Чтение онлайн

– Генерал!
– окликнул его майор.

– В чем дело?

– Мы перехватываем множество радиоразговоров в микроволновом диапазоне. Похоже, Иван приводит в боевую готовность свои ракетные полки. То же самое происходит на некоторых военно-морских базах. Срочные радиограммы из Москвы.

– Бог мой!
– Борштейн снова поднял трубку телефона.

***

– Такого никогда не было?
– спросила Эллиот.

– Это может показаться странным, но все обстоит именно так, - послышался голос генерала Борштейна.
– Даже во время Кубинского кризиса русские не приводили в боевую готовность свои межконтинентальные баллистические ракеты.

– Что-то трудно в это поверить, - фыркнул Фаулер.
– Никогда?

– Генерал прав, - заметил Райан.
– Причина тут в том, что их телефонная система с незапамятных времен в ужасном состоянии. Думаю, сейчас они привели ее, наконец, в достаточно хорошее...

– Что вы хотите этим сказать?

– Господин президент, воля Бога проявляется в мелочах. Приказы о приведении войск в боевую готовность посылаются голосом - мы делаем это именно так и Советы тоже. Телефонная система в России очень ненадежна, и никто не хочет пользоваться системой связи, которая в любую минуту может выйти из строя, для передачи приказов такого значения. Именно поэтому они вкладывают столько денег в ее перестройку, точно так же, как и мы вложили огромные средства в наши командные и контрольные системы. Теперь, подобно нам, они широко используют световоды и вдобавок целую новую сеть микроволновой релейной связи. Поэтому мы и перехватываем их передачи, - объяснил Джек.
– Рассеивание с их микроволновых ретрансляторов.

– Еще пара лет, и они полностью перейдут на световоды, вот тогда мы ничего не сможем узнать, - добавил генерал Фремонт.
– Мне не нравится это.

– И мне тоже, - согласился Райан, - однако мы в состоянии боевой готовности номер два, верно?

– Они не знают об этом. Мы не сообщили им этого, - сказала Лиз Эллиот.

– Если только русские не читают наши шифровки. Я ведь предупреждал вас, что у нас есть информация о том, что они подобрали ключ к нашим кодам.

– АНБ утверждает, что вы сошли с ума.

– Вполне возможно, но и АНБ не раз ошибалось.

– Каково ваше мнение о психическом состоянии Нармонова? По-видимому, он перепуган не меньше меня, подумал Райан.

– Сэр, я не могу ответить на этот вопрос.

– А ведь мы даже не знаем, с ним ли ведем переговоры, - вмешалась Эллиот.

– Я не могу согласиться с таким предположением, - резко ответил Райан. Единственный довод в его пользу исходит из моего управления, а мы сомневаемся в нем.
– Господи, и зачем только я представил им этот доклад, упрекнул он себя.

– Прекратите эту говорильню, Райан, - оборвал его Фаулер.
– Мне нужны факты, а не дискуссии. Вам это понятно?

– Сэр, я уже не раз обращал ваше внимание на то, что у нас пока недостаточно информации для определенного вывода.

***

– Чепуха, - заметил полковник, сидевший рядом с генералом Фремонтом.

– Почему вы так думаете?
– Командующий стратегической авиацией отвернулся от микрофона.

– Доктор Эллиот права, сэр. В ее рассуждениях есть своя логика.

– Господин президент, - донеслось из динамика, - по "горячей линии" поступает сообщение из Москвы.

ПРЕЗИДЕНТУ ФАУЛЕРУ:

НАМИ ТОЛЬКО ЧТО ПОЛУЧЕНЫ СВЕДЕНИЯ О ТОМ, ЧТО АМЕРИКАНСКАЯ ВОИНСКАЯ ЧАСТЬ БЕЗ ВСЯКОГО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ НАПАЛА НА НАШИ ВОЙСКА. МЫ ПОНЕСЛИ ТЯЖЕЛЫЕ ПОТЕРИ. ПРОСИМ ОБЪЯСНИТЬ, ЧТО ПРОИСХОДИТ.

– Черт побери, - произнес Райан, глядя на текст.

– Хочу выслушать ваши точки зрения, - послышался голос Фаулера по селекторной связи.

– Лучше всего ответить, что нам ничего не известно об этом инциденте, сказала Эллиот.
– Признавшись, что уже знаем об этом, мы возьмем на себя определенную ответственность.

– В такой момент, как сейчас, всякая ложь исключена, - твердо произнес Райан. Даже ему самому показалось, что он зашел слишком далеко. "Они не согласятся с твоей точкой зрения, Джек, если ты начнешь кричать", - добавил он себе.

– Скажи об этом Нармонову, - огрызнулась Эллиот.
– Не забудь, это они напали на нас.

– Да, по полученным нами сообщениям, но...

– Что же, по-вашему, Райан, наши люди обманывают?
– донесся из глубины горы Шайенн сердитый голос Борштейна.

– Нет, генерал, я так не считаю. Но в такое время сообщения могут оказаться ненадежными, и вам это известно не хуже меня!

– Если мы заявим, что нам ничего не известно, то в будущем сможем изменить свою позицию, и в данный момент нам не придется бросать им вызов, - продолжала настаивать советник по национальной безопасности.
– И почему они подняли этот вопрос именно сейчас?

– Господин президент, прежде вы были прокурором, - обратился к Фаулеру Райан, - и вам должно быть известно, как ненадежны могут быть заявления свидетелей. А если Нармонов задает нам этот вопрос искренне? Советую дать ему честный ответ.
– Джек повернулся к Гудли, который одобрительно кивнул.

– Роберт, мы имеем дело не с гражданскими лицами, а с профессиональными военными, а уж им-то следует уметь хорошо оценивать обстановку. Нармонов обвиняет нас в нападении на его войска, которого мы не совершали, - возразила Эллиот.
– Советские войска не начинают боевые действия без приказов. Следовательно, Нармонову должно быть известно, что его обвинение лживо. Если мы признаем, что нам известно о боевых действиях, создастся впечатление, будто мы соглашаемся со справедливостью его обвинений. Я не знаю, какую игру ведет он - или тот, кто находится на другом конце "горячей линии", - но если мы просто ответим, что не знаем, о чем идет речь, то тем самым выиграем время.

– Я категорически не согласен с такой точкой зрения, - произнес Джек, стараясь говорить как можно спокойнее.

ПРЕЗИДЕНТУ НАРМОНОВУ:

КАК ВАМ ИЗВЕСТНО, СЕЙЧАС Я ЗАНИМАЮСЬ ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ СОБЫТИЯМИ, ПРОИСШЕДШИМИ НА НАШЕЙ СОБСТВЕННОЙ ТЕРРИТОРИИ. БЛАГОДАРЮ ЗА ПОСЛАННЫЙ ВАМИ ЗАПРОС. Я УЖЕ ОТДАЛ ПРИКАЗ ВЫЯСНИТЬ СОСТОЯНИЕ ДЕЛ В БЕРЛИНЕ.

– Какие будут мнения?

– Этот сукин сын врет как сивый мерин, - заметил министр обороны.
– У них слишком совершенная система связи, чтобы это было правдой.

– Господи, Роберт, зачем лгать, когда я знаю, что ты лжешь?..
– произнес Нармонов, опустив голову. У советского президента возникли сейчас и другие вопросы. За последние два-три месяца его отношения с Америкой стали более прохладными. Когда Нармонов обратился с просьбой о предоставлении дополнительных кредитов, рассмотрение просьбы было отложено. Американцы настаивают на безусловном соблюдении соглашения о сокращении вооружений, хотя знают, в чем заключается причина задержки, и несмотря на то что он обещал Фаулеру при личной встрече принять неотложные меры. В чем причина ухудшения отношений? Почему Фаулер не выполняет данные им обещания? И чем он занимается в данный момент, черт побери?