Чтение онлайн

— Нет, Ахерон, больше всего мне хочется видеть их глазами. Полная свобода, простор. Ну и извращения, конечно. Алкоголь, наркотики. Да как все мы, по всем грехам прошелся бы. А здесь, с этим перемирием еще убивать нельзя. Одна радость — азарт торговли. Да и не всем она по вкусу. А так хотелось…

Молодой демон и так плохо говорил на русском языке. Забытое слово совсем остановило его. Ахенрон переключился на Лауру:

— Ты же не понимаешь, о чем мы говорим?

— Я вас вообще не понимаю. — Лаура находилась в полной апатии. И с безразличием на ходу осматривала всех демонов.

Ахерон, поглаживая ладонью дорогой пиджак, продолжил:

— Вот, например: привлекательная женщина средних лет вообще не вызывает у нас, молодых демонов эмоций.

Хофман, поворачивая за очередные развалины, прервал разговор:

— Какие там эмоции? По существу. Кто может знать о нахождении вашей дочери или молодого парня, которого вы встретили?

Лаура разволновалась, как только разговор зашел о ее дочери. Ничего не ответив, нервно замотала головой.

Хофмана это не удивило:

— Хельга уже говорила, что видела парня с Жаном. Значит, уже у этих увальней или один, или оба.

Идущий впереди демон в широких штанах и красной бейсболкой на голове остановился. Остановился метрах в ста пятидесяти от наполовину обрезного здания с табличкой «Универсам». И начал руководить подопечными:

— Ахерон, останься с Лаурой, а мы пойдем к этим ублюдкам. Живут за Разделом и ничего не боятся.

Подойдя ближе к лестнице главного входа, Слим ускорился, обгоняя Хельгу и Хофмана. Быстро поднявшись по ступеням, постучал три раза по железной двери.

— Давай, открывай!

— Вам не укрыться, — продолжила Хельга.

Через некоторое время на двери заскрежетала заслонка смотрового окна. В ней показалось лицо одного из братьев, который низким басом стал отвечать металлическо-звенящим голосам демонов:

— Что надо?

— Сосуд у вас? Или два. Чем больше, тем лучше.

— Только один. Да и зачем вам это знать. Все равно хрен его возьмете.

Хельга легкими прыжками поднялась по ступенькам, выставила перед собой руку с железной перчаткой — быстро отделяющиеся части начали залетать в отверстие смотрового окна — хаотично двигаясь по ту сторону двери, напоминали рой ос. Один кусок угодил в ногу Бориса и прошил голень на вылет. Борис осел на пол. Опираясь на автомат, как на трость, начал отползать. Магнитные куски уже не долетали до него, а по одному со шлепками стали прилипать к железной двери.

— Вот же сука! Глеб, ты видел? Как там Эд?

Демоны на широких ступенях магазина блокировали вход. Лаура стояла в стороне, наблюдая за происходящим.

Сверху, из-за угла плоской крыши показался Глеб — открыл огонь из ним же сооруженной бойницы, из лестницы-стремянки и квадратного люка в потолке. Очередь автомата пробороздила Слима сверху вниз, оставив полосу серых потеков. Демон начал рассыпаться в воздухе, превращаясь в тающее облако — одежда плавно опала, автомат с лязгом упал на ступени.

Хофман приподнялся и взмыл вверх. Направив ладони вниз, невидимой силой придал себе импульс. Запрыгнул на крышу, устремился к люку. По пути вынимая металлический зонт из-за спины, издал неестественный рык. Глеб судорожно ухватился за стальную крышку, стал пригибаться, закрывая бойницу. Успев в последний момент задвинуть засов, Глеб слез со стремянки. Подбежал к раненому брату, лежащему у вольера. Глядя на Бориса, он начал говорить, но уже не так уверенно, чем несколько минут назад:

— По-хорошему завалить надо Эда. Чтоб сосуд им не достался.

Меня как будто ударили словом. Завалить!!!

— Эй. Сектанты недоделанные, заканчивайте цирк. Белок наслушались, идиоты!

— Да что мы, по-твоему изверги, отморозки? Я вот вообще первый раз человека убил. Да и не человека вовсе — сказал раненый.

Засовы на дверях и люках начали подергиваться. Борис второпях посмотрел на ногу, затем на брата. Перевалившись на бок, достал ключ и провернул его в амбарном замке. Выпустив меня на волю, начал озвучивать план отхода:

— Братишь, ты иди впереди с Эдом, дай ему Макарова. А я за вами, если не буду успевать, не отвлекайтесь на меня.

Пока я вылезал из клетки и разминал затекшие конечности, братья перебинтовывали ногу и мастерили из досок костыль. Оторвавшись от работы, Борис обратился ко мне:

— Нет! Макарова дай мне, рука будет занята. А с плеча только Рэмбо стреляет.

Я взял автомат и передал пистолет. Дернул затвор и поставил на предохранитель. Не так давно на стрельбы с группой ходил, вот неожиданно и пригодилось. Из-за спины Глеба виднелся широкий ствол помпового ружья. Мы начали приближаться к кирпичной стене. Братья, как настоящие близнецы, стали действовать без слов, на интуитивном уровне. Мы с Борисом укрылись за колонну напротив кирпичной стены. Глеб побежал к стене, по пути подхватив одной рукой весомую кувалду. Размахивая ею в воздухе, с грохотом ударил — несколько кирпичей вылетела наружу. Он вынул из кармана гранату, вложил в образовавшийся проем — придерживая, выдернул кольцо — после чего резко устремился к нам. Как только он сел рядом со мной — раздался взрыв. Затем он подтянул бинты на ноге брата и вколол в ампулу обезболивающего. Почти моментально повеселел взгляд Бориса. Стало видно, что еще немного и костыль ему будет не нужен.

Засовы дергались все интенсивнее. Демоны снаружи становились все злее, если, конечно, это чувство у них есть. Царапая ржавую дверь, магнитные куски выписывали круг, совершив поворот, прилипли на стальной засов. Засов с грохотом дернулся в сторону — дверь распахнулась, осветив три фигуры худощавых существ на противоположной стороне магазина.

— Быстрее, быстрее. Вы что телитесь, ребятки, — послышалось впереди. Борис уже обгонял нас, ловко переваливаясь и занося костыль броском вперед. Перебравшись через проем в стене, он остановился у большого провала. Дожидаясь нас, начал прицеливаться в разорванную дыру кирпичной стены.

Я выбрался из проема и побежал. Страх. Четкие выверенные движения, как будто не мои. И все это будто не со мной. Когда мы забежали за линию огня. Борис нажал на спусковой крючок — пули прошли выше показавшейся в проеме Хельги, осыпая ее голову красным кирпичным порошком. Борис снова устремился вперед, к стене Раздела. Даже с перемотанной ногой он обогнал меня.

Демоны как будто парили над землей, еле задевая кончиками носков ботинок зеленую траву. Бежать требовалось все быстрее и быстрее. Оглянувшись, я заметил, что одетый как рэпер-демон вооружен стальным зонтом. Треугольная блестящая пластина с заточенными краями вылетела в направлении меня, пролетев совсем рядом, воткнулась в край обрыва, отколов кусок земли. Жар прильнул к лицу, ноги понесли быстрее. Мы перемахнули за небольшой бугорок и тут же разом начали стрельбу по преследователям. Серокожие, как один повалились на землю и стали перекатываться к ближайшим возвышенностям — в ответ зазвучали выстрелы. Передышка. Вот она, пожалуй, в нашу пользу: эти «серые» нисколько не устали.

Глеб, посмотрев на брата, перекинул взгляд на меня и принялся быстро объяснять:

— Четвероногие твари нас уже услышали — скоро будут здесь. Живут они в норах, — высунувшись ненадолго, он прошелся очередью по всем видимым возвышениям и тут же продолжил. — Их много нарыто. Одна возле стены Раздела, вроде бы ведет на ту сторону.

Я понял, что наше спасение туманно. Малая надежда.

— А твари, твари там? Как с ними?

— Понадеемся, что они сегодня в других норах, — проронил Глеб и продолжил объяснять план отступления: — Отползаем по одному. Ты, Борис, как раненный — первый. Если ползти по прямой, метров тридцать будешь незаметен. Эд, а ты еще и мутировать можешь — ползи второй. Я за тобой пригляжу.