Чтение онлайн

Сиденье под ней снова начинает трансформироваться, сдвигаясь вперед. Спинка со скрежетом опускается, и помпезный трон становится чем-то вроде гинекологического кресла, на котором она неподвижно лежит с бесстыже раздвинутыми бедрами, не способная сопротивляться и защищать себя. От чего, черт возьми? Боже, он же не собирается…

– На самом деле трутню вовсе необязательно тебя целовать, – глумливо поясняет Крон, возвышаясь в изголовье импровизированного хрустального ложа. – Тебя же посвятили в правила. Могла бы и сама догадаться.

– Не бойся, не двигайся, – доносится до Каи успокаивающий голос Эйнара. Он приподнимается, накрывая ее своим телом, крупные мужские ладони бережно поглаживают кожу ее ног. – Я всё сделаю быстро.

Быстро? Он просто покорится и ничего не предпримет? Позволит извращенным ублюдкам кайфануть от онлайн-порнушки с их участием, чтобы потом смиренно пойти на казнь? Хотя… если сравнивать с контейнером с ядовитыми змеями, возможно, это не самая худшая смерть.

Черт, Кая, о чем ты вообще думаешь?

– Нет! – рявкает пчелка, извиваясь всем телом, и глухо стонет от нечеловеческой дикой боли.

– Пожалуйста, не сопротивляйся, – умоляет Эйнар, запуская пальцы в ее трусики и поглаживая абсолютно сухие половые губы. – Расслабься, ангел, или мы оба умрем.

– Я не ангел! Убери руки! – взбешенно рычит Кая, свирепо глядя в склонившееся над ней красивое лицо.

От недавнего восхищения его отвагой и смелостью не осталось и следа. Только ярость, гнев и недоумение. Будь она свободна, то расцарапала бы в кровь смазливую физиономию.

– Сейчас же! Я не шучу, Нэро, – она специально использует ненавистное ей сокращение его имени. – Сражайся, твою мать. Ты должен меня защищать, а не трахать по приказу!

– А я что, по-твоему, делаю? – растерянно и с откровенной обидой шепчет Эйнар, суетливо расстегивая свои чертовы брюки. – Мне жаль, что это происходит так… – виновато бормочет боец, просовывая руку между их телами, чтобы достать свой член, который, к ее ужасу, находится в рабочем состоянии. Как у него мог встать в подобной ситуации? Организаторы виагрой угостили или он такой же больной ублюдок, как притихшие в ожидании возбуждающего действа гости?

– Каталея, выбор по-прежнему за тобой. Никакого принуждения и насилия. Ты вправе отказаться от «смертельного поцелуя», – шелестит над ухом омерзительный голос Кроноса.

– Я отказываюсь, – почти обезумев от боли, кричит Кая.

– Тогда четвертый контейнер – твой, – цокнув языком, невозмутимо отвечает монстр. – Кровь взбудоражит голодных рыбок, и они с аппетитом полакомятся твоим телом. Но у тебя есть более приятная альтернатива. Посмотри на своего героя, пчелка. Ты же хотела его. Так возьми, и тогда на корм пираньям отправится он, а не ты.

– Не вздумай, Кая, – предостерегающе трясет головой Эйнар, гневно стискивая челюсти. – Играй по правилам!

– Нет никаких правил, – огрызается девушка, пытаясь уклониться от вторжения в свое тело. От потери сознания ее удерживает только адреналиновый коктейль ярости и боли, пульсирующий в крови. – Ты же сам говорил, что мне не дадут умереть.

– Забудь, что я говорил, – хрипит Эйнар, удерживая вес на локтях и продолжая тереться своим каменным членом о ее сжавшуюся плоть.

– Твоя секунда на размышления истекла. – Обхватив хрупкие скулы кожаной перчаткой, Кронос задирает голову девушки выше, вынуждая взглянуть в глаза. И теперь она не сомневается, а отчетливо слышит, как быстро течет ее кровь по пластиковым трубкам, подсоединенным к оковам с шипами, как к капельницам.

Боже, они и правда выкачивают из нее плазму?

Зачем???

Кажется, она задает эти вопросы вслух, потому что Крон внезапно издает удовлетворенный горловой звук.

– Безумный страх, адская боль и предсмертная агония вырабатывают в твоей крови мощное вещество, которое после лабораторной обработки превращается в сильнейший психоделический наркотик, изменяющий восприятие мира и заставляющий увидеть то, что скрыто от глаз обычных обывателей. Он дает нам силу, энергию и молодость.

– Адренохром? Но это миф! – от шока и дикого ужаса Кая нервно смеется. – Давно развеянный миф. Вы сошли с ума… Вы все тронулись умом.

– Любая религия – не более чем миф, пчелка, – философски произносит Крон, сдавливая ее скулы до хруста. – Но миллиарды людей на планете продолжают поклоняться своим богам в надежде на спасение и вечную загробную жизнь. Мне не нужно ни спасение, ни райские кущи, ни адское пекло. Кровь замученных до смерти породистых пчелок в разы эффективнее распространяющихся в Сети страшилок о принесенных в жертву младенцах. Сегодня я покланяюсь тебе, Каталея Гейден. И мне всё равно, умрешь ты или нет, я в любом случае останусь в прибыли.

– Ты псих, чудовище, – зажмурившись, Кая пытается осмыслить услышанное, но не выходит.

Бред сумасшедшего. Этого просто не может быть. Ни в этой реальности, ни в какой другой. Они помешались на мифических бреднях, придумав себе от скуки чудодейственное лекарство, удлиняющее жизнь. И разумеется, не обошлось без кровавых ритуалов. Гребаные сатанисты.

– Достаточно разговоров! – Оставив в покое ее лицо, Кронос отступает на шаг назад. – Каким будет твое решение, Каталея Гейден? Бассейн с голодными пираньями или обещанный твоим рыцарем быстрый секс?

– Кая, прошу тебя, – ткнувшись носом в ее висок, умоляет Эйнар. – Просто сделай так, как они хотят, – прижавшись губами к пульсирующей венке, шепчет он.

– Ты так торопишься сдохнуть, Нэро? – с презрением сипит девушка, прекращая сопротивляться. – Пожалуйста, я согласна.

– Прости, – отчаянно бормочет он, отодвигая полоску стрингов и делая бедрами осторожное поступательное движение. Но как бы Эйнар ни сдерживался и ни щадил ее тело, каждый толчок его члена накрывает девушку волной сокрушающей агонии.

– Быстрее, – не в силах терпеть чудовищную боль, Кая срывается на крик. Иглы беспощадно рвут нежную кожу в такт с ударами мужских бедер. Она неумолимо слабеет от стремительной потери крови и практически не чувствует самих фрикций, хотя, когда трахают на сухую, удовольствие не из приятных, но главный источник ее страданий не долбящийся между ног член Эйнара, а вгрызающиеся в плоть шипы.

В какой-то момент боль достигает наивысшей точки, из горла девушки вырывается отчаянный слабый хрип, свет меркнет, измученное сердце сдается, замедляя скачущий пульс. Окончательно сломавшись, пчелка выключается, погружаясь в мертвую тишину и безмолвие.