Чтение онлайн

— Нет! — внезапно накрыл нас строгий голос инквизитора.

Мы трое с недоумением повернулись к нему.

— Господин Герран, что вы имеете в виду? — нахмурилась я, — Если вы думаете, что я лукавлю, то вы сильно ошибаетесь. Я говорю правду — это печенье во-первых имеет яркий запоминающийся вкус, а во-вторых, как нельзя лучше подходит к требованиям нашего поединка. Поэтому…

— Нет! — повышает голос инквизитор, чем вогнал нас в еще больший ступор, — С этим блюдом вам ни за что не победить!

— Но почему? — в голосе Лиры прорезались обиженные интонации и я ее прекрасно понимаю.

Печенья с таким ярким вкусом приготовит далеко не всякий кондитер и если кто-то, как наш инквизитор, считает иначе… что ж, значит, он просто не способен по-настоящему насладиться этим небольшим кулинарным шедевром.

— Потому что, как я и сказал ранее, в жюри будет сидеть Витольд Риттер, — припечатал инквизитор.

— И что? — никак не могла понять я, — Уверена, что даже он способен по достоинству оценить вкус этого десерта.

— А то, что с этим связана вторая новость, которую вы не успели дослушать, — холодно сверкнул глазами Себастьян, — Не знаю, в курсе вы или нет, но в последнее время Витольд одержим идеей создания единой кухни. То есть, таких заведений, которые использовали бы только те продукты, которые легко найти в любой части нашего королевства. А в идеале он хочет, чтобы и меню во всех этих заведениях совпадало.

— Звучит странно… к чему такие сложности? — помотала головой Лира.

— К тому, что если вы попробовали какое-то блюдо в столице, то вы сможете также насладиться его вкусом в любой другой точке королевства, не переживая, что рецептура будет изменена в угоду готовившему ее повару.

Я недовольно хмурюсь. Звучит прямо как заявка на создание фастфуда в этом мире. Даже интересно, эта идея Витольду пришла сама или же он, как и я, родом из другого мира?

— В общем, для чистоты эксперимента, на вашем кулинарном поединке будут присутствовать только те продукты, которые не составляет трудности найти в любом уголке нашей страны. И арония с миндалем, к сожалению, к ним не относятся. У этого печенья и правда незабываемый вкус… но что от него останется, если отсюда убрать самые главные ингредиенты?

Лира стиснула руки и отвернулась. По ее спине, которая ходила ходуном, мне было понятно, что она с трудом сдерживается, чтобы не заплакать. И мне, в свою очередь, было за нее так же обидно.

Я могу представить какого это. Экспериментировать с едой целую кучу времени и в тот самый момент, когда уже найдет тот неуловимый рецепт, за которым мы столько времени гонялись, приходит новость, что он не подходит. Все время и силы были потрачены зря.

Наверняка у Лиры сейчас внутри ощущение пустоты и обреченности. Мало того, что она старалась впустую, так мы снова не знаем что готовить на десерт.

Роза тут же кинулась успокаивать Лиру, а я сама стояла, не зная, куда себя деть.

— Мне очень жаль, но на это решение я повлиять не мог, — развел руками Себастьян, — Остальные судьи согласились с таким предложением. По их мнению, это должно уравнять шансы каждой из сторон, исключив использование экзотических ингредиентов.

Ну, с этой точки зрения он, может, и прав. Но от этого обида и разочарование не перестали быть менее болезненными.

— А вот теперь, нам уже надо ехать, — снова кинув быстрый взгляд на часы, объявил Себастьян.

Мы понуро вышли из таверны. На улице на уже ждала просторная карета с вытянувшимся по струнке кучером. Уже закрывая дверь, я спохватилась и, кинув через плечо: “Я кое что забыла, подождите пожалуйста одну минутку”, кинулась на кухню.

Там Сома, который выбрался из шкафа уже вовсю подъедал оставленные Лирой печеньки.

— Они же жирные, а ты и так круглый, — ахнула я, отбирая у него печенье.

— Отдай, они вкусные! — заканючил Сома.

— Не то слово, — согласилась я, — Но меру знать надо! А вообще, я вернулась сказать, чтобы ты не волновался.

— А я и не волнуюсь. Я и так знаю, что твоя готовка ни в какое сравнение с этим Ульрихом не идет, — горделиво приосанился он, будто речь шла не про мои кулинарные навыки, а про его, — И вообще, у меня такое ощущение, будто ты сама больше волнуешься.

— Это правда, — грустно усмехнулась я, — Как-то не задался день перед поединком. Все наперекосяк пошло.

— Не волнуйся, — обнял меня кот, и я с благодарностью прильнула к его теплому пушистому плечу, — Я уверен, все будет хорошо.

— Спасибо, мой хороший. Ну, я пошла, — с неохотой отстранилась я.

— Удачи, — помахал лапой кот, — Ой!

Он вдруг шмыгнул в шкаф и захлопнул за собой дверцу. От такой неожиданности я даже опешила. Хотела было спросить что с ним случилось, но в этот момент за спиной раздался холодный голос инквизитора.

— Хотите сказать, вы и сейчас сами с собой говорили?

Мамочки!

Я едва не взвизгнула и титаническим усилием взяла себя в руки. Как, вот как он чует, когда надо сунуться к нам?!

Медленно выдохнула и, натянув на лицо самую беззаботную улыбку, заставила себя обернуться.

Себастьян стоял в дверях кухни и в упор смотрел на меня. Его взгляд обжигал, в нём полыхало подозрение пополам с ожиданием.

Меня, как обычно, обдала волна жара, как только мы встретились глазами, но я жизнерадостно воскликнула:

— Именно! Я болтала сама с собой! Слишком волнуюсь, господин инквизитор, вот и успокаиваюсь, как могу.

Себастьян перевел взгляд на практически опустошенную Сомой коробку с печеньями, которую я до сих пор держала в руке.

— И все это печенье вы тоже сами съели?

— Э-э-э, а вы не согласны с тем, что оно настолько вкусное, что остановиться просто невозможно? Хочется есть и есть.

Взгляд инквизитора моментально потяжелел. Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять — он мне не поверил.

Себастьян придирчиво осмотрел кухню. Кинул взгляд на люстру (как хорошо, что Сома сейчас не в том состоянии, чтобы на ней висеть), сундук, который он приметил еще в прошлый раз, и, наконец, остановил его на шкафу за моей спиной.