Чтение онлайн

Мне бы вместо всего этого отправиться в военную академию, а остальные знания получить с помощью наставников на дому. Зачем тратить целый год на пустую болтовню и фальшь? Но увы, отец настоял. И я понимаю его — он волнуется за наш род.

У него самого семейная жизнь сложилась катастрофически. Отец был очарован красотой и обаянием иномирянки. Она была для него всем, настоящей музой. Он даже не замечал, что она вытягивала из него деньги, делая вид, будто без памяти в него влюблена. Отец радовался, что она не ищет других мужей, думал, что это любовь. Но на деле она копила капитал на отдельном счёте. А потом подала на развод.

Развод в нашем мире — это редкость. Он случается только в крайних случаях: если есть насилие, измена или предательство. И она знала это. Поэтому оклеветала отца, заявив, что он её душит и избивает во время близости. Это был позор для нашей семьи. Мне тогда было полтора года, и я оказался её «ошибкой». Она не собиралась рожать от отца, а тем более воспитывать ребёнка. Меня она просто оставила ему.

С тех пор слухов о норках стало ещё больше. Нас называют грубыми и жёсткими, но это ложь. Единственная наша «разница» с людьми — это наша физическая сила и… выносливость в постели. Мы пылкие натуры, но это не значит, что мы какие-то звери.

За 22 года жизни я видел свою мать всего дважды, и оба раза её визиты сводились к попыткам настроить меня против отца.

Мои мысли прервал вид заходящего солнца за горизонтом. Я сидел в карете и смотрел, как тёмно-синие оттенки неба сменяются багровыми. Мысли о предстоящем году в академии мешались с чувствами, которые я не мог объяснить. Почему-то, несмотря на презрение к этому месту, в душе жила маленькая искра надежды. Я мечтал. Хотел приключений. Хотел встречи с кем-то, кто полюбит меня за то, кто я есть, а не за титул или силу. Но каждый раз, когда я думал о любви, сердце сжималось от страха. Я боялся повторить ошибки отца, боялся, что доверие обернётся болью.

Пока я так размышлял, усталость взяла верх. Карета размеренно покачивалась, и я погрузился в сон. Когда я проснулся, было уже утро. Солнце ослепительно сверкало, заливая мир своим светом. Я почувствовал прилив энергии. Впереди был новый день — день, который мог всё изменить.

Карета остановилась перед административным зданием академии. Брусчатка под ногами скользила от утренней росы, и я почувствовал, как сердце дрогнуло. Может, это было не столько от волнения, сколько от того, что я чувствовал: начинается новый этап.

Я нашёл свою комнату, поднялся по лестнице, с трудом затащив свои вещи, и начал распаковываться. Всё вокруг казалось чужим и безликим. Я разложил свои книги, оружие, одежду, и постепенно пространство наполнилось чем-то своим. Закончив с вещами, я отправился в ванную. Струи горячей воды смывали дорожную пыль и усталость, но не тревогу, которая жила внутри.

Что-то меня ждало впереди. Это ощущение висело в воздухе. Я не мог понять, что именно, но знал — этот год станет решающим.

После того как я привёл себя в порядок, живот напомнил о себе громким урчанием. Я практически ничего не ел в дороге, слишком много думал. Спустившись к карте академии, я нашёл столовую.

— Хрен знает где эта столовая! — пробормотал я, следуя указаниям. Запах еды доносился откуда-то издалека. Я ускорил шаг, надеясь, что скоро окажусь там. Но не тут-то было.

Из-за поворота внезапно выскочила женская особь. Настолько резко, что я не успел отойти в сторону. Она врезалась прямо в меня. Я скривился. Как неприлично с её стороны!

— Ой, простите, — пробормотала она, потирая лоб. На секунду её зелёные глаза встретились с моими. Она выглядела растерянной. Меня это почему-то задело.

Когда она заговорила, я присмотрелся к ней внимательнее. И понял, кто передо мной. Попаданка.

Меня тут же перекосило от омерзения. Первая же встреча с иномирянкой, и она тут же на меня вешается. В каком месте это было случайностью? Она извинилась, конечно, но явно только потому, что я её спугнул.

Попаданка выкрутила ситуацию так, что я почувствовал себя виноватым. Какого чёрта?! Она назвала меня психом и гордо ушла в столовую.

Психом! Меня!

Я стоял, глядя ей вслед, и не понимал, как так вышло. Что за бред?!

Я поморщился, когда осознал, что даже не знаю, куда мне идти. А есть хотелось уже прилично — полдня без еды сказались на настроении. Придётся, как ни неприятно, следовать за этой особью. Она и так успела меня выбесить, а как представлю, что тут таких будет две, — аж мутит.

Поборов в себе неловкость и отвращение, я всё же пошёл за ней. Она была мелкой, поэтому догнал я её быстро. Когда она повернула налево, до меня донёсся божественный запах еды. Да, пожалуй, хорошая порция сможет вернуть моё настроение.

В столовой она выглядела беззаботно. Улыбалась повару, благодарила его, шутила. Вертихвостка! Я не выдержал, решил вывести её из себя. Пусть покажет своё истинное лицо, свою желчную натуру. Мне бы от этого точно стало легче.

Но результат оказался совсем не таким, как я ожидал. Эта особь… не повелась. Более того, она явно не пыталась нравиться, не заискивала. И тут меня вдруг пронзила странная мысль: она боится меня? Или я настолько ей неприятен?

Я застыл. Желчь, которую я был готов выплеснуть, куда-то испарилась. Мне даже стало неловко за своё поведение. Ещё одна странность для этого утра: я извинился. Представляю, как я смотрелся со стороны — огромный норк, практически напавший на неё в столовой. Хотя, давайте честно, это же она первая налетела на меня в коридоре!

Из нашего короткого диалога я узнал, что она не одна из тех двух попаданок, про которых я слышал. Оказывается, она в этом мире всего две недели. Я хотел поговорить с ней нагло, с издёвкой, чтобы показать своё превосходство, но она предложила пообщаться нормально, в парке у озера. Эта идея меня почему-то зацепила. Она оказалась… не глупой. Казалось, она умеет ценить что-то ещё, кроме власти и денег.

После столовой я сразу направился к озеру. Что-то меня тянуло поговорить с ней. Увидев там стайку перелий, я решил вернуться в столовую за хлебом, чтобы их покормить. Почему-то это занятие успокаивало. Пока птицы склевывали крошки, я думал об этой иномирянке. Она как будто застряла в моих мыслях. Её глаза, её тёмные волосы… она выглядела красиво, особенно на фоне этого мира. Если бы она была местной, я бы… Нет. Глупости.

Я услышал её шаги ещё до того, как она подошла. Лёгкие, почти крадущиеся. Когда она заговорила, я поймал себя на том, что улыбаюсь. Её любопытство к нашему миру меня поразило. Она спрашивала о птицах, о нашей вере, о культуре. Её интерес был искренним, а не притворным, как я ожидал.

Когда она узнала, что я аристократ, её реакция оказалась абсолютно нормальной. Ни лести, ни желания произвести впечатление. Это… выбило меня из колеи. Разговор с ней был лёгким, непринуждённым. Я начал рассказывать о её положении в этом мире, о том, что её ждёт. И она слушала, воспринимая всё стойко. Даже шутила. А потом сказала, что я милый.