Чтение онлайн

— Ни слова больше, — повторил он. — Ни одно. Поняла?

Лера молча кивнула, всё ещё ошеломлённая. Губы дрожали. На языке стояло ещё десяток вопросов, но она чувствовала — сейчас не время. Позади неё раздался тихий смешок Егора, словно тот наслаждался тем, как меняется выражение лица его старого друга.

— Да брось, Макс, — лениво протянул Егор, — мы же вместе тогда были. Ты что, думаешь, я тебя сдаю? Или что она запомнила слишком много?

Лера замерла. Она чувствовала, что Макс слышит только её слова — не Егора. Но видела, как на каждую фразу, которую она озвучивала, у него меняется дыхание, напряжение в плечах, сжимается челюсть. Что бы ни скрывалось в прошлом Макса — оно было опасным. И речь шла не о матерых мутантах. А о людях. О приказах. О тайнах, которые не должны жить дольше операции. И сейчас Лера невольно озвучивала то, о чём никто, кроме Макса, знать не должен был.

Рената сидела на холодном полу, поджав ноги, и уткнулась лбом в колени, будто так можно было спрятаться от наваливающегося изнутри ощущения, что всё рушится. Она старалась дышать ровно, но воздух внезапно стал тяжёлым, как перед грозой. Паника подкрадывалась тихо, незаметно, а теперь сидела рядом, тенью, почти касаясь плеча.

Данила ходил по комнате взад-вперёд, слишком быстро, слишком резко, будто каждое движение — способ удержаться от собственных мыслей. Куртка на нём вздрагивала от шагов, сапоги цокали по полу, и это только сильнее давило на нервы. В глазах — тот же страх, что рос и у неё под рёбрами, и отчего становилось ещё хуже. Он время от времени бросал взгляд на дверь, как зверь, гадающий, оттуда ли придёт смерть.

Анатолий лежал, подперев спиной стену. Дышал тяжело, слишком глубоко, будто каждый вдох давался через боль, и на мгновения казалось, что грудная клетка сейчас треснет. Лицо его блёкло, серело, и от этого Ренату сковывало изнутри — слишком явный признак, что долго он так не протянет. Кровь уже не сочилась, но под бинтами всё было плохо, она чувствовала это сама, даже без медицинских знаний. Сколько ему осталось? Час? Два? Пока Макс и Дима не вернутся? Или они вообще не вернутся?..

Рената покачала головой, пытаясь отогнать мысли. Они были липкие, тяжёлые, и тянули её вниз, как груз. Она выдохнула, потёрла лицо руками и в этот момент услышала — сначала будто далеко, неразборчиво — слабый шум. Что-то… приближалось.

Она вскинула голову. Анатолий распахнул глаза, настороженно, как зверь, который учуял запах хищника. Губы его чуть дрогнули, а пальцы вцепились в край рюкзака, будто в оружие. Он тоже слышал. И Данила остановился — резко, будто об стену ударился. Его плечи напряглись, он медленно повернул голову к окну, к двери, к потолку — сам не понимая, откуда идёт звук. Шум нарастал. Гулкий, дрожащий, словно кто-то массой продавливает воздух. Или бежит. Или… множество «кто-то».

— Вы слышите?.. — шёпотом спросила Рената, хотя ответ и так был понятен.

— Слышим, — так же тихо сказал Данила, подойдя ближе к двери, но не решаясь вплотную к ней прикоснуться.

Анатолий медленно поднял взгляд к потолку, поморщился от боли, но попытался выпрямиться хоть немного. Шум всё рос. Уже было ясно — это не ветер. Не шаги одного человека. И не какой-то один мутант. Это было… много. Слишком много. И они все приближались.

Шум усиливался стремительно — будто кто-то огромный и злой рвал на клочья сам воздух, приближаясь с каждой секундой. Рената подняла голову, в висках стучало, горло пересохло. Данила замер, повернулся к двери, будто готов был броситься на первого, кто появится, но в его взгляде читалось то же самое, что и в её груди: страх. Нарастающий, липкий, неизбежный. Анатолий попытался приподняться, но только хрипло втянул воздух — рана не давала даже пошевелиться.

— Что это… — прошептала Рената, но не успела договорить.

Дверь взорвалась внутрь так резко, что осколки древесины пролетели над головами. В проёме на миг тенью возникла вытянутая, чёрная, уродливая фигура. Глаза — узкие, белёсые полоски; пасть — разорванная, будто её кто-то пытался растянуть до ушей. Ырка. И не одна.

— Бежим! — выкрикнул Данила, схватив Ренату за запястье.

Второй ырка ударил в стену, промахнувшись, но звук этого удара прошёл по костям вибрацией, будто дом получил трещину в основании. Анатолий попытался подняться ещё раз — тщетно. Он сжал зубы, выдавил:

— Уходите! Быстро!

— Не бросим! — выкрикнула Рената, но одновременно услышала, как позади треснул потолок — твари уже лезли отовсюду.

Данила не позволил ей даже подумать. Он подхватил Анатолия под плечи, заставляя того встать хотя бы на одну ногу, и буквально протолкнул обоих к заднему выходу. Рената схватила ржавый лом, валявшийся под стеной, и размахнулась — ударила по черной лапе, протянувшейся к ней из дыма и пыли. Ырк взвыл, отпрянул на шаг.

— Быстрее! — Данила почти нес Анатолия.

Твари выли, царапали стены, кое-где протискивались через проломы, но троица прорвалась наружу, спотыкаясь, царапая локти о бетон, но не останавливаясь. Сзади слышались шаги — быстрые, прерывистые, хищные. Рената понимала: если оглянется — потеряет темп, значит погибнет. Она бежала, не чувствуя ног.

Городские дома мелькали справа и слева, разбитые окна отражали их бег размытыми тенями. Где-то впереди слышались приглушённые голоса. Сначала ей показалось, что это звук крови и паники в ушах, но затем — отчётливее: человеческие.

— Вон! — выдохнул Данила, едва держась на ногах.

Из-за угла появились трое — и Рената узнала их сразу. Максим. Дима. И Лера.

— Рената?! — Лера сорвалась вперёд, глаза распахнуты.

Макс мгновенно вскинул оружие, перекрывая пространство за бегущей тройкой. Терпеливый, точный взгляд. Дима отскочил в сторону, прикрывая фланг.

— Сзади! — крикнула Рената, задыхаясь.

Ырки вылетели из тени почти одновременно — пятеро, может, шестеро. Черные, длинные, двигающиеся рывками, словно обрушивающиеся волнами. Макс открыл огонь первым, звук выстрелов разнёсся по пустой улице, отбиваясь от стен. Дима добавил очередь. Твари завыли, отступили — двое рухнули, ещё двое метнулись в сторону.

Лера схватила Ренату за руки, помогла удержаться на ногах.

— С вами всё?! — выдохнула она.

— Нет… но живы, — Рената едва могла говорить.

Макс удерживал прицел ровно, даже когда последний ырка бросился на него рывком — короткий выстрел, и чёрная туша отлетела в сторону, распластавшись на бетоне.

Тишина упала неожиданно тяжёлой.

— Внутрь! — коротко бросил Макс, оглядываясь и оценивая обстановку. — Их здесь слишком много. Нужно укрытие.

Он оглянулся на Анатолия, на рану, на то, как тот обвисает на руках Данилы.

— Он долго так не протянет, — сказал Дима.

— Найдём место. Закроемся. И лечим, чем сможем, — отрезал Макс.

Никто не спорил. Все понимали: сейчас главное — остаться живыми хотя бы ещё несколько минут. Город вокруг казался искажённым, будто сонным. Низкие дома, покосившиеся вывески, пустые перекрёстки, по которым гулял ветер. Ничего лишнего, но в каждой тени будто бы шевелилось нечто скрытое.

Лера чувствовала, как сухость стягивает её горло, когда она повторила:

— Егор говорит… идти за ним. Он знает, где можно укрыться. Там безопасно.