Чтение онлайн

Совершив круг над аэродромом, самолёт с рёвом авиабомбы пошёл на посадку. Ребекка сжала плечо Поля так, что громадный синяк красовался на нём больше месяца. Но сейчас боли француз не почувствовал. Неизбежность катастрофы парализовала волю и сковала мышцы. Участники полёта пришли в оцепенение. Ужас проникал в каждый уголок сознания. Все смирились с чувством скорой и неизбежной смерти. Шансов на спасение не осталось. У козы шерсть встала дыбом, рога выпрямились, животное стало напоминать Люцифера. Костлявая неизбежность приближалась. Казалось, что в симфонию шума двигателя и свиста ветра вплетались аккорды Вагнеровских произведений.

– Боже мой, это полёт валькирий, – вспомнила Ребекка и выглянула в иллюминатор. Там она увидела, как сияющие, страшной и неземной красотой женщины, парят в струях выхлопных газов и снега, хватают души пассажиров за руки и возносятся с ними по ослепительному лучу света в небесные просторы. Одна из ведьм прихватила интеллигента с толстой книгой подмышкой и, шепча что-то очень интимное в ухо, уносила несчастного во внеземные пределы. Тот улыбался и лез под шёлковый хитон сладострастными и липкими от дыни руками. Невдалеке пролетел Поль, негромко беседуя по-французски с представительницей небесных владений. Он был с чемоданом и почему-то на велосипеде. Вскоре Ребекка обнаружила себя в окружении летучих красавиц и отметила, что плащ, купленный перед самым отъездом, несколько длинный и старит её. Затем внимание перешло на бабку, не желавшую расставаться с козой. Пожилая женщина, отстаивая свои интересы, брызгала слюной и цепко держала верёвку с животным. Рогатая проблема летала вокруг оппонентов, словно космонавт на пуповине и издавала жалобные звуки. Ведьма не выдержала и на чистом английском заорала, – брось козу, гадина!

После этих слов появился удушливый химический запах. Ребекка почувствовала удары по щекам. Видение исчезло. Опять салон самолёта. Полная тишина. Испуганные глаза окружающих. Послышалась странная и непонятная речь.

– Умерла.

Может ещё нашатырного спирта?

Лучше скорую вызовете.

Все иностранцы дохлые потому, что водку мало пьют.

Тебе бы только водку пить. Снег на дворе, а картошка не выкопана.

Ребекка окончательно пришла в себя. Увидела Поля, заулыбалась и спросила, – что со мной?

– При посадке самолёта вы упали в обморок и минут пять находились без сознания. Хорошо, что в самолёте имелась аптечка, которая, позволила привести вас в чувство.

Спасибо. Скажите, мы приземлились или полёт продолжается?

– Закончился. Мы прилетели в город Мстиславск. Как вы себя чувствуете? Может вызвать медиков?

– Нет, не следует. Я чувствую себя вполне прилично, – Ребекка привстала и несмотря на слабость в ногах почувствовала радость от встречи с земной твердью. Возможно, услуги медиков были необходимы, но в суматохе отъезда, медицинская страховка оформлена не была.

В напряжённом молчании застыли авиаторы. Даже Томба был бледен. Лицо африканца выражало крайнюю степень озабоченности. Не трудно догадаться, какие санкции последовали, когда бы фантастический полёт закончился летальным исходом. Смерть американки на борту воздушного судна грозила судебным разбирательством, лишением лицензии, максимально продолжительным сроком заключения и шестым американским флотом в акватории Балтийского моря.

Ребекку высвободили из удушливых лямок парашюта и с помощью негра, француза и русского спустили по лестнице на запорошенный снегом бетон. Здесь ожидало транспортное средство. Это была ручная тележка на четырёх резинометаллических колёсах. Рядом с ней расположился уже выпивший, усатый, дородного вида дядька в жёлтом фартуке и нагрудным знаком – Аэропорт Мстиславск. Носильщик?7. На телеге лежали два чемодана и странное существо похожее на собаку. Животное согнали пинком и непонятными словами, а Ребекку, словно багажное место, бережно водрузили на чемоданы. К ручке телеги привязали упорно сопротивляющуюся козу. Она брыкалась и вопила. Носильщик рявкнул на рогатую бестию. Та успокоилась. Вероятно, хорошо понимала русский язык. Процессия двинулась. До аэропорта идти около двухсот метров.

В зале ожидания было прохладно, однако в сравнении с температурным режимом салона АН-2, климат был просто тропический. Ребекка уселась на деревянную лавку и прижалась к пыльной батарее. Убедившись в благополучном состоянии здоровья попутчицы, француз вышел из здания и направился к стоянке такси. Его крупная, скучающая фигура хорошо виднелась в проёме громадного окна.

Осуществляя раздумья о дальнейших шагах в стране предков, Поль обнаружил к своей персоне элементы неподдельного полицейского интереса. При входе в здание аэропорта встретился глазами с прыщавым сержантом, который с ужасающей мимикой что-то выговаривал невидимому собеседнику по рации. Сейчас, когда в нудном ожидании, парижанин бродил по раздольям привокзальной площади, его сопровождало уже три милиционера. Они не сводили взгляда с предмета тайной слежки и многозначительно перемигивались между собой.

Такси не было. Действительно, какой идиот поедет в аэропорт, когда погода нелётная. Хотя…? Бывают идиоты…! Вдалеке обозначились легко узнаваемые очертания. Канареечно-жёлтый цвет издалека выдавал принадлежность машины.

Наконец-то такси.

Но когда автомобиль приблизился, на нём не оказалось привычных шашечек, зато присутствовал синий проблесковый маячок. И вообще это был джип. Ужасно шумный и дымный, напоминающий кабину грузовика из старой хроники.

Самодвижущая тележка сделала круг, выстрелила в выхлопную трубу и замерла. Когда дым рассеялся, словно джин из бутылки, образовался капитан. К нему приблизились озабоченные подчинённые и нетерпеливым пальцем стали указывать на недоумевающий объект. А ещё через минуту, серьёзный коллектив подошёл к растерянному французу. Капитан, подтянул живот, поправил фуражку, прокашлялся, и произнёс, – разрешите ваши документы.

– Да, конечно, – начал Поль и демонстрируя лояльность к российской власти, полез в нагрудный карман. Весьма культурным обращением офицер милиции усыпил бдительность законопослушного француза, тот растёкся квашнёй, пустил слюни и не заметил, как милиционеры произвели рекогносцировку и неожиданно приступили к атакующим действиям. Не предъявляя ультиматума, вероломная сторона, ухватила запястья и грязно матерясь, начала заламывать руки. Не ожидая столь радушного приема, путешественник растерялся. Однако сильная боль в суставах заставила мобилизовать силы. Поль выдернул правую руку и со всего размаха заехал прыщавому милиционеру в физиономию. Удар был настолько сильным, что из кармана жертвы посыпалась мелочь, а тело воспарило и на мгновение зависло в воздухе. После эпизода левитации, движения в поверженном организме прекратились. Со следующего удара пал второй агрессор. Он налетел на кулак столь стремительно, что замер в глубоком недоумении. Постоял и, убедившись в бесперспективности дальнейшего диалога, в той же позе рухнул на асфальт. Третий опричник, вытащил дубинку и принялся махать орудием, словно пастух кнутом. Поль вырвал резиновую игрушку и со злостью зашвырнул её на крышу аэропорта. И тогда милиционер побежал, даже не побежал, а поскакал, словно взмыленный иноходец в финальном забеге. Ещё долго слышался несколько аритмичный звук галопа. – Первый придёт, – решил умелый тренер.

Остался капитан. С вытаращенными от испуга глазами он судорожно рылся в кобуре. С шестой попытки извлёк пистолет. Нащупал предохранитель, опустил его вниз и фальцетом, достойным Преснякова младшего, заорал, – всем стоять. Стрелять буду. – А, затем, не дожидаясь результата приказа, нажал на спусковой крючок.

Последовал выстрел. Через долю секунды вдребезги разлетелось стекло на четвёртом этаже. Осколки с шумом посыпались на асфальт. В подстреленном помещении заголосили. Бродячая собака, мочившаяся на чугунную урну, шарахнулась в кусты и зашлась в экстазе животного негодования. Во рту стало кисло, а в мозгах немногочисленных зрителей понятно, отчего милицию не вооружают гранатомётами.

Французская интуиция подсказывала – если террориста в милицейских погонах не обезвредить, то разрушения примут вселенский характер. Поскольку отсутствовала гарантия безопасности российских граждан и служащих аэропорта, то иностранный гость принял единственно верное решение. Он схватил капитана за запястье, крутанул, раздался хруст, а затем вой несчастного. Пистолет упал на асфальт, закрутился и после удара ногой, полетел в колодец ливневой канализации.

Проследив траекторию огнестрельного оружия, Поль успокоился. Обернулся. В изморози осеннего дождя, незадачливый Рембо, увидел спешащую Ребекку. Американка была решительно настроена и вооружена шваброй. Если бы потасовка была не столь быстротечна, то при мощном подкреплении, потери в живой силе и технике были бы несравнимо выше. Ну а поскольку всё закончилось благополучно, то франко-американский альянс, рассуждая о причинах инцидента, отвёл войска к зданию аэровокзала.

Уже у самой двери к ним подбежал подросток с горящими от восторга глазами, – ну вы блин даёте, – затараторил парнишка – ментуру разделали. Бац. Бац. Хрусть. Дяденька научите меня так, а?

– Скажи-ка мне отрок. Такси городе есть?

– Такси есть, только сегодня их уже не будет.

– Почему?

– Так погода не лётная, они все на железнодорожном вокзале, – мальчишка посмотрел на часы и добавил, – скоро поезд из Москвы прибывает.

– А что, если по телефону заказать?

– Нет, они вызовы принимают только с квартирного телефона. Из таксофона бояться. Таксистов часто режут. Скоро вот автобус подойдёт. Минут через двадцать. Но, вы не успеете.