Чтение онлайн

Она боролась отчаянно, но Рейф был больше и сильнее, а также тяжелее. Он просто придавил её к полу, не оставив ей места для сопротивления.

Он лежал на ней, не двигаясь, позволяя своему немалому весу сделать свою работу, то есть послать ей бессловесное предупреждение о том, что она его пленница.

Она неистово крутила головой. Ему пришлось зажать её лицо своими ладонями, удерживая жемчужные зубки подальше от своей кожи.

Её руки он придавил своими локтями. Поняв, что борьба бесполезна, она разразилась потоком брани, как он понял, на чистейшем уличном арабском языке.

Он подождал, пока она не выдохлась, и произнёс:

– Пустая трата времени, не находите? Я не понимаю по-арабски.

Она немедленно перешла на французский язык.

– Как мило, – сказал он, усмехнувшись. – Итак, вы, оказывается, понимаете английский язык?

Он пожалел, что не может видеть её глаза. Изгиб её щеки был прекрасен, и даже сквозь слой грязи, покрывающий девичью кожу, он заметил, что кожа эта была словно шёлк.

Она попыталась сбросить его с себя, но добилась лишь того, что его тело, и без того остро осознающее женское тело под ним, отреагировало определённым образом.

Он понял, что девушка также почувствовала его ответ. Она внезапно затихла, назвав его ещё раз извращенцем на французском.

Он хохотнул.

Она напряглась.

– У вас нет стыда, – прошипела она по-французски.

– В действительности, нет. Откровенно говоря, я рад, что у меня всё прекрасно работает, и это после вашего покушения на мою мужественность.

– Покушения? – изумилась она. – И это говорите вы?

Эти слова она произнесла по-английски, и это был момент, которого он ждал. Он переместился так, чтобы взглянуть ей в лицо:

– Мисс Алисия Клив, я полагаю?

Она долго лежала в неподвижной тишине. Рейфу хотелось как следует разглядеть её лицо, но луна снова скользнула за облака, и хотя общие очертания можно было различить, не хватало света разобрать детали.

Рейф просто лежал на ней и ждал. Молчание затягивалось. Его тело зажглось желанием и потянулось к его источнику. Это было ненормально. Тело не знало, что для него хорошо и что плохо.

Дайте ей хоть полшанса, и она сделает его импотентом.

Возможно, Рейф ничего не знал о любви, но он знал женщин. Особенно физически. Они – обычно – все состоят из мягких и гладких изгибов.

Эта, казалось, полностью сделана из локтей. Острых, твёрдых, неудобных локтей. И когтей. И зубов.

И, тем не менее, его тело было таким напряжённым и жаждущим, как никогда ранее. Должно быть, это всё солнце, под палящими лучами которого он провёл уже несколько недель. Лившийся на него жар. Этот жар требовал выхода. И он нашёл, куда его излить.

Тело горело – горело от желания, испытываемого к грязной маленькой дикарке, которая только что пыталась выпотрошить его.

Это было совершенно на него не похоже. Рейф был известен своей утончённостью и разборчивостью. Особенно в том, что касается женщин.

Может, определённая часть его анатомии страдает от солнечного удара?

– Слезь с меня, – огрызнулась Аиша наконец. – Ты просто слон, совсем раздавил меня.

– А ты почище целого мешка бешеных кошек.

Её губы дрогнули. Возможно, у неё всё же есть чувство юмора?

– Я не могу дышать, – настаивала она. – Ты душишь меня.

– Полагаю, что это из-за потока оскорблений, который ты извергаешь. Весьма примечательно, оскорбления на трёх языках. Много практиковалась?

На этот раз он был уверен, что она старалась сдержать улыбку. У девушки есть чувство юмора. Он почувствовал, что напряжение тела под ним сп'aло. Рейф расслабился. Стычка закончилась. Мисс Клив решила быть благоразумной.

– Теперь, когда мы обменялись комплиментами, полагаю, я должен представиться. Рейф Рэмси, к вашим услугам. – Он отпустил её и начал приподниматься.

Ошибка. В тот миг, когда Аиша почувствовала, что он передвинулся и освободил её, она начала действовать. Ему снова пришлось бороться, чтобы удержать её под собой. В три секунды Рейф опять прижал её своим телом, только на этот раз не так аккуратно. Господи, эта девушка – одни кости. А ещё желчь и уксус.

– Знаешь, ты меня утомляешь. Я не хочу причинить тебе вред.

– Вы сломаете мне руку, – зарычала она.

– Возможно, – согласился он. – Если ты продолжишь со мной бороться. Хотя и непреднамеренно с моей стороны…

В этот момент луч лунного света осветил её лицо. Рейф уставился на свою пленницу. Она была… прекрасна. Редкостной красоты глаза: голубые, или зелёные, или смешение этих цветов, обрамлённые тёмными ресницами, расставленные под интригующим углом. Нос небольшой и прямой, губы пухлые и манящие. Под поистине удивительным количеством грязи Рейф ощущал нежную, гладкую кожу.

– Боже мой, – прошептал он. – Да ты редкая красотка.

Она дёрнула головой и ударила его по носу. Сильно.

– Оййй!

Это было чертовски больно. Надо отдать должное маленькому демону: она легко не сдаётся. Не выпуская из руки её запястья, он исхитрился другой рукой прижать её голову к полу. Нос у него болел. Глаза слезились.

Девчонка самодовольно уставилась на него.

– Тот, кто принёс Клеопатру в Рим, завёрнутую в ковёр, знал своё дело, – сказал он с чувством.

Прекрасные зелёные глаза в ярости сузились, как у кошки.

Её тюрбан лежал рядом с его правой рукой. Рейф переложил её запястья в левую руку, встряхнул тюрбан и связал развернувшейся тканью её руки. Затем сел, поймал её брыкающиеся ноги, и связал их вместе другим концом.

– А, – сказал Рейф, обнаружив привязанный к ноге девушки нож. – Вы заблудшая юная леди, мисс Клив. Но какое полезное оружие. – Он снял нож.

– Не называйте меня так!

– Как не называть? Молодой леди? Согласен, это некоторое преувеличение.

– Мисс Клив, – сердито огрызнулась она. – Это не моё имя.

– Нет? Самый грязный вор в Каире совершенно случайно говорит на прекрасном английском языке?

Он отрезал её ножом оставшуюся ткань тюрбана и помог пленнице сесть.

Она сердито посмотрела на него.

– Я говорю на многих языках.

– О да, я слышал. Предполагаю, что большинство из них тебе удалось выучить на дне общества, но английский…

– Я научилась ему от английских моряков в Александрии.

Он засмеялся.

– В Александрии, оказывается, ужасно благородные моряки. Твой выговор совершенен.