Красный священник
Шрифт:
Сио небрежно отшвырнула плащ в сторону и отозвалась:
— Народу набилось прилично, да и товаров вывалили целую гору. Вот только всё это добро не поднималось выше низших Последовательностей.
— Для первого раза это абсолютно закономерно. Никто в здравом уме не станет с ходу светить козырями, — философски заметила Форс, откладывая роман в сторону.
— Верно, — Сио коротко кивнула. — Организатор этой кутерьмы величает себя мистером Икс. Вот только одному богу известно, тянутся ли от него ниточки к тому самому мистеру А.
«Мистер Икс… Возможный оракул Ордена Авроры… Уж не Льюис ли Вин скрывается под этой личиной?» — Форс мгновенно встрепенулась, сбросив ленивое оцепенение, и подалась назад:
— И как же он выглядит?
— Он носит маску! — Сио одарила подругу красноречивым, тяжелым взглядом. — Или ты всерьез полагаешь, что мои глаза способны прошибать латунь насквозь?
— Да нет же, нет! Я имела в виду его общий облик, телосложение, манеры, — поспешно поправилась Форс. В свое время наставник Дориан Грей показывал ей портрет Льюиса Вина в полный рост, так что приметы этого мерзавца намертво отпечатались в ее памяти.
Будучи «Шерифом», Сио без малейших усилий, фотографически точно воспроизвела внешность мистера Икс. Описав габариты незнакомца, она с легким недоумением добавила:
— Понятия не имею, связан ли он с мистером А, но заявляться под таким позывным — верный способ нарваться на донос. И как он только облавы не боится?
Внимательно выслушав отчет Сио и изучив набросок, состряпанный благодаря ее талантам «Шерифа», Форс почувствовала, как в груди разгорается жгучее ликование. Девушка была почти на сто процентов уверена: этот таинственный мистер Икс — не кто иной, как вероломный предатель семьи Авраам, Льюис Вин!
«А не боится он доносов именно потому, что шагает по стезе „Мироходца“! Запахнет жареным — и он просто растворится в воздухе, играючи уйдя из-под удара. Вздумай казенные ищейки ловить его по тем же лекалам, что и мистера А, они лишь останутся с носом…» — беззвучно пробормотала про себя Форс. Благоразумно свернув эту скользкую тему, она перескочила на обсуждение совершенно отвлеченных пустяков.
Лишь дождавшись, пока Сио скроется в ванной, писательница торопливо пустила в ход таланты «Астролога». Обратившись к собственной духовности, она мысленно наложила образ Льюиса Вина на портрет мистера Икс. Откровение ударило безошибочно: это один и тот же человек!
— Так и знала! — Форс рывком подскочила с дивана, принявшись нервно мерить шагами гостиную. Её переполняла дикая смесь из жгучего предвкушения и бьющего через край восторга.
Первым, инстинктивным порывом было немедленно состряпать донос и разослать его по всем великим Церквям, не забыв жирно подчеркнуть, что мишень владеет талантами «Мироходца». Однако в следующее мгновение девушка вспомнила: она ведь уже закинула удочку и попыталась нанять господина «Мира» для устранения этого ублюдка.
«Как бы там ни было, сначала нужно почтительно осведомиться у господина Мира, есть ли у него время и не отпало ли желание браться за этот заказ. Переходить дорогу такому монстру категорически нельзя». Едва в памяти всплыла пугающая вереница кровавых подвигов сурового авантюриста, как Форс пробрал леденящий, неконтролируемый озноб.
Приняв окончательное решение, она первым делом навострила уши, удостоверившись, что Сио всё еще плещется в горячей воде и в ближайшее время носа из ванной не высунет. После чего девушка благоговейно сложила руки и вознесла молитву господину «Шуту»:
— … Молю, передайте господину «Миру»: оракул Ордена Авроры, Льюис Вин, наконец-то показался на свет. С высочайшей долей вероятности он — «Мироходец», скрывающийся под позывным «мистер Икс».
Глава 764
Первичная проверка
Услышав многократно наслаивающийся друг на друга, иллюзорный хор молитв, Клейн как раз ехал в четырехколесной карете, возвращаясь из собора Святого Самуила на улицу Бёклунд.
«Женский голос… и, судя по всему, дело терпит…» — юноша сумел сделать лишь самый поверхностный вывод, не имея возможности сию же секунду воспарить над серой мглой и даровать божественный отклик.
Бросив беглый взгляд на газовые фонари за окном, что отважно разгоняли ночной мрак, Клейн отвернулся. Подхватив изящную чашечку из белого фарфора с золотой каймой, он сделал крошечный глоток.
Сидящий сбоку Ричардсон, улучив этот момент, собрался с духом и произнес:
— Сэр, я всё обдумал. Вы были абсолютно правы: каждый профессионал когда-то начинал с самых низов, не имея за душой ни капли опыта. Примите мою глубочайшую признательность за то, что даровали мне этот шанс доказать свою полезность.
Удостоверившись, что Годопс вкупе со всей его сворой благополучно отправились на тот свет, камердинер наконец-то сбросил с себя липкие путы страха и всерьез задумался о собственной карьере.
Менять нанимателей как перчатки за столь короткий срок — вопиющее, несмываемое пятно на репутации любого слуги. Ричардсон кристально ясно осознавал: стоит ему сейчас подать в отставку из дома Дуэйна Дантеса, и место личного камердинера в приличном обществе ему больше не светит.
И подобный крах стал бы для него поистине фатальным ударом.
Дело крылось отнюдь не только в звонкой монете, хотя жалованье личного камердинера стартовало от весьма солидных двадцати пяти фунтов в год — суммы, недосягаемой для рядовой челяди и сопоставимой разве что с доходами личных горничных. Куда важнее было то, что именно камердинеры и старшие горничные являлись первыми кандидатами на должность мажордома!
Денно и нощно находясь при лордах и леди, разруливая их щекотливые дела, выступая верными поверенными и незаменимыми помощниками, они шаг за шагом оттачивали деловую хватку. Перенимая искусство управления домом и превращаясь в доверенных лиц, они могли при первом же удачном раскладе легко перепрыгнуть в кресло управляющего поместьем, помощника дворецкого или заместителя мажордома, чтобы в итоге взойти на самую вершину служебной лестницы.
Спору нет, Ричардсон всем сердцем жаждал тихой и безмятежной жизни, но это совершенно не означало готовности до седых волос прозябать в лакеях. Парень отчаянно рвался вверх, мечтая собственным потом и кровью выбить себе солидный оклад и высокое положение в обществе, а должность мажордома в богатом доме была его заветной, путеводной звездой.
— Отрадно, что вы осознали это до того, как стало слишком поздно, — с мягкой улыбкой отозвался Клейн, давая добро на продолжение службы.
Вернувшись в особняк номер сто шестьдесят по улице Бёклунд, хозяин первым делом поручил экономке Танее распорядиться на кухне насчет легкого ужина к половине двенадцатого. После чего поднялся на третий этаж, скинул верхнюю одежду и проследовал в ванную комнату.