Чтение онлайн

Я попытался подняться, но тело не слушалось. Оно было чужим, тяжелым, разбитым. Я повернул голову, ища ее.

И нашел.

Она лежала рядом, на боку, подогнувшись, как сломанный цветок. Ее лицо было мертвенно-бледным, губы синеватыми. Ее золотистые волосы, обычно сияющие, казались тусклыми, безжизненными. Глаза были закрыты. Дыхания я не видел и не слышал.

Ужас, холоднее любого льда, сжал мое сердце.

— Элира… — мой голос был хриплым шепотом, царапающим горло.

Я из последних сил подполз к ней. Моя рука, дрожащая и слабая, потянулась, чтобы коснуться ее щеки. Ожидая ледяного прикосновения смерти.

Но ее кожа была… прохладной. Не холодной, как у мертвеца. А прохладной, как лесная тень в летний день. И тогда я увидел.

От ее бледных, сложенных вместе пальцев струился легкий, почти невесомый иней. Он не был враждебным. Он был красивым, тонким, как кружево. Он медленно расползался по камню, и в его кристалликах играл отблеск того золотого света, что все еще пульсировал в остатках черного льда вокруг нас.

Она спасла меня. Вытащила из небытия ценою своего тепла, своей «солнечной» сущности. Она исполнила пророчество до конца. Она приняла мой холод.

И теперь этот холод стал частью ее.

Я притянул ее бездыханное тело к себе, прижимая к своей все еще больной груди. Я чувствовал слабый, едва уловимый трепет жизни под ее холодной кожей. Она не умерла. Но она была где-то далеко. Глубже, чем сон. В том же месте, где только что был я.

Но на этот раз я был здесь, чтобы вернуть ее.

Я склонился над ней, и мои слезы, горячие и соленые, упали на ее бледное лицо.

— Я здесь, — прошептал я, и мой голос набирал силу с каждым словом. — Я здесь, Элира. Я вернулся. Теперь твоя очередь. Доверься мне. Вернись ко мне.

Я закрыл глаза, пытаясь ощутить свою магию. Та самая сила, что всегда была во мне бурлящим, леденящим потоком, теперь была иной. Она была… тихой. Спокойной. Холодной, но ясной, как воздух в безветренный зимний день после метели. Она не стремилась вырваться наружу и все заморозить. Она ждала.

Я направил ее не наружу, а внутрь. В нее. Не атакуя, не требуя. Предлагая. Я окутал ее тем холодом, что был теперь во мне — не смертельным морозом черного льда, а живительной прохладой, обещающей покой и ясность. Я отдавал ей назад ту часть, которую она приняла, но очищенную, преображенную нашей связью.

— Я никуда не уйду, — пообещал я ей, держа ее в объятиях посреди руин нашего святилища. — Я буду ждать. Сколько потребуется.

И в ответ на мои слова, иней на ее пальцах слабо блеснул, словно звезда в предрассветном небе.

Глава 38: Возвращение Изгоя

(АЛЬРИК)

Время текло медленно, как застывающая смола. Я не сводил глаз с Элиры, следя за слабым подрагиванием ее век, за едва заметным движением груди под моей рукой. Мой холод, теперь ясный и спокойный, обволакивал ее, неся не оцепенение, а глубокий, целительный покой. Я говорил с ней, шептал ее имя, и однажды — может, через час, может, через день — ее пальцы слабо дрогнули в моей руке.

Именно в этот миг из-за груды обломков возник Изгой. Он появился бесшумно, словно тень, отбрасываемая мерцающими золотыми прожилками на стенах. Его взгляд, острый и всевидящий, скользнул по мне, по Элире, и я поймал в нем нечто новое — не язвительность, а молчаливое одобрение.

— Она возвращается, — констатировал он, его скрипучий голос звучал тише обычного. — Сила вашей связи сильнее любого яда. Но ей нужно время и покой, которых нет в этом оскверненном месте.

Он сделал шаг вперед, и его пронзительные синие глаза встретились с моими.

— Мое убежище близко. Оно скрыто от глаз твоего отца и защищено древними чарами. Там она сможет восстановить силы. А пока она будет приходить в себя… — он многозначительно посмотрел на вход в Пещеры Зеркал, — …я верну твоих людей. Они не ушли далеко. Их страх и преданность заставили их затаиться в лабиринте, ожидая вестей или своей участи.

Мысль о Тормунде и Лианне, блуждающих в ловушке иллюзий, заставила мое сердце сжаться. Они были частью этого кошмара, и я не мог оставить их.

— Как? — спросил я, все еще не выпуская руку Элиры.

— Лабиринт подчиняется мне, — просто сказал Изгой. — Я знаю его секреты. Я направлю их сюда. А потом проведу всех в свое логово.

Он не стал ждать моего ответа. Закрыв глаза, он погрузился в подобие транса. Воздух вокруг него задрожал, и на мгновение мне показалось, что стены Святилища пронзил беззвучный зов, понятный лишь камню и льду.

Мы ждали. Я продолжал держать Элиру, чувствуя, как ее дыхание становится чуть глубже, чуть увереннее. И тогда из туннеля, ведущего к Пещерам, донеслись осторожные шаги.

Первым появился Тормунд. Он шел, держа меч наготове, его лицо было бледным и изможденным, но глаза горели решимостью. Увидев нас, он замер, и его суровое лицо исказила гримаса облегчения.

— Князь! Вы живы! — он бросился вперед, но его взгляд упал на Элиру, и он резко остановился. — Она…?

— Жива, — коротко ответил я. — Спит.

Вслед за ним, держась за его плащ, вышла Лианна. Ее глаза были красными от слез, но, увидев Элиру, она издала тихий, сдавленный вздох и, не в силах сдержаться, бросилась к нам, опустившись на колени рядом.

— Солнышко мое… — ее голос дрожал, и она осторожно, словно боясь разбудить, коснулась волос Элиры.

Изгой наблюдал за этой сценой, его лицо оставалось непроницаемым.

— Трогательно, — произнес он наконец. — Но нам нужно двигаться. Следуйте за мной. И не отставайте.

Он повернулся и жестом заставил отъехать в сторону массивную плиту черного базальта, которую я прежде принимал за часть стены. За ней зиял узкий проход, ведущий вниз, в темноту.

Путь был недолгим, но запутанным. Мы шли по извилистым, высеченным в скале туннелям, которые то сужались до размеров щели, то открывались в небольшие пещеры, где с потолка свисали бледные, светящиеся грибы, освещая путь призрачным сиянием. Воздух был свежим и пахлом сыростью и чем-то еще — озоном и старой магией.

Логово Изгоя оказалось просторной пещерой, скрытой за водопадом из ледяных сталактитов. В центре бил маленький горячий источник, наполняя пещеру паром и согревая воздух. Стены были уставлены свитками, простыми инструментами и оружием, а в углу виднелось подобие спального места из шкур. Это было аскетично, но безопасно.

Именно здесь, в тепле источника, под мерный гул падающей воды, Элира наконец открыла глаза.

Сначала в них было лишь пустое недоумение. Потом она увидела меня, и взгляд прояснился, наполнившись тихой, бездонной нежностью. Ее рука слабо сжала мою.