Чтение онлайн

— Всем известно то, что на руку власти, — мягко ответил Орислав. — Ребёнок у нашего правителя есть, хоть и внебрачный. Однако за неимением других законных наследников престола он вполне сможет занять трон владыки.

— Вот это да… — ошалело вытаращилась я на мужчину, выпучив глаза. — Царский наследник в нашей тмутаракани?! Что за шутка?!

— Лучшего места для того, чтобы спрятать мальчишку, не придумаешь: провинциальная академия у Лихо на куличках… — усмехнулся Орислав. — Ну кто в здравом уме подумает, что царь отправит в такую глушь своего единственного, пусть и незаконнорождённого, отпрыска?!

— Здравая мысль… Наверное… — пробормотала я, всё ещё пытаясь осознать услышанное.

— Вот я и явился под предлогом расследования — присмотреть за венценосным идиотом и попутно выяснить, не прознали ли оборцы о нём. Всё ж их активность именно в этой местности была подозрительна.

— И кто же он? Или это тайна государственной важности? — мне ужасно хотелось узнать имя, но ни единого варианта в моей голове почему-то так и не родилось.

— Если пообещаешь сохранить это в тайне, я расскажу… — искренне улыбнулся дознаватель, весело мне подмигнув.

— Клянусь всеми своими молочными зубами! — серьёзно выпалила я нашу с Младом детскую присказку, и Орислав звонко расхохотался, на мгновение став похожим на обычного человека, а не грозного дознавателя.

— В общем-то, ты с ним хорошо знакома, хотя не могу сказать, что я этому рад… Порой ваше общение доводило меня до белого каления. Это Гасар, Раска... Вилов — сын царя.

— Не может быть… — ошарашенно выдохнула я, однако мозаика в моей голове вдруг сложилась в поражающую своей отчётливостью картину. — Вот это да! Так вот почему ты к нему так относился. Значит, никакого ареста на балу не было?

— Нет, конечно, — отрицательно покачал темноволосой головой Савосский. — Торжество пришлось быстренько свернуть, так как поступили сведения, что на ректора хотят совершить покушение. Является ли целью ещё и Гасар, было неясно, потому было решено удалить их обоих с праздника от греха подальше. К тому времени нам казалось, что почти вся оборская сеть уже распутана, на крючке были парочка преподавателей и студентов… Но, как понимаешь, мы слишком многое оставили без должного внимания.

— Ты про тари Беляну?

— Именно, — кивнул Орислав. — Я с самого начала подозревал, что с ней что-то нечисто. Стал даже за ней приударять, пытаясь выудить нужную мне информацию, но то ли она слишком умна, то ли я был неубедителен… Ведь все мои мысли тогда и сейчас были о другой…

— О ком же? — понимая, к чему он ведёт, тихо спросила я. Моё сердце забилось чаще, а в груди разливалась странная, волнующая теплота.

— О тебе, Раска, — его голос стал тише, но твёрже. — С первых минут. Едва тебя увидел — сразу пропал. Со мной такое впервые, странное чувство, надо сказать. Я как мог пытался избавиться от этого твоего наваждения, но с каждым днём увязал лишь сильнее и глубже. Да я даже ночью лепил эту дурацкую русалку, лишь бы увидеть поутру твою улыбку… Кому рассказать — поднимут на смех. Грозный дознаватель всея Боровишского царства и поплыл при виде девчонки…

— Так это был ты? — удивлённо выдохнула я, вспомнив наши снежные фигуры, украшавшие внутренний двор академии. По телу пробежала дрожь удовольствия. Тёплая волна радости, смешанной с чем-то неуловимым, заставила румянец окрасить мои бледные щёки. — Спасибо! Ты тогда нам очень помог!

— Чувствовал себя идиотом, — ухмыльнувшись, признался Орислав, — но увидев на следующий день твою улыбку, отчётливо понял, что готов хоть каждую ночь морозить зад — лишь бы ты, неугомонная Раска Хвоя, была счастлива.

— Почему? — прошептала я, не в силах отвести взгляд.

— Да потому что люблю тебя, как неоперившийся дурак, — скороговоркой выпалил Савосский и замолчал, в упор уставившись на меня. Его голос, обычно твёрдый и властный, дрогнул на последнем слове. В глазах, обычно холодных и расчётливых, сейчас плескалось что-то такое открытое и уязвимое, что у меня перехватило дыхание. — Так сильно и безоговорочно, что порой самому страшно от избытка чувств, затопивших моё всегда такое скованное эмоциями тело!

Он подался вперёд, и я уловила слабый запах мяты и железа — его привычный аромат, который теперь казался мне до боли родным.

— Ого… — только и смогла я выдохнуть, не сумев подобрать нужных слов. Моё сердце застучало так громко, что, казалось, его биение отдавалось в ушах. Щеки заливала краска, а пальцы непроизвольно вцепились в край одеяла. Я пыталась собраться с мыслями, но они разлетались, как испуганные птицы.

Орислав чуть заметно улыбнулся — кривовато, нервно, совсем не так, как обычно. Он провёл рукой по волосам, взлохматив их ещё сильнее, и выдохнул, будто сбросил с плеч невидимую тяжесть.

— Я не жду от тебя ответных признаний, — серьёзно произнёс он, опустив взгляд на мои руки. — Хочу спросить лишь: позволишь ли ты мне за тобой ухаживать?

— Нет! Не позволю, господин дознаватель! — строго проговорила я, прищурившись, но в голосе уже звенела смешинка. — Я ПОТРЕБУЮ от вас ухаживаний! Самых что ни на есть романтических и слащавых! Чтобы цветы, прогулки под луной, стихи, написанные дрожащей рукой… И только попробуйте меня подвести — я вам тогда такое устрою, что все оборцы покажутся милыми ягнятами!

Орислав замер на мгновение, а потом громко расхохотался — искренне, от души, запрокинув голову назад. Этот смех, такой непривычный и оттого ещё более прекрасный, заставил моё сердце сделать тройной кульбит.

— Договорились, — выдохнул он, всё ещё улыбаясь. — Никаких полумер. Только самые романтичные и слащавые ухаживания, какие только видело Боровишское царство. Клянусь!

Он осторожно, почти благоговейно, взял мою руку в свою — тёплую, сильную, немного шершавую от мозолей. И в этот момент я отчётливо поняла, что пути назад уже не будет...

Несколько лет спустя

— Нет, ну вы только посмотрите на него! — бухтела я себе под нос недовольно, летя со скоростью лани по залитым утренним солнцем тротуарам столицы. Ветер развевал полы моего ярко-жёлтого платья, а волосы, выбившиеся из небрежного пучка, хлестали по щекам. — Какой наглец! И как это вообще называется? Пообещал одно, а на деле — совсем другое! Хам! Каждый день одно и то же! В который раз подводит меня! Ну я ему ещё покажу!

— Здравствуй, Милан! — поспешно прокричала я, влетая в главное управление царского следственного отдела.