Чтение онлайн

— Блять, ты огромный, малыш, — он достает мой член, поглаживая его от основания до головки, не торопясь, несмотря на небольшое пространство между нами.

Я выдыхаю резкими рывками ему в губы, оказавшись в ловушке мира, где мое тело полностью берет на себя контроль.

Я не могу нормально думать, соображать или дышать, пока он дрочит мне, сжимая головку и собирая предэякулят на ладони. Он использует его в качестве смазки, двигаясь вверх-вниз медленными, грубыми движениями.

— Обожаю, как твой член пульсирует в моей руке. Он так чертовски приятно ощущается, — стонет он, потираясь своим членом в штанах о мое бедро.

— Заткнись… — мой голос звучит таким возбужденным, таким… странным.

Мой член стал тверже чем когда-либо, и я искренне отказываюсь верить, что это из-за Юлиана.

Из всех людей.

Почему именно Юлиан?

Я ненавижу этого мудака.

— Блять… ты становишься все тверже. И устраиваешь прекрасный беспорядок, — он грубо сжимает мой член, и я почти падаю без сил, поддерживаемый лишь его рукой на моем лице, когда разряд удовольствия проносится по моему позвоночнику.

Он снова это делает, и на этот раз целует меня, пока дрочит мне в быстром, сводящем с ума ритме. Вся моя кровь приливает к паху, и я знаю, что сейчас кончу – слишком позорно быстро.

— П-прекрати… Юли…

— О, черт. Ты придумал мне уменьшительно-ласкательное имя? — он стонет, еще больше ускоряясь, потираясь об меня и притягивая меня ближе к себе.

Я хватаю его за голову обеими руками, дергая за волосы.

— Я сейчас кончу. Прекращай.

Он прикусывает нижнюю губу, затем поднимает голову и кусает мою губу, натягивая кожу между зубами.

— В этом-то весь и смысл, малыш. Я хочу увидеть, как ты разбиваешься вдребезги передо мной.

— Пошел к черту, — кряхчу я, мое тело напрягается, спина дергается, и этот знакомый порыв сметает все на своем пути.

— Ш-ш-ш, не сопротивляйся, — он крепче сжимает мои волосы, его грубый шепот едва касается моих покалывающих губ. — Не убегай, ладно? Так и должно было быть.

— О чем ты, блять, говоришь?

— О нас, Mishka. Нам суждено было быть вместе.

— Никаких «нас» нет… — мой голос срывается, когда он ускоряется, и предэякулят размазывается по нашим телам.

— Есть. Разве ты не чувствуешь, как сильно твоему телу нравится мое, малыш?

— Заткнись…

— Знаешь ли, мне пришлось столько гребаных страданий вынести, чтобы сейчас оказаться здесь, с тобой, так что нет, хер я заткнусь. Я буду бесконечно повторять, как мне хорошо с тобой. Какой у тебя огромный и красивый член. Даже красивее, чем я представлял, когда трахал Данику. Да, тогда я представлял тебя. Хотел почувствовать тебя, пока был внутри нее, вот почему я продолжал и продолжал… и продолжал.

Гребаный извращенец.

Я ударяю его, но выходит слабо, потому что меня накрывает оргазм.

Я кончаю так сильно, что сперма размазывается повсюду между нами, пока я дрожу под волнами удовольствия. Юлиан никак не среагировал на мой удар. Он лишь ухмыляется и целует меня, пока я неистово двигаюсь в его руке, выплескивая все до последней капли.

Пока моя голова не становится совершенно пустой.

Все, что я могу делать, это вдыхать его древесный, мускусный запах и пьянящий аромат возбуждения, окружающий нас.

Все, что я слышу, это чмокающие звуки наших сталкивающихся губ и редкие крики вдалеке.

Все, что я чувствую, это его рука, сжимающая мой опустошенный член, слегка поглаживающая его, пока он мягко покачивает бедрами.

Он отрывает свои губы от моих и облизывает их.

— Я знал, что ты выглядишь как чертов шедевр, когда кончаешь, малыш.

Визгливый звон заполняет мою голову. Я замахиваюсь, и мой кулак встречается с его челюстью, затем я отталкиваюсь от него, отшатываюсь назад и прячу свой член подальше от чужих глаз.

Мне нужно уходить.

Что я, черт возьми, наделал?

Я пячусь назад, не желая смотреть на Юлиана, утопая в уверенности, что только что совершил самую страшную ошибку.

— Ты можешь бежать, но ты не сможешь спрятаться, Mishka, — доносится мне вслед его голос, не самодовольный, а вызывающий, словно он точно знает, в какую масштабную задницу я только что угодил.

Глава 14

Вон

— Где ты был?

Я вздрагиваю от отчетливого голоса отца, моя рука замирает на дверной ручке в полумраке моей гостиной.

Блять.

Дерьмо.

Отец, который появился у меня дома около двух часов ночи, – плохой знак.

Внимательно контролируя выражение своего лица, я поворачиваюсь к нему.

Он сидит на диване с телефоном в руке, а моя мама спит, положив голову ему на бедро.

Дважды дерьмо. Они оба здесь.

Я достаю телефон и хмурюсь, глядя на кучу сообщений от Лидии.

ЛИДИЯ

Дядя Киря злится.

Шучу, он в бешенстве. Он упоминал «безрассудный» и «безответственный». Никогда не думала, что услышу эти слова в твой адрес.

Молюсь за тебя, Вонни. Стану самым крутым лидером вместо тебя, когда ты умрешь.

Нет, серьезно, даже тетя Саша с трудом смогла его успокоить, а ты знаешь, что это почти невозможно. И она тоже за тебя волнуется. Можешь в это поверить? Ты заставил своих родителей ВОЛНОВАТЬСЯ.

Но они правы. Что происходит, и почему я не в курсе твоих махинаций? Я думала, мы самые близкий бро с тобой и все такое.

Ну, или кузены.

Было бы неплохо получить ее сообщения, пока я пытался успокоиться во время шестичасового перелета с острова в Нью-Йорк.