Чтение онлайн

Вытряхнул гильзы на стол, показал мне на пачку патронов:

— Местные, “мосторговские”. Дымный порох, сущее дерьмо. После пары десятков выстрелов нужно полностью чистить револьвер.

Загудел массивный вентилятор в решетке под потолком, и Харитон проковылял мимо нас к мишеням, бурча под нос:

— Зато самые дешевые патроны для пистолета. 10 жевелок выстрел. Потому среди татей Наган — самое популярное оружие.

Старик подтащил щиты. Все семь выстрелов попали в цель, по одному в сердце и в голову, а последними тремя Валич, красуясь, нарисовал глаза и обозначил рот на самой дальней мишени. Я присвистнул:

— Да ты настоящий мастер, Николай!

Взял второй “Наган”, и отстрелял свою серию, придерживая револьвер второй рукой. Теперь пришла пора удивляться кирасиру: я точно повторил его достижения.

— Ладно. Давай перейдём к оружию посерьёзнее. Как ты относишься к ТТ?

— Нормально.

Харитон забрал револьверы и заменил их двумя классическими “Токаревыми”. Новенькие, с запахом ещё заводской смазки. На рукояти — серп и молот в шестерёнке, а на стволе выгравировано: “ТТК-33. Сделано в Коммуне”.

— На прошлой неделе докупили эту пару в арсенал. На них только оригинальные патроны, тоже коммунарские. 30 жевелок патрон, но и бьёт куда сильнее. От оригинального довоенного пистолета отличается только наличием простого предохранителя, блокирующего спусковую скобу.

И отдача тоже нехилая. Отстреляли по магазину, результаты были такие же, а мне даже удалось развальцевать крайним выстрелом один “глаз” на дальнем силуэте.

— “Наган”, при попадании в одарённого, снимает примерно 15 единиц энергии Силы, или “энедов”. Если бездымный патрон — то 20. То есть, ровно половина выстрела в упор из “копья” Мосина, — рассматривая отверстия в щитах, пояснил Николай, — у “ТТ” урон повыше, в среднем 30 энедов, что лишь немногим слабее “копейного” выстрела в упор.

— А сколько этой Силы у обычного воина?

— Сразу и не скажешь. Говорят, что обычный воин может с легкостью целый барабан из “Нагана” выдержать, а иные — и два.

— Ого!

Харитон поменял “ТТ” на следующие образцы, в которых я без труда опознал АПС, или “Стечкин”:

— Огнестрельное оружие в бою применять — урон чести. Нет мастерства в пуле, пуля — дура! — торжественно подняв палец к потолку, заявил Валич.

— А зачем же мы тогда здесь стреляем? — спросил я, заталкивая магазин в новый пистолет.

— Ну, во-первых, в бою ведь не только аристократы участвуют, а на простолюдина и пары удачных попаданий хватит. А во-вторых, дуэли! Вот повздорили, скажем, пара бояр. Как им на холодном оружии драться, если умения у них разные, если Силы разное количество? Раньше как-то пытались под честное слово, что мол, на дуэлях нельзя Силу применять. А как уследить? Бывало, сойдутся так, и давай друг в друга клинками тыкать, да через них умения пускать. Вот и запретили дуэли на мечах и спадах, только огнестрел теперь. А перед дуэлью жрец удостоверит, сколько кому патронов, что патроны эти без “сюрприза”. Если не насмерть, то всегда на один патрон от максимальной Силы противника дают. А если насмерть бьются — то на один больше.

Валич стал опять вполоборота к мишеням, споро выстрелил весь магазин.

— Тогда зачем учиться фехтованию?

— Пуля хороша тем, что уменьшает силу противника. Но главная угроза — это всё же удары мечом или копьём, в упор. Амулеты, которые способны отводить медленно движущийся металл от твоего тела, очень редки и энергозатратны. Один удачный удар мечом — и никакое умение не спасет от ранения! Бой ведь не дуэль, всякое бывает!

— Да, а потом пойди разбери, кто в кого стрелял в той неразберихе-то, — подмигнул мне Харитон, — Не слушай десятника, в настоящей битве он ещё не бывал. Там не только стрелами да копьями швыряются, там любые средства хороши… Вот, к примеру, «Кувалда». Или ещё известное как «крепостное ружьё Дегтярёва». Обычный бронебойный патрон — сотня «энедов». Зажигательный примерно столько же, но огонь там хитрый, не сбить. Если повезёт, то успеешь одежду скинуть… А есть ещё артефактные патроны, там вообще просто держись…

Отстреляв по магазину из “стечкиных”, мы перешли в гимнастический зал. Здесь я сразу же развёл руками:

— На мече или шпаге я вообще не умею.

— Ничего, будем учиться. Начнём с простого: бери вон тот круглый щит и учебный гладиус, пусть тебя немного Харитон погоняет для начала…

На квартиру я ввалился уже в сумерки. Магазины в Крысятнике закрываются рано, так что пельмени, газовый баллончик и сырую морковь купил в минимаркете, который был развёрнут прямо в рецепшене. Быстро сварил полкило, оставив остальное на завтра. Цены здесь не кусались, а прямо грызли кошелёк: полсотни жевелок за ужин, который ещё и варить самому! Да, с такими раскладами действительно проще на полный кошт стать! Чем завтра с утра и займусь, дешевле питаться централизованно.

Пока варево булькало на обшарпанной газовой комфорке… Разделся и нырнул под струи душа. Вода оказалась едва тёплая, что оказалось очень кстати: хромой инвалид Харитон превратил большую часть моей тушки в нечто, напоминающее отбивную. Хотя и работал, как комментировал Николай, в четверть силы. Мда, определённо нужно наверстывать этот пробел.

Накинул халат, доставшийся в подарок от гостеприимных Вранов, сел за стол. Почистил и с аппетитом схрумкал морковку. С витаминами в светлом наступившем будущем времени — явный непорядок, в основном варево или жарево. Так и до авитаминоза недалече.

Едва успел запихнуть в себя первый пельмень, как в дверь постучали. Как был, в одном полотенце на бёдрах, прошлёпал в прихожую, открыл.

— Вот ты где устроился! Милое местечко! — Ворона без всякого смущения шагнула в комнату, с интересом осмотрелась, — Мрачновато, на мой вкус.

Я захлопнул дверь, сжал кулаки:

— Ты!

— Я, я, — воительница прошла к окну, развернулась и села на подоконник, — Рад мне?

— Я жду объяснений, — прошипел я, чувствуя, как внутри поднимается гнев, — Как ты могла?

Та пожала плечами:

— Такая у меня работа. А ты сообразителен! Кстати, “Верный глаз” теперь твой. Оплата за услугу. Только не забудь! Ему нужно именно “малое зерно”. “Большое” не подходит. Сожжёт амулет.

Она понюхала воздух:

— Ух ты! Вкусно пахнет!

Прошла мимо остолбеневшего меня на кухню, села за стол и взяла ложку:

— Сам купил? Молодец. Свари себе ещё. Свари, не жадничай. Здесь и половины пачки нет.

Я сидел напротив неё и смотрел, как она ловко уплетает мои пельмени из моей тарелки. Почему-то накатило умиротворение, хотя ещё секунду назад едва не набросился на неё с кулаками.

— Давай договоримся так, — Ворона тщательно облизала ложку, положила её на стол у пустой миски, — Ты не спрашиваешь. А я тебе не вру.

— Или что?

Оля пожала плечами, отчего белая прядь упала на её бровь. Она сдула волосы в сторону:

— Или я сейчас поднимаюсь и ухожу. Навсегда.

Я покачал головой:

— Так нельзя. Я… люблю тебя, но вряд ли смогу принять и понять обман.

Ворона посидела ещё немного, затем поднялась, стащила с себя перевязь с мечом, скинула с себя одежду и, опустившись на колени, посмотрела на меня снизу вверх: