Чтение онлайн

У самых ворот стояли стражники стража, они выстроились в две линии: по обе стороны от прохода. Их облик был до мельчайших деталей схож с чёрными братьями: такие же гладкие шлемы с узкими прорезями для глаз, такие же плотные куртки, нагрудники, перчатки и сапоги до колена. На поясе висели мечи, за спиной — арбалеты. Но цвет формы был другой: не чёрный, а серый. Серый металл, серые ткани и длинные серые плащи, перекинутые назад. Казалось, они были частью стены, её продолжением, частью города.

— Как чёрные братья, — удивлённо пробормотал Вадим.

— Только серые, — усмехнувшись, добавил Гарик.

Мы остановились у самых ворот. Серые воины даже не пошевелились, лишь один из них — видимо, командир выступил вперёд и перегородил нам дорогу. Станил подъехал к нему и громко произнёс:

— Мира вам, серые братья!

— И тебе мира, чёрный брат, — ответил стражник. — Кто твои спутники?

— Новые слуги Владыки, — сказал Станил. — И сын короля Дрекбора. Я высылал с лазурником его прошение о проходе в город.

— Горек Лучезарный — сын Златека Лучезарного? — уточнил стражник, обернувшись к Гарику.

— С утра был им, — дерзко ответил горан, непонятно на что обидевшись, хотя обижаться впору было нам с Ясной, нас даже по именам не назвали — просто новые слуги Владыки, и всё.

— Тебе разрешено войти в город.

Сказав это, серый воин отошёл в сторону, освобождая проход, и полностью потерял к нам интерес. Мы проехали по мосту и оказались в городе. За воротами сразу же открылась широкая улица, мощённая плитами. Станил остановился и обратился к своим бойцам.

— У вас увольнительная до завтра. В семь утра встречаемся здесь, у ворот, и выезжаем в расположение отряда.

Пятеро чёрных братьев молча кивнули, развернули коней и быстро скрылись в глубине города. А мы со Станилом поехали по центральной улице удивительной столицы грозного Севера.

Я сразу отметил, что внутри Новгорода царил порядок, какой редко встретишь даже в богатых княжеских столицах Девятикняжья. Улицы были вымощены каменными плитами, ровными и крепкими, без выбоин и грязи. По краям стояли высокие столбы освещения — пока не зажжённые, так как было ещё светло, но они явно использовались по ночам. Это производило сильное впечатление. Всё было устроено добротно и основательно, но больше всего в глаза бросалась невероятная чистота.

Дома стояли аккуратными рядами, без излишеств и роскоши. Каменные основания, гладкие стены из тёмного дерева, крыши, покрытые черепицей, ставни на окнах — всё выглядело крепким, чистым и ухоженным. Даже мелкие постройки: сараи, лавки, амбары — были добротными, а не развалюхами, как в деревнях Девятикняжья. Мы ехали по улицам, и я то и дело ловил себя на том, что смотрю по сторонам с удивлением и даже восхищением.

Люди тоже попадались на улицах. Они не глазели на нас с любопытством, как это бывало в других местах, а просто шли по своим делам. Кто-то нёс корзины с овощами, кто-то тянул за собой тележку с дровами, женщины выходили из домов с вёдрами, дети бежали с какими-то узлами. Одеты все на первый взгляд были так же, как и в Девятикняжье, но я быстро заметил разницу: одежда здесь у всех была теплее и практичнее. Куртки, кафтанчики и тёплые штаны, много плотных плащей и шерстяных накидок. У многих я заметил карманы, а на юге они не встречались.

А мы ехали всё дальше и вскоре добрались до огромной площади. Она была вымощена крупными каменными плитами, по периметру тянулись ровные линии домов и лавок, но основное внимание привлекал дворец, возвышавшийся в центре — однозначно резиденция Владыки Севера. Здание поражало своими размерами: гигантские стены, увенчанные башнями, крыши с металлическим покрытием, отсвечивающим в лучах солнца — всё выглядело монументально. Это был не просто величественный дворец правителя, это было сердце города, сердце всего Севера.

Мы подъехали ближе, и я с удивлением заметил, что у дворца нет никакой стражи. Мы вообще не встретили никаких вооружённых людей после того, как миновали городские ворота и попрощались со стражниками в серой форме. Ни на улицах, ни у площади, ни у входа во дворец — нигде не было стражи, и это сильно удивляло.

У входа нас встретил лишь одиноко стоящий мужчина лет сорока с роскошной бородой, одетый в форму прислуги. Он слегка преклонил голову перед Станилом, выражая почтение чёрному брату, после чего сказал:

— Прошу вас пройти со мной.

Спешившись, мы передали лошадей и гусака ещё троим, как из-под земли появившимся слугами, и бородач повёл нас внутрь.

Мы шагали по широким коридорам, и я не мог не отметить размах дворца. Высокие потолки, своды на каменных арках, стены из отполированного тёмного камня, полы, выложенные узорчатыми плитами — всё это поражало. По сторонам попадались огромные двери, за которыми угадывались залы и покои. Всё говорило о мощи и богатстве, но при этом не было излишеств и вычурной роскоши.

Наконец нас привели в какую-то комнату — зал с высоким потолком, длинными лавками и массивным столом у стены. Вдоль стен стояли канделябры, на окнах висели плотные шторы тёмного цвета.

— Нужно подождать, — заявил бородач и исчез.

Мы расселись по лавкам и принялись молча ждать. Примерно через четверть часа, Гарик не выдержал и недовольно пробурчал:

— И долго нам здесь торчать?

— А ты ожидал, что тебя сразу поведут к Владыке, и он лично выбежит перед тобой красную дорожку стелить? — съязвил я. — И цыган гитарой и медведем подтянет?

— Кого подтянет? — переспросил королевич, и я понял, что цыган в этот мир из нашего не переместили.

— Музыкантов, — пояснил я, Гарик метнул на меня обиженный взгляд, но больше ничего не сказал.

Прождали мы долго — часа два, не меньше. Но в итоге открылась дверь, в комнату вошёл тот самый слуга, что приводил нас сюда, и торжественно заявил:

— Владыка ждёт вас!

Мы поднялись и последовали за бородачом. Шли длинными коридорами, иногда встречая по пути слуг: мужчин и женщин в одинаковой форме. И я вновь отметил, что охраны или стражи не было видно вовсе. Ни одного вооружённого человека — только слуги. Для дворца правителя это было странно.

Бородач привёл нас к высоким дверям, обитым железом, и открыли их. Мы вошли в зал приёмов Владыки Севера. Зал этот был огромен: своды поднимались так высоко, что верх терялся в полумраке. Сквозь узкие арочные окна проникало слишком мало света, помещение давило, а на полу лежали ковры, приглушавшие шаги. Атмосфера была тяжёлой, мрачной и величественной, без намёка на пышность или золотой блеск.

В глубине зала на возвышении стоял трон — тяжёлый, угловатый, из чёрного дуба с железными вставками. На троне восседал хозяин северных земель — легендарный Владыка Севера. Высокий, широкоплечий, с суровым лицом, больше похожий на воина, чем на правителя. Белый кафтан с серебряной вышивкой, плащ с волчьим мехом, белые сапоги и штаны — всё безупречно и величественно. Лицо у Владыки было спокойное и холодное, взгляд тяжёлый, полностью лишённый эмоций.