Детская проза

Лоб и глаза… Это и был мой отец. Мама же обладала всем, без чего, по моему мнению, просто не мог обойтись красивый человек. Сами собой, как дикорастущие, вились ее волосы. Глаза были зелены, точно поле. Нос, губы и зубы каким-то образом избежали даже малейших изъянов, а шею грех было прикрывать воротником…

И вместо оазиса — деревенька в две усадьбы. Избы потонули в снегу по окна, глядели слепо, но из труб шёл длинный прямой дым, и шофёр Амосов объявил, что будет налимья уха. Это всем очень понравилось. Затихли голоса моторов, и стали громче простуженные шофёрские голоса, которые как будто пахли соляркой…

Мой любимый напиток темное пиво. Шутка. Однажды я и правда хлебнула пива, но мне не понравилось. Моя любимая игра мазаться гримом. У Адели тумбочка битком набита косметикой, и однажды мы с Луизой немного подурачились в ее комнате. Луиза накрасилась по-взрослому, никакого воображения. А я зачернила…

— Здравствуйте, ребята! — говорит Анна Ивановна. — Здравствуйте, мои дорогие второклассники! Тут все ребята бросаются к Анне Ивановне, хватают за руки, обнимают ее… Анна Ивановна на минутку выпускает шоколадную руку девочки и обнимает своих второклассников, с которыми в прошлом году…

В доме чувствовался праздник. Мама, в своём лучшем платье, сидела с папой в столовой и ждала детей. Сверху доносился весёлый шум. И вот они, шестеро детей, спускаются по лестнице и тремя парами входят в столовую. Впереди идут Маняша с Митей, за ними Оля с Володей и Аня с Сашей. У каждого за спиной…

Лешка обязательно обнимает ее и целует. А потом удаляется в свою комнату. Потом Лешка поест, обзовет нас Сергунями и Танюнями, и будь здоров — или снова в свою комнату запирается, или вообще куда-то уходит. Он взрослый, у него дела. А мама перешивает на меня Вовкино пальто, которое раньше носил Лешка.…

— Это всё? Фотография мёртвой девицы? — девушка на фотографии определённо не выглядела живой. — Почему вы решили, что она мертва? — Это не так? Мора не привыкла к тому, что на её вопросы кто-то отвечает вопросами. Взгляд прозрачных глаз буквально воткнулся в сидящего в кресле…

Заглянула в соседнее помещение. История города, послереволюционный период, фотографии, документы, в углу «максим», рядом длинная красноармейская шинель, вся истрепанная. Девятнадцатый год, двадцатый, двадцать первый… На снимке группа худых оборванных людей. Три-четыре старика, несколько старух, с десяток…

И тут я вдруг подумал: ведь все было не так, совсем не так. Нет… конечно, в учебнике все правильно: «Крестьянин работает с утра до позднего вечера: устает он…» Ну, а какой был этот крестьянин? Какие у него были глаза, брови, рот, как он улыбался? Мне очень захотелось увидеть его. И поле, на котором он…

Его вопрос поднял во мне целый ворох мыслей. В юности счастье кажется чем-то сказочным, вроде принцессы на стеклянной горе и нужно совсем немного, всего лишь Золотой конь, чтобы добраться до заветной цели. С годами человек довольствуется гораздо меньшим — встретишь хорошего друга, повезет с работой —…

— Разрешите вам помочь, — сказали они. — Наверно, вы не очень-то умеете обращаться с такими малышами? И хотя на вид все они были добрые, Авроре они не понравились. Она даже испугалась, что папа отдаст им Сократика. Но папа сказал: — Благодарю вас. Мы с Авророй привыкли справляться…

Отец описывает, как в 1937 году арестовали его отца, моего деда, который работал в Тогульской средней школе учителем. За ним пришли ночью: «…Наконец, Куклин (начальник районного НКВД) поднялся со стула, сказал отцу: — Все-таки придется вам с нами пойти… — Зачем? — растерянно спросила…

Фрэнки... Ага! В это время Фрэнки, должно быть, собирается составить список всех, кто готов к вылазке в Вест-Энд или желает после полудня побродить по рынку в Кэмдене. Хотя нет, на этот раз ее субботнее утро отличается от всех остальных, потому что она, скорее всего, наводит порядок после вчерашней вечеринки.…

Это она о курении. Целый год прошел, а ведь помнит. – И не ввязывайся ни в какие авантюры, – добавила она. – Хорошо, мам. Ты не волнуйся, – я отвернулась, чтобы скрыть выступившие на глазах слезы. Какие там авантюры – так и стану ходить за классной как привязанная все то время,…

Клюквинка. 1969. ДАШКА – ЛАКОМКА Когда был котёнком, ничем не отличался от своих братьев и сестёр. Характер у него оказался лёгким. Он послушно играл в навязываемые игры. Ему нравилось качаться на шторах, забираться на диванную спинку и прыгать на колени девочкам. Шерсть у него была длинная,…

— Где остановился Антигон? — спросил Эпикур. — В доме Антипатра. Гиерокл привел из Пирея солдат и поставил их вокруг дома. — Напрасная предосторожность, — сказал Эпикур. — Антигон здесь в большей безопасности, чем в Македонии: преданность афинян царю поразительна. — Тебя это возмущает, учитель?…

Сергей Кулиш, ученик 9 «А» класса школы имени Гены Воронова села Вульбы, Черниговской области. Глава первая КОРРИДА Тысячелетние стены домов Мадрида украсили огромные афиши, напечатанные в две краски — оранжевую и черную: «На центральном стадионе имени кровавого диктатора Франко…

— Не могу, — говорит Танька, — мы с мамой в парикмахерскую идём. Будто бы причёска, важнее сокровищ. Всё равно: девчонка — она и есть девчонка. — Тогда вечером давай, — предлагаю я. — Давай, — говорит Танька. И мы по домам разбежались. Я домой захожу, и тут меня как стукнет: карта ж пиратская…

Плывем, а все как будто на месте стоим. Бегут нам навстречу два берега. Два?.. Да нет, все четыре берега: два настоящие, а два темные, рябоватые, те, что в воде. Жара. Мне захотелось искупаться. Отец говорит: — Ты покрепче за плот держись, потому что как бы не унесло. Будто я сам не знаю! Оторвет…

«Кто же он, этот вор? — думал дед и перебирал в памяти наиболее подозрительных хуторян: — Степан Карпушин? Нет, он человек хоть и забурунный, а колхозного добра не тронет. Разве — Иван Квитка? Э-э нет, жинка Ивана в хату с ворованным не пустит, а то еще и в правление прибежит, заявит. Настю я знаю. Справедливая…