Чтение онлайн

— Да, — сказал Дэвид, начинавший раздражаться на этого человека, — поэтому я остановился в мотеле. А теперь как насчёт парня в моей машине?

— Да, — сказал Лондау и снова встал. Он двигался с самодовольной непринуждённостью, зарезервированной строго для тех, кто никогда не видел здания выше пяти этажей. — Сколько он там уже сидит?

— Э-э... — Дэвид понял, что потерял всякое представление о времени. — Минут сорок, может быть. Не очень уверен.

— Вы только сегодня приехали в город?

— Да! — Он уже не мог сдерживать своё раздражение. Холодный, мокрый, его лёгкое опьянение уже прошло, он просто хотел, чтобы весь этот чёртов вечер закончился. — Но я не понимаю, какое это, чёрт возьми, имеет отношение к тому, чтобы вытащить этого парня из моей машины.

Шериф Лондау оглядел Дэвида с головы до ног, как будто решая, нравится ему одежда этого человека или нет, прежде чем наконец пожать плечами и неспешно подойти к двери водителя. Он слегка наклонился в поясе и постучал крючковатым пальцем по окну. Незнакомец не повернулся, чтобы взглянуть на него.

— Прошу прощения, сэр, — сказал шериф Лондау через стекло. — Вы в чужой машине. Мне придётся попросить вас отпереть дверь и выйти. Сэр? Вы меня понимаете? Если у вас есть что сказать, сэр, то сейчас, полагаю, хорошее время начать говорить. В противном случае мне понадобится, чтобы вы покинули этот автомобиль.

Но незнакомец не ответил — ни словом, ни движением. На самом деле, единственным признаком того, что он всё ещё жив, было медленное поднятие и опускание его груди под рубашкой и твидовым пиджаком.

— У вас есть ключи? — спросил шериф Лондау Дэвида.

— Они застряли в дверном замке. — Он почувствовал кипящую боль в животе, произнеся эти слова.

Шериф Лондау, казалось, впервые заметил связку ключей, болтающуюся на дверце водителя. Потерев подбородок, он сказал: — Отдельный ключ открывает багажник?

— Да, — сказал Дэвид, — но заднее сиденье не складывается, если вы об этом думаете.

— Что ж, — сказал шериф Лондау, отступая от окна, — у меня в машине пара отмычек. Думаю, попробуем вместе с вами выщелкнуть замки на дверях, посмотрим, не сможем ли мы заставить обе кнопки выскочить одновременно. У парня всего две руки; он не сможет держать оба замка прижатыми, пока мы оба будем над ними работать.

— Потеря времени, — пробормотал картёжник. В какой-то момент он раздобыл откуда-то лом и теперь крутил его в руках. У этого парня, без сомнения, был какой-то фетиш на разбивание окон.

Шериф Лондау подошёл к своей патрульной машине, порылся в багажнике некоторое время, потом наконец вернулся с двумя тонкими металлическими отмычками. Он передал одну Дэвиду и принялся объяснять ему процесс разблокировки дверей.

— Я знаю, как это делается, спасибо, — быстро сказал он шерифу.

— Хорошо, тогда, — сказал шериф и переместился к стороне пассажира, пока Дэвид перешёл к стороне водителя. Шериф не терял времени, вставляя свой инструмент в рамку двери, его глаза были сосредоточены только на том, что он делал. Дэвид, с другой стороны, боролся, чтобы вставить отмычку между рамой и стеклом. И в отличие от шерифа, он не мог оторвать взгляд от незнакомца. Снова он обнаружил, что смотрит на желтушную руку незнакомца, сжатую в кулак на выступе окна, и на небритое лицо незнакомца, тёмные глаза, спутанные волосы.

«Кто ты, — подумал он, — и откуда ты пришёл? Почему ты здесь?»

И призрачный ответ, исходящий из глубоких пещер его собственного мозга: «Бог обрёк нас на жалкую судьбу».

— Чёрт, — пробормотал шериф Лондау, обнажив зубы. Он манипулировал отмычкой без результата. — Не могу никак зацепить...

— Вы зря тратите время, — снова сказал картёжник, делая шаг к решётке «Маверика». Он теперь держал лом в одной руке, его тень — длинная и искажённая — лежала на мокром асфальте. — Хотите, чтобы этот мерзавец вышел, я его вытащу.

— Назад, — сказал ему Дэвид.

— Нам не нужно тут безумствовать, — сказал парень в кепке «Марлинс» картёжнику.

— Эй, отвали, чемпион, — отрезал картёжник, — или я разнесу тебе мозги этим...

— Полегче, — сказал фанат «Марлинс», выставив руки в стороны.

— Эй, эй, эй, — сказал шериф Лондау спокойно и не поднимая глаз. Языком работая в уголке рта, менее чем в дюйме от того уродливого стянутого шрама, что пробегал по его лицу, он подёргал отмычку, пока что-то не щёлкнуло. — Вот, — сказал он. Замок выскочил. — Открыто для бизнеса.

— Он пошевелил рукой, — изумлённо сказал Дэвид, заглядывая через окно... и затем увидел, как рука незнакомца снова появляется, на этот раз ложась на приборную панель. И в его руке было то, что Дэвид мог различить, несмотря на темноту внутри машины, — пистолет.

— Чёрт, — выдохнул картёжник. — У него пушка. У сукина сына пушка.

— Хорошо, — сказал шериф, тон его голоса не изменился, — пусть все отойдут от машины. Вы тоже, мистер Грэхем. Хочу, чтобы все были на бордюре. И нормально, медленно.

Правой рукой обхватив пистолет и положив руку на приборную панель «Маверика», незнакомец наклонился и левой рукой снова заблокировал дверь пассажира.

— Дэвид, — простонала Рода с бордюра, возвращая Дэвида к реальности. Он всё ещё стоял у двери водителя, заглядывая через окно и уставившись на пистолет. Он не мог двигаться.

— Мистер Грэхем. — Голос шерифа — очень далёкий. — Мистер Грэхем, думаю, было бы в ваших интересах послушать меня сейчас и отойти от вашего автомобиля. Мы согласны, приятель?

— Да, — выдавил Дэвид и начал отступать от машины. — Да, конечно, ладно.

— Отлично, — заметил шериф. Он не вытащил собственное оружие — пока ещё, по крайней мере, — но расстегнул кобуру. Его лицо было невозмутимым — обычным и удивительно спокойным. Дэвид на мгновение подумал, сколько происшествий повидал этот молодой полицейский за свою службу, и как он заработал этот ужасный шрам. Повернувшись к толпе, шериф Лондау начал жестами отгонять всех назад, пока они не оказались прижаты к фасаду мотеля. — Полагаю, не будет особого толку говорить всем вам уйти в свои номера и оставаться там, — продолжил он, — так что не буду тратить на это дыхание. Однако если я увижу, что кто-то делает шаг к этой машине, тот проведёт остаток вечера в задней части моей патрульной. Это ясно?

Прокатилась волна неловкого смирения.

— Это касается и вас, мистер Грэхем.

— Хорошо, — сказал Дэвид.

— А теперь идите со мной, — сказал шериф, жестом направляя его через толпу. Он последовал за шерифом через парковку, его глаза переключались между забрызганной дождём спиной рубашки шерифа и молчаливым, угрюмым «Фордом Маверик» под сиянием огней мотеля. Шериф Лондау остановился у своей патрульной, чтобы зажечь сигарету, и подождал, пока Дэвид его догонит.

— Что мы делаем? — спросил он шерифа.