Улей. Трилогия
Шрифт:
– Не вздумай блевать. – С отвращением он грубо отталкивает ее от себя, и Кая с размаха ударяется спиной и затылком о стеклянную перегородку. – Трусливая, как мышь. Жалкая, никчемная, убогая пчелка… – сыплет уничижительными эпитетами, брезгливо вытирая свои перчатки влажным одноразовым полотенцем. – Ты всё еще дышишь только потому, что господин Мин выкупил твою бесполезную жизнь, но я с удовольствием отберу ее у тебя, когда ему станет так же скучно, как мне сейчас. – Швырнув использованную салфетку Кае в лицо, Кронос развернулся и стремительно направился к выходу. – За мной. Быстро.
Перепуганная девушка метнулась следом, ничего не видя перед собой и забыв о чертовых туфлях. Вывалившись в коридор, она спотыкается, но каким-то чудом умудряется сохранить равновесие и не врезаться в спину впереди идущему монстру.
– Оступишься еще раз – и я сломаю твои тощие ноги, – не оглядываясь, предупреждает Крон, и он явно не шутит. Чувство юмора свойственно только людям, а чудовищам оно ни к чему.
Оказавшись в лифте, Кая вжимается в прозрачную стену, мечтая стать ее частью. Чтобы не смотреть в лицо дьявола, устремляет взгляд на открывшийся вид на часть острова, которую ей еще не доводилось увидеть. Помимо башни «Улья», здесь есть и другие здания, не такие высокие, но не менее уникальные. Шесть двухэтажных на вид нежилых коттеджей расположены на одинаковом расстоянии друг от друга, и если соединить их одной линией, то снова получится гребаный гексагон. Строгие геометрические формы, оригинальные фасады, панорамное остекление, солнечные панели и ветрогенераторы на каждой крыше. В центре гигантской соты распложен шестиугольный бассейн, выложенный черно-белой шестиугольной плиткой. Больные, помешанные ублюдки выстроили себе мини-город, в котором главенствует одна и та же геометрическая фигура.
Изумленно округлив глаза, Кая замечает внизу оборудованный для отдыха белоснежный пляж с покачивающимися на ветру пальмами и причал с пришвартованными яхтами и катерами. Словно яркий кадр из глянцевого журнала, рассказывающий о райской жизни миллиардеров. Контраст красивой оболочки и ядовитого содержимого поражает воображение, внушая невольный трепет и изумление.
– Впечатляет? – насмешливо спрашивает Кронос, грубо вторгаясь в ее мысли. – Мой отец только мечтал построить нечто подобное, – не дождавшись ответа, продолжает он. – А я сделал. Всё, что ты видишь, – мое творение.
– А где сейчас ваш отец? – Вздрогнув, она бросает на мужчину беглый взгляд. Сложно поверить, что когда-то этот монстр был ребенком, чьим-то сыном…
– Давно сгнил в могиле. Я его убил, пчелка, – бесстрастно ответил Крон. – И убью любого, кто встанет у меня на пути, – с расстановкой добавляет он, выходя в открывшиеся двери лифта. – К этой теме мы еще вернемся… позже.
Глава 17
Игровая номер пять. Просторный адский склеп с высокими потолками, затемненными стенами и скрытыми в нишах балконами для размещения высокопоставленных гостей. Завеса плотного густого сумрака не позволяет девушке рассмотреть ни их лиц, ни даже очертаний фигур, ни примерно предположить, сколько демонов слетелось на новое дьявольское представление.
В прошлый раз Кая тоже остро ощущала, что, помимо нее, в игровой присутствуют наблюдатели, но была слишком дезориентирована стремительностью происходящих событий. Испытанные шок и страх не дали возможности сконцентрироваться на деталях. Кая видела только клетки с закованными в них жертвами и слышала приказы главного сценариста шоу. В одном Кая уверена на сто процентов: самого Габриэля Янга среди зрителей не было.
Почему? Хотела бы она знать ответ.
Возможно, его больше заводит роль кукловода, издалека дергающего за ниточки свою дорогую игрушку, нежели личное участие в организованном действе.
Присутствует ли Мин в игровой сегодня?
Вопрос временно открытый.
Сейчас всё ее внимание сосредоточено на огромном хрустальном троне, находящемся в центре ярко освещенного круга. По периметру окружности в качестве ограничителя расположена невысокая зеркальная стена, покрытая замысловатыми снежными рисунками. Пол внутри светового круга усыпан серебристым искусственным снегом. Нельзя не признать, что декорации выполнены на совесть и выглядят максимально естественно и натурально.
Пронизывающий холод, царящий в игровой, и крошечные песчинки медленно падающих снежинок усиливают атмосферу полного погружения. Всё происходящее и правда напоминает съемочную площадку с хорошим освещением и качественными декорациями.
– Шагай вперед, пчелка, – остановившись, Кронос подталкивает застывшую девушку вперед.
– Мне нужно забраться туда? – Оглянувшись, она неуверенно показывает на установленный на возвышении хрустальный трон, к которому ведут шесть ступеней, словно вырубленных из чистого льда.
– Ну, не мне же, – иронично отзывается монстр.
Странно, а она была почти уверена, что ему.
Нерешительно приблизившись к покрытой инеем зеркальной стене, Кая останавливается, потирая ладонями озябшие плечи, затем проходит в открывшийся проем и, стараясь не рухнуть на своих ходулях, медленно направляется к трону.
Самое сложное – подняться по ступеням, но пчелка справляется с поставленной задачей на удивление легко. Заметив на сиденье накидку из белоснежного меха, она без колебаний накидывает ее на себя. Теплее не становится, но так она чувствует себя гораздо более защищенной от липких взглядов зрителей, жадно следящих за каждым ее движением.
Ладно, с этим этапом справилась без потерь. Пока всё не так страшно, но вряд ли ей удастся тихонько отсидеться на троне до финала стрима. Слишком живо чудовищное воспоминание о смуглой красавице, под занавес шоу выловленной из бокала с кровавым мартини и в качестве десерта переданной возбужденным гостям.
Если для нее готовят нечто подобное…
Нет, каким бы конченым извращенцем ни был господин Мин, Кая не верит, что он отдаст свою дорогую куклу в общее пользование. Учитывая его реакцию на сорвавшийся минет Эйнару, этому психопату не чужды собственнические замашки.
Немного успокоившись, Кая неловко размещается на просторном сиденье, оказавшемся неожиданно теплым. Ублюдки разорились на подогрев? Страшно представить, чем вызвана подобная забота о ее детородных органах.
Откинув лишние мысли, девушка внимательно осматривается по сторонам. В качестве первой ассоциации в голове всплывает известная сказка Андерсена про Снежную королеву, восседающую на троне в своем ледяном дворце и пообещавшую украденному мальчику свободу, если тот сложит из осколков льда слово «вечность». В скандинавском фольклоре есть еще одна легенда о Ледяной Деве – Скади, олицетворяющей собой зиму и лед. Конец второй сказки более трагичен, но наверняка больше зайдет кровожадной публике «Улья». Полюбившийся Деве юноша погибает от ее смертоносного ледяного поцелуя. Судя по всему, роль Ледяной Девы или Снежной королевы сегодня досталась Кае, и в финале наверняка кто-то должен умереть. От поцелуя или как-то иначе… неважно. Стрим не закончится, пока на белый снег не прольется чья-то кровь, а значит, она должна сделать всё, чтобы эта кровь принадлежала не ей.
Нервно передернув плечами, Кая откидывается назад и, сделав глубокий вдох, кладет руки на подлокотники.
«Давайте, ублюдки, я готова».
По игровой проносится звуковой сигнал, оповещающий о старте стрима, в темных нишах слышится заметное оживление, и в следующую секунду запястья, локти, лодыжки, талию, шею и лоб девушки автоматически фиксируют металлические шипованные изнутри браслеты. Инстинктивно дернувшись, Кая сдавленно шипит. Десятки острых шипов одновременно впиваются ей в кожу. Адская парализующая боль на мгновение выключает ее сознание. Перед глазами плывет багровое марево, на глазах выступают слезы, в горле клокочет болезненный вопль.