Чтение онлайн

Остались те, кто бежать уже не мог, и целые стада застряли в лунках наглухо, живые навалены поверх мертвых, и конечности торчат из ям под совершенно неправильными углами. Перед воротами сложилась отдельная картина, туши забили проход от земли до перемычки так плотно, что ни поднять створку, ни протиснуть наружу хоть что-нибудь не получится, пока весь этот завал не растащишь вручную. Но вылезать и растаскивать пока никто не спешит, на стене определенно безопаснее, даже если она по самый парапет залита кровью и завалена всякой дрянью.

Над деревней повисла тишина, и продержалась она куда дольше, чем я ожидал. Мужик справа от меня просто сел на пол, привалился спиной к парапету и обхватил голову обеими руками. Другой рядом с ним громко захохотал, запрокинув голову к небу, и никто его не одернул, потому что смех после такого явно не помешает. На левом участке кто-то хлопал соседей по спинам и орал что-то невнятное, и оттуда долетали обрывки то ли ругани, то ли поздравлений, разница между которыми после осады примерно никакая.

Тобас стоял у парапета и хмуро смотрел куда-то за лес. Челюсть сжата, плечи расправлены, и выглядел бы он вполне убедительно, если бы не руки, которые предательски дрожали и передавали эту дрожь на древко копья, так что наконечник мелко постукивал по частоколу. Тобас заметил мой взгляд, отложил копье и убрал руки за спину, но от этого стало только заметнее, потому что вместо копья задрожали плечи.

Лишь спустя несколько минут послышался голос Гундара, и командир стражи, надо отдать ему должное, очнулся раньше всех. Погнал стражников осматривать периметр с полным отчетом о состоянии и потерях, а заодно приказал зажечь оставшиеся костры, чтобы хоть что-то разглядеть в загустевших сумерках. Деревня зашевелилась, и поначалу тихие голоса набирали уверенности с каждой минутой.

По докладам гонцов, звери кто мог разбежались, жил в округе не обнаружено, выходить за стены пока опасно, но серьезных прорывов не случилось. Стены в основном устояли, частокол поврежден на нескольких участках, включая мой, где гнилоход постарался от души, но критических разрушений нет. Потери среди защитников еще подсчитывают, и по лицам посыльных понятно, что цифры будут непростые, но и не катастрофические.

Люди приходили в себя постепенно, кто-то слез со стены и побежал проверять родных, многие уже покинули позиции и потянулись к центру деревни, откуда доносились голоса и стук дерева.

А я все стоял и смотрел, считал крыши и не мог поверить собственным глазам, потому что минимум пять домов разнесены в щепки, еще два или три сильно повреждены, и это только то, что видно с моего участка стены. Звери снаружи бились о частокол, не в силах его одолеть, а внутри тем временем кто-то разнес полдеревни.

Так-то повнимательнее бы рассмотреть, ведь мне же это всё ремонтировать, но мое внимание уже переключилось на другое… За стеной, примерно в сотне метров, всё так же лежала бесформенная гора обломков от голема. Издалека выглядит не слишком впечатляюще, груда щебня и камня, на которой медленно оседает пыль, и если не знать, что еще несколько часов назад это была десятиметровая каменная тварь, ни за что не догадаешься.

Вот только с достижением третьей ступени восприятие Основы стало совсем другим, обострилось в разы, и всё, что раньше приходилось нащупывать усилием, теперь лежит перед глазами само.

Фон Основы вокруг деревни стремительно менялся, и похоже, что кто-то снял невидимый колпак, под которым мы просидели всю осаду, и энергия хлынула отовсюду, заполняя пространство, которое до этого оставалось пустым. Колпак этот появился незадолго до атаки, я не придавал этому значения, потому что на второй ступени такие вещи ощущаются смутно, на самом краю восприятия.

Тогда как сейчас, на третьей, картина ясна, и вселенная, судя по всему, наблюдала за происходящим и ждала, чем всё кончится. Раз уж она решила, что все в порядке, значит и нам нечего опасаться. Жилы или закончились, или ушли, и сомнений в этом нет, можно приступать к работе.

[Путь Разрушения III: 25% -> 62%]

[Путь Созидания III: 0% -> 16%]

[Существенный вклад в успешную оборону поселения]

А, ну вот, точно, правильно подумалось, кивнул своим мыслям и продолжил пялиться на гору.

Так вот, обострившееся чувство Основы не отпускает, и привыкнуть к нему с ходу не получается. Раньше, чтобы найти узел в материале, приходилось специально пропустить Основу по изделию и на короткое мгновение увидеть очертания узловых структур.

Сейчас я положил руку на бревно частокола и без всякого усилия увидел крохотный узелок, к которому тянутся тонкие нити через всю толщу дерева, и восприятие зацепило его само, стоило лишь коснуться поверхности.

А внутри груды камней за стеной узелков куда больше, и это видно даже без касания, даже невооруженным глазом. Тусклое неровное свечение исходит от основания горы и расползается по земле, и прежде я ничего подобного не замечал.

На стене к этому моменту почти никого не осталось, и раз уж система подтвердила, что все закончено, тратить время я не стал. Перелез через парапет на внешнюю сторону и спустился по еще теплым тушам, наваленным у стены в несколько слоев. Кто-то из зверей, похоже, еще дышал, потому что под ногой мелькнуло судорожное подрагивание, но разбираться с этим не хочется и не нужно.

Добрался до земли и дальше двинулся осторожнее, прощупывая почву перед каждым шагом, потому что вокруг наши же ловушки, и угодить в собственную лунку будет обидно до слез. А объяснять потом, как их же создатель провалился в яму не хочется вдвойне.

Вблизи все оказалось совсем другим, мерцание то и дело расходилось волнами по земле и камням, неприятно пощипывая пятки. Основа здесь агрессивная и нестабильная, и нечто похожее я уже видел, но в куда меньших масштабах, когда возился с мелкими сердечками глиняных големов. Здесь от обломков несет энергией так, что напор нарастает с каждым шагом, и чем ближе к центру завала, тем ощутимее.

А ведь весь план строился на том, чтобы расколоть голема, но сохранить сердце, которое и так было повреждено. Если оно лопнуло, утечка разъест накопленный за века запас, камень потеряет большую часть ценности, и все мои планы на голема полетят медведоеду под хвост.

Руки сами потянулись к завалам, и я начал разгребать обломки, откидывая ценнейшие камни куда-то за спину без разбора. Каждый такой булыжник сам по себе стоит целое состояние, и любой адекватный строитель отдал бы за один кусок годовой заработок, но сейчас не до жадности.

Сердце важнее всего остального вместе взятого, и если оно целое, если удастся вытащить его до того, как утечка доест остатки, это перевернет расклад сил в нашу пользу так, что вся осада и все потери обернутся для деревни началом новой вехи развития! Ну ладно, может и не вехой, но как минимум руны в унитазе запитать явно хватит, а там может и еще на что-то останется.