Чтение онлайн

Отлично, у меня есть кого взять с собой. Тот же Антипов, думаю, будет рад посетить подобное мероприятие. У Шмиттов надо кого-нибудь из молодежи зацепить. Ну и там видно будет.

– Спасибо, - кивнул я.
– Довольно полезная штука.

– Вот уж это действительно ерунда, - отмахнулся он в свою очередь.

В этот момент в гостиную вошла его сестра. В такой же домашней одежде, как и в нашу первую встречу, с теми же очками на носу, которые ей по-прежнему шли. Эх, хоть и стервозна слегка, но красива, этого не отнять.

– Каори-сан, - поднялся я и отвесил поклон.

– Сакурай-сан, - поклонилась она в ответ и, повернувшись к брату, произнесла: - Аки, мне не нравится эта песня.

На что Акинари набрал воздуха и, так ничего и не сказав, выдохнул.

– То есть совсем?

– Тут нужен голос пониже моего.

– Еще ниже?
– вздохнул он.

Фига се она привередлива. Хотя с таким братом можно.

– Я, пожалуй, пойду, - произнес я осторожно.

– Не-не, подожди, - остановил меня Акинари.
– Ты же вроде тексты песен пишешь? Есть у тебя что-нибудь эпичное?

– Есть... но ты ведь понимаешь, что если надо под что-то конкретное...

– Ты еще и песни пишешь?
– удивилась Каори.

– Как минимум писал, - кивнул я.

– Для "Интера", - вставил Акинари.
– И садись уже, что стоишь.

Да я как бы уходить собрался...

– Для "Интера"?!
– широко раскрыла глаза девушка.

– Она у нас фанатка "Интера", - слегка улыбнулся ее брат.

– Фан... Фанатка - слишком сильно сказано, - попыталась успокоиться и произнести это безразлично Каори.
– Просто нравится несколько песен.

– А как же...

– Еще слово, и будешь сам петь свои песни, - навела она на брата указательный палец.

– Они не мои, но я тебя понял, - великодушно кивнул Акинари.
– Так что, Синдзи-кун, ты ведь говорил, что хочешь подарить ей песню.

Язык мой - враг мой.

– Почему бы и нет, - улыбнулся я вымученно.

– Подарить... Так, стоп, - повернулась она к брату.
– И ты хочешь, чтобы я свою песню пела в твоей игре? За просто так?

– Эм...
– заметался его взгляд с сестры на меня и обратно.
– Уверен, мы сможем договориться.

– Это будет главной темой, а не в конце игры в титрах, как обычно.

И что я тут делаю?

– Да ты как бы... Так, подожди, - потер он переносицу.
– Давай об этом в другой раз, ладно? Сейчас этот разговор, право слово, не вовремя.

Бросив на меня короткий взгляд, Каори снова обратилась к брату:

– Ты от меня не отвертишься, Аки, - и повернувшись в мою сторону: - Прошу прощения, если помешала вашему разговору, Сакурай-сан, - еще раз поклонилась девушка.
– Я действительно благодарна за ваш подарок.

Хлобысь, и я уже должен ей текст песни. Никаких сверхинтриг, обычное женское коварство.

– Не за что, Каори-сан, - кивнул я в ответ.
– На днях пришлю вам несколько песен, чтобы вы могли выбрать.

– Еще раз спасибо, Сакурай-сан, - еще один поклон.
– Не буду вам мешать.

Когда девушка скрылась из виду, Акинари произнес:

– Ты уж прости ее, да и меня заодно. Что-то я не подрасчитал, как пойдет разговор.

– Пустое, - повел я плечом.
– Мне не сложно. Только вот я и вправду должен идти, - улыбнулся я, извиняясь.

– Жаль, но понимаю. Пойдем, провожу, а то эти сестры такие звери - постоянно из-за угла нападают.

Пробраться в номер родителей оказалось не так-то и просто - пришлось вновь, как в старые добрые времена, просить помочь Фантика. Именно он сейчас сидел в фургоне неподалеку от гостиницы и контролировал камеры, доступ к которым получить тоже было нелегко. Из-за всей этой подготовки я лишь на следующий день смог начать операцию и к этому моменту уже три часа сидел в уголочке номера, наблюдая, как нянька присматривает за моей сестрой. Родители опять куда-то умотали, и, если верить наблюдателям в лице Вась-Вась, вовсе не с визитом к Кояма. Я чутка успокоился за это время, и до меня наконец дошло, что убивать родителей тоже не оптимальный выход, прямо сказать, так себе вариант. Ведь в этом случае я останусь всамделишным сиротой, и все ограничители с Кенты спадут. Но и оставлять все, как есть, нельзя. Вот и сижу теперь в надежде, что родаки проболтаются о чем-нибудь, за что их можно будет ухватить. Либо придётся ходить с козырей и шантажировать их Войцехом, что нежелательно. В конце концов, дрался с ним Карлик, и имя его мог узнать только он. Настоящее имя. В страну-то поляк прилетел по поддельному паспорту, и никто сейчас не в курсе, кто именно напал на моих людей. В базах полиции и иных структур этот тип не числился. Как вы понимаете, мне о таком тоже, по идее, знать не положено. Придется врать, что Карлик вышел на меня после того боя и продал это самое имя. Подозрительно, конечно, рискованно, но что делать? С другой стороны, родители не те люди, точнее, не владеют необходимыми знаниями и связями, чтобы зацепиться за такие мелочи.

Мелькала у меня мысль сестру похитить... Только это совсем бесперспективно. Начиная от их отношения к детям - взять меня для примера - и заканчивая тем, что мне просто не поверят. В смысле, не поверят, что я причиню ей вред. Да и проблем это вызовет как бы не больше. В общем, промелькнула такая мысль и исчезла. Я даже не обдумывал ее как следует - все-таки такое мне не по нутру. Даже хорошо, что в похищении нет никаких перспектив.

Родители вернулись ближе к ночи. Нянька уже давно уложила сестру и сидела в гостиной, читая книгу, время от времени поглядывая через открытую дверь в комнату со спящей девочкой. Вошедшие в номер Рафу и Этсу, чинно попрощавшись с нянькой, поблагодарили ее за работу и договорились о встрече на следующий день, после чего разбрелись по номеру. Этсу сразу же убежала в ванную, а Рафу, достав из-за пазухи какую-то старинную маску, положил ее на тумбу в гостиной и пошел навестить дочь. Разговор - нормальный разговор - они начали только через час, после того как оба приняли душ, а до этого лишь перекидывались ничего не значащими фразами.

– Фух, - упал в кресло Рафу.
– завтра надо идти к Кояма-сану. И так слишком долго его игнорировали.

– Еще и ему презент неси, - проворчала Этсу, которая, сидя у туалетного столика, размазывала по лицу какую-то жижу.
– Насколько же проще в других странах.

– Что ты все о мелочах? Для того и собирали все эти побрякушки.

– Ничего себе побрякушки, - посмотрела она на него в зеркало.
– Миллионы долларов, Рафу, это не побрякушки.

– Ну если только в деньгах считать...
– пожал он плечами.
– Да и то... Не стоит все оценивать в крашеной бумаге. Единственная стоящая вещь вон лежит, - мотнул он головой на тумбу, где до сих пор валялась та самая маска.
– Остальное - ерунда на подарки.

Уже, считай, не зря пришел. Масочку я у них уведу точно.

– Если бы не я, быть тебе побирушкой, милый, - заметила она, продолжая заниматься своим делом.
– Маска, конечно, бесценна, но что бы ты с ней делал без денег?

– Я не говорю, что ты совсем не права, но надо проще относиться к остальным артефактам.

– Куда уж проще, - хмыкнула Этсу.
– Но уж лучше Посредникам их отдать - все больше толку, чем подарок Кенте.

– Традиции...

– Да-да, я в курсе, - прервала она его.
– Я, как бы, тоже японка, не забыл? Я знаю, как вести себя в этой стране. Просто обидно выкидывать на ветер такие деньги. И давай уже не будем об этом. Лучше скажи, как теперь с Синдзи быть? Завтра разговор со стариком, и надо наконец определиться, а не зарывать голову в песок.

– С планом "А" мы пролетели, - вздохнул Рафу.
– С Синдзи, похоже, не договориться теперь.

– Спорное утверждение, - заметила Этсу.
– Можно попробовать немного приоткрыться, самую малость, намекнуть на огромную прибыль или другие плюсы. А там и родная кровь может помочь склонить его на нашу сторону.

– Рискованно, - покачал головой Рафу.
– Он, похоже, очень сильно на нас зол, как бы не кинул на полпути.

– Да, это вероятно, - вздохнула она.
– Теперь. И что он так взъелся на нас? Тебе не кажется, что тут могли Кояма поработать?