и отдельные правила кухни, правила ванных комнат и правила лестниц, правила подвалов и правила улицы, правила второго этажа и первого, правила одежды, правила стирки, правила уборки, правила в соответствии с правилами, действующими, опять-таки, в соответствии с правилами. …

– Вставай, пора в школу. Антошка накрылся с головой одеялом, что означало «ещё пять минут полежу». Но в щёлку он увидел маму, как всегда, в красивом халатике с оборками, аккуратно причёсанными светлыми короткими волосами, задумчивыми карими глазами. – Вставай! – ещё более требовательно сказала мама…

– У меня, знаете, дело такое: я теперь Яандреевым стал. Нельзя ли в журнале изменить. Чтобы я на «Я» начинался. – Что за фокусы? – говорит Александра Петровна. – Это совсем не фокусы. Просто мне это очень важно. Я тогда сразу отличником буду. – Ах, вот оно что! Тогда можно. Иди, Яандреев, урок…

Третьим игроком из седьмого класса стала Кара Питерс. Кэти совершенно не выносила Кару, одну из лучших подружек Эми Мэннеринг, заклятого врага тройняшек. Хотя глупо было отрицать, что Кара неплохо играет в футбол. На самом деле Кара играла так же хорошо, как и Кэти, но признать это было невыносимо трудно.…

– Ну и гадость! Знает же, что я ненавижу яйца! Всё назло делает! – Петя обреченно подошел к окну. Было раннее утро. Весна уже полновластно вступила в свои законные права. Тротуары были сухими, и только на детской площадке с остатками двух песочниц и сломанными качелями кое-где блестели лужи. А в тени…

А вечером выяснилось, что на машину не хватало денег и поэтому пианино продали. Его старое пианино, с расстроенной клавишей «до» и западавшей левой педалью. Вместо пианино зиял пустой угол, выцветший кусок обоев, хлопья пыли в паутине. Борис плакал, а его старший брат смеялся. Так хохотал, что оттопыренные…

Аиша поставила коробку на кровать. Внутри лежали теннисная ракетка, очки для плавания, крикетная бита и великое множество наклеек с футболистами. Спорт Аиша любила больше всего на свете. И тут в дверь позвонили! – Я открою! – крикнула Аиша и ринулась вниз по лестнице. Распахнув дверь,…

– Не говори глупости! – ответила Марта, хотя знала не больше брата. Но что, если страшное можно заговорить, заколдовать, отогнать? Думать о хорошем, надеяться на хорошее, говорить о хорошем – и будет всё хорошо. – Думаю, она чувствует себя довольно плохо, – пробормотал папа, и Марта заметила, как он…

Но девочка не отвечает и смотрит в потолок неподвижными, невесёлыми глазами. У неё ничего не болит и даже нету жару. Но она худеет и слабеет с каждым днём. Что бы с ней ни делали, ей всё равно, и ничего ей не нужно. Так лежит она целые дни и целые ночи, тихая, печальная. Иногда она задремлет на полчаса,…

Ира Станиславна – преподаватель истории и их классный руководитель – затащила в кабинет большой черный мешок, проволокла через весь класс, прислонила его к стене у доски. И разогнулась, заправила волосы за уши. Увидев лицо учительницы, школьники вылупились в полном обалдении: по «шоколадности» загара…

Густые, грязно-синие сумерки колотились в окно упорным, трехдневного возраста дождем. На лице Тимофея лежала раскрытая «Химия». Он не спал. Было страшно и скучно. Страшно идти утром в школу, где никто и ничто не избавит его от этой самой «Химии». Скучно было по той же причине. – Последний день каникул,–…

И еще. Я ненавижу запятые. Если можно обойтись без них – я их и не печатаю. Наш учитель литературы говорит: запятая означает что надо ненадолго остановиться. А я постоянно останавливаюсь хочу я того или нет. Причем надолго. Так что я стараюсь не печатать запятушек. Я лучше напечатаю квадриллион «и».…

– Ага, в другой раз! – обиженно воскликнула девушка. – Тащиться через пол-Москвы за светильниками в свой выходной, чтобы приехать в другой раз! – А сколько не хватает-то? – спросил Денис. Девушка покраснела. – Сто рублей не хватает, – сказала кассирша. Денис порылся в джинсах – хорошо, что он…

На втором без труда угадывался почерк профессора. – Это – письмо, написанное неким Бакулой князю Вячеславу. Восьмой век. Датировать можно довольно точно – в нём упоминается летнее солнечное затмение, такое было в те годы всего одно. – Восьмой век? Но письменность… – Да – да. Ни глаголицы, ни кириллицы…

Джимми Харрисон охнул и покосился на сына. – Откуда у неё этот безумный блеск в глазах? – Он там всегда, – пошутил Марк, и Ева тяжело вздохнула. – Дедушка, может, ты заберёшь Микки? – Кого? – Пап, лучше не спрашивай, – предупредил его Марк, но было уже поздно. – Микки – чудесный ослик с длинными…

– Значит, нам не из-за чего ссориться! – обрадовался Слава. – Конечно, не из-за чего, – согласился Витя. Оба мальчика снова уселись на одну парту. – Вот тебе и Рекс, вот тебе и Кекс. Противная собака, две двойки мы из-за неё схватили! И подумать только, из-за чего люди ссорятся!.. …

– Правда что ли? – Ариадна недоверчиво посмотрела на маму. Вообще-то она любила садик: там друзья и всегда происходит что-то интересное. Но разве можно себе представить веселье, когда за окном такая темнотища? – А как же! Мы сейчас тепло оденемся и, знаешь – что? Чтобы не было так темно, возьмем с…