Кто он
Шрифт:
Я помню, как Гейдж сидел на одном из них, и с тех пор я к нему не прикасалась. В его присутствии было что-то такое, что заставляло меня нервничать.
— Ты правда не поедешь со мной, Лиза? — спросил отец, зайдя на кухню, пока я ставила тарелки в раковину. — Я хочу, чтобы ты выбралась из дома. Тебе двадцать один, а ты каждый год проводишь лето взаперти. Разве не пора, наконец, пожить по-настоящему?
— Прости, пап...
— Бен, — поправил он. Единственная вещь, которую он терпеть не мог, когда я называла его «папой». Говорил, что это заставляло его чувствовать себя старым. Он предпочитал, чтобы его воспринимали скорее как старшего брата, чем отца.
— Ну ладно, Бен, — я закатила глаза, вставив пробку в раковину. — Думаю, тур с 9-ю Грешниками — не лучшая идея. Это же просто кучка парней в автобусе, которые пьют пиво и занимаются Бог знает чем ещё. Это не моя компания.
— А какая твоя? — он прищурился и облокотился на столешницу.
— Я сама себе компания, — подмигнула я, бросив на него взгляд через плечо. Он рассмеялся, пока я смывала мыльную пену с тарелок и ставила их в сушилку.
— Ладно, давай заключим сделку, — он хлопнул в ладони. — Если я подарю тебе сертификат в книжный магазин, куплю классную одежду и отведу в салон, ты поедешь?
Я пожала плечами.
— Мне нравится идея с книжным. А вот одежда и причёска — это скорее минусы.
— Вот, черт! — выдохнул он. — Ну хорошо, ты можешь взять столько книг, сколько захочешь. Только поехали, Элиза. Обещаю, тебе понравится. Мы будем делать кучу остановок, так что ты не заскучаешь. В конце концов, в Вирджинии все равно нечем заняться, ты же знаешь.
Тут он был прав. В Саффолке развлечения быстро заканчивались, если только кто-то не устраивал вечеринку. Но вечеринки — это не мое. Да и вообще, ничего не мое. Я так редко выходила из дома, что, кажется, пропустила большую часть подростковых развлечений. Даже в колледже всё, что я делала, — это ходила на пары или пряталась в своей комнате. Соседка была ещё той оторвой, так что мы практически не виделись. И это было даже к лучшему — я её терпеть не могла.
— Ладно. — Я тяжело вздохнула под пристальным взглядом его карих глаз. — Я поеду. Но только не в одном автобусе с группой.
— О, дорогая, конечно нет! — он обошел стойку и встал рядом со мной. — Ты будешь в отдельном автобусе со мной. У тебя будет столько личного пространства, сколько захочешь. Я бы никогда не посадил тебя в автобус с кучей таких парней. Это просто… фу. Брр. Знаешь, что они творят? Ужас.
— Ладно, ладно! — я рассмеялась, подняв руки в знак капитуляции. — Я еду. В конце концов, мне нравится их музыка. И будет прикольно смотреть, как за окном проносятся города. Может, даже сделаю пару снимков. Почему бы и нет?
— Вот это моя Лиза! — он чмокнул меня в щёку, а потом крепко обнял. Я быстро ответила на объятие и снова повернулась к раковине.
— Завтра идем за покупками!
— Круто.
Спустя несколько секунд раздался дверной звонок, и Бен ухмыльнулся, вытирая руки о свою персиковую рубашку на пуговицах.
— О, отлично. Парни пришли.
Я нахмурилась, выглядывая из кухни.
— Парни?
— Да. 9 Грешников. Они сегодня репетируют в гараже, потому что их продюсер уехал из города. У них новая песня, и я просто умираю от любопытства. Преимущества работы менеджера, знаешь ли.
Я сглотнула.
— Эм… да. Конечно.
Подмигнув мне, Бен вышел из кухни, а я вытащила руки из мыльной воды, быстро вытерла их полотенцем и со всех ног бросилась в свою комнату, захлопнув дверь за собой. Я терпеть не могла, когда они появлялись неожиданно — особенно, когда я выглядела как полный кошмар.
Я подошла к кровати, встала на колени и вытащила из-под неё один из своих альбомов. Затем схватила карандаш и села за стол в углу комнаты. Глубокие голоса эхом разносились по коридору, и я старалась сосредоточиться, но это было невероятно сложно. Самое тяжёлое — это слышать низкий, хрипловатый голос Гейджа Грендела. Он словно проникал в меня, манил к себе. В какой-то момент мне пришлось сдерживать себя, чтобы не встать и не выглянуть наружу.
— Сейчас приду, только найду ванную, — раздался голос Гейджа.
Его шаги были тяжелее обычного, и я замерла, когда он приблизился к моей комнате. Ванная была на одну дверь дальше, и осознание, что он мог перепутать их, повергло меня в панику. Я знала, что сейчас произойдет. Я знала, что он идёт.
Дверная ручка дрогнула, и дверь медленно приоткрылась. Я напряглась, но продолжала смотреть в альбом.
— О, чёрт. Не та комната.
Я повернулась через плечо, внутренне собираясь с духом, и наконец взглянула на него. Он выглядел совсем не так, как ухоженные парни из колледжа. Этот расслабленный стиль ему очень шел. Чёрные конверсы, черная майка, облегающая его рельефный торс, и почти узкие темно-синие джинсы. Его ореховые глаза, искрившиеся зелёными и жёлтыми крапинками, будто улыбались. Я могла различить оттенки в его радужке даже с большого расстояния.
Его шелковистые темно-каштановые волосы были немного растрепаны, а в некоторых местах завивались, создавая ещё более дерзкий образ. Обе руки до плеч были забиты татуировками: абстрактные узоры, несколько имён, даже цитаты из Библии, написанные витиеватым почерком. Чуть ниже шеи красовалось название группы.
— Ты выглядишь знакомо, — сказал Гейдж, выдернув меня из оцепенения.
— Может, потому что мы учились в одной школе, — не удержалась я от сарказма.
Он пропустил это мимо ушей.
— Да, ну? — он приподнял ухоженную бровь.
— Да. Ты выпустился на три года раньше меня.
— О, значит, поэтому я тебя не помню… Но, знаешь, что-то в тебе знакомое. Как тебя зовут?
— Элиза Смит, — произнесла я, не особо надеясь, что он вспомнит.
Но неожиданно он воскликнул:
— Офигеть! Так ты дочь Бена?!
— Да, — ответила я напряжённо. Я не понимала, вложил ли он в это что-то обидное. — Очевидно же, раз я нахожусь в его доме…
— Это круто. Ты гораздо горячее, чем я ожидал. — Его тон был настолько будничным, что у меня чуть не отвисла челюсть. — Бенни вечно о тебе говорит. Почему я тебя никогда не вижу?
— Мы просто очень разные, — пожала я плечами. Медленно развернулась и снова начала рисовать, но чувствовала, как Гейдж пристально разглядывал меня из другого конца комнаты. И почему он до сих пор не ушёл?
— Ванная — следующая по коридору, если ты вдруг всё ещё в поисках, — сказала я, не оборачиваясь. Я не могла посмотреть на него. Если бы я это сделала, то просто втянула бы его в свою комнату и заперлась с ним.
— Понял, — ответил он. — Спасибо, Элиза… Знаешь, думаю, буду звать тебя Элли. Только что придумал. Лучше звучит. Тебе подходит.
— Но меня зовут не…
Дверь закрылась, и я почувствовала облегчение, потому что, если бы Гейдж произнёс моё имя ещё раз, я бы просто растаяла.
Элли? Меня так никто никогда не называл.
Это было завораживающе. Гейдж, произносящий моё имя, да ещё и придумывающий мне прозвище, был как ванильное мороженое, а его глубокий, чуть хрипловатый голос — словно горячий шоколадный топпинг, который делал его ещё слаще. Он только что создал идеальный десерт, просто сказав моё имя
Гейдж был горяч. Нет, он был чертовски сексуален и одновременно смертельно опасен для любой девушки. Он мог разбить сердце и не почувствовать ни капли вины. В школе всё было именно так: сегодня он с кем-то встречался, а на следующий день девушка приходила с размазанной тушью. Именно это меня всегда раздражало в парнях из рок-групп — все они, казалось, хотели только одного: затащить девушку в постель, а наутро сделать вид, что ничего не было.