Чтение онлайн

«Я ранен был, но не упал» [15] , – произнес про себя Адам.

Молодой человек смотрел на мисс Булстроуд. Никогда еще он так не восхищался женщиной. Она сидела спокойная и невозмутимая, а вокруг нее рушилось дело всей ее жизни.

Время от времени раздавались телефонные звонки, сообщавшие, что еще одну ученицу забирают из школы.

В конце концов мисс Булстроуд приняла решение. Извинившись перед полицейскими, она вызвала Энн Шапленд и продиктовала короткое заявление. Школа закрывается до конца семестра. Те же родители, которым забрать детей домой неудобно, могут оставить их на ее попечении, их образование будет продолжено.

– У вас есть список имен и адресов родителей? И номера их телефонов?

– Да, мисс Булстроуд.

– Тогда начинайте их обзванивать. После этого проследите, чтобы всем отправили напечатанное заявление.

– Да, мисс Булстроуд.

Выходя из комнаты, Энн Шапленд остановилась у двери. Она покраснела и быстро заговорила:

– Простите, мисс Булстроуд. Это не мое дело, но разве необходимо принимать такое… такое поспешное решение? Я хочу сказать, что после первой паники, когда у людей будет время подумать, они наверняка решат не забирать девочек. Они проявят благоразумие и передумают.

Мисс Булстроуд пристально посмотрела на нее:

– Вы считаете, что я слишком легко смирилась с поражением?

Энн вспыхнула.

– Вы – боец, девочка, рада это видеть. Но вы ошибаетесь. Я не смирилась с поражением. Я исхожу из своего знания природы человека. Заставьте людей забрать детей, навяжите им это, и они уже не будут так к этому стремиться. Они придумают причины, чтобы позволить им остаться в школе. Или в худшем случае они решат позволить им вернуться в следующем семестре… если будет следующий семестр, – мрачно прибавила директриса и посмотрела на инспектора Келси. – Все зависит от вас, – сказала она. – Раскройте эти преступления, поймайте того, кто их совершил, и с нами все будет в порядке.

Инспектор Келси выглядел несчастным. Он ответил:

– Мы делаем все, что в наших силах.

Энн Шапленд вышла.

– Компетентная девочка, – сказала мисс Булстроуд. – И преданная.

Это было отступлением от темы. Затем она перешла в наступление:

– Разве у вас нет совершенно никаких предположений о том, кто убил двух моих преподавательниц в спортивном павильоне? К этому времени они уже должны появиться. И еще это похищение вдобавок… Здесь я виню себя. Девочка говорила о том, что кто-то хочет ее похитить. Я думала – прости меня, господи, – что она пытается придать себе больший вес. Теперь я понимаю, что за этим что-то стояло. Наверное, ей кто-то намекнул или предостерег ее, неизвестно… – Она замолчала. – У вас нет совсем никаких новостей?

– Пока нет. Но я не думаю, что вам следует слишком волноваться на этот счет. Дело передано в Управление уголовных расследований. Особый отдел тоже занимается им. Они должны найти ее в течение суток, самое большее – полутора. В том, что мы – остров, есть свои преимущества. Оповещены все порты, аэропорты и тому подобное. Собственно говоря, похитить человека достаточно легко, а вот спрятать его – это проблема… О, мы ее найдем.

– Надеюсь, вы найдете ее живой, – мрачно заметила мисс Булстроуд. – По-видимому, нам противостоят люди, не слишком щепетильно относящиеся к человеческой жизни.

– Они бы не стали похищать ее, если бы хотели с ней покончить, – сказал Адам. – Это легко было сделать и здесь.

Он почувствовал, что выразился неудачно. Мисс Булстроуд бросила на него выразительный взгляд.

– По-видимому, да, – сухо произнесла она.

Зазвонил телефон. Мисс Булстроуд взяла трубку.

– Да?

Потом протянула ее инспектору Келси.

– Это вас.

Адам и мисс Булстроуд смотрели на него, пока он говорил по телефону. Он что-то проворчал, что-то записал в своем блокноте и наконец сказал:

– Понятно. Олдертон-Прайерс. Это в Уолшире [16] . Да, мы подключимся. Да, шеф. Я продолжу здесь.

Он положил трубку и несколько мгновений молчал в задумчивости. Потом поднял глаза:

– Его превосходительство сегодня утром получил письмо с требованием выкупа. Напечатано на новой «Короне». Почтовый штемпель Портсмута. Держу пари, это маскировка.

– Где и как? – спросил Адам.

– На перекрестке в двух милях к северу от Олдертон-Прайерс. Это открытый заболоченный участок. Конверт с деньгами завтра следует положить под камень за телефонной будкой в два часа ночи.

– Сколько?

– Двадцать тысяч. – Он покачал головой. – По-моему, действуют любители.

– Что вы намерены делать? – спросила мисс Булстроуд.

Инспектор Келси посмотрел на нее. Он вдруг стал другим человеком. Официальная скрытность окутала его, как плащ.

– Это не мне решать, мадам, – ответил он. – У нас свои методы.

– Надеюсь, они будут успешными, – заметила мисс Булстроуд.

– Это должно быть просто, – сказал Адам.

– Любители? – переспросила мисс Булстроуд, уловив слово, которое они произнесли. – Интересно…

Потом она резко спросила:

– А как насчет моих сотрудников? Тех, что остались? Мне им можно доверять или нет?

Так как инспектор Келси колебался с ответом, она сказала:

– Вы боитесь, что если скажете мне, кто остается под подозрением, я могу своим поведением выдать себя… Вы ошибаетесь. Я не выдам.

– Я и не думал, что вы можете это сделать, – возразил Келси. – Но я не могу позволить себе рисковать. На первый взгляд кажется, что любая из ваших сотрудниц может быть тем человеком, которого мы ищем. То есть насколько мы смогли их проверить. Мы обратили особое внимание на тех, кто появился здесь в этом семестре: это мадемуазель Бланш, мисс Спрингер и ваша секретарша, Энн Шапленд. Прошлое мисс Шапленд полностью подтвердилось. Она – дочь отставного генерала, работала там, где указывала, и ее бывшие наниматели ручаются за нее. Кроме того, на прошлую ночь у нее есть алиби. Когда убили мисс Ванситтарт, мисс Шапленд была в ночном клубе с мистером Деннисом Рэтбоуном. Их обоих там хорошо знают, и у мистера Рэтбоуна отличные характеристики. Прошлое мадемуазель Бланш также проверили: она преподавала в школе на севере Англии и в двух школах в Германии, и ей дали прекрасные рекомендации. Ее считают первоклассной учительницей.

– Не по нашим стандартам, – фыркнула мисс Булстроуд.

– Ее прошлое во Франции также проверили. Что касается мисс Спрингер, то с нею не все понятно. Она училась там, где указала, но между периодами работы были промежутки, не получившие объяснения.

– Однако так как ее убили, – прибавил инспектор, – это позволяет ее исключить.

– Я согласна, – сухо сказала мисс Булстроуд, – что и мисс Спрингер, и мисс Ванситтарт можно исключить из числа подозреваемых. Давайте рассуждать здраво. Остается ли мадемуазель Бланш под подозрением, несмотря на ее безупречное прошлое, только потому, что она все еще жива?

– Она могла совершить оба убийства. Она находилась здесь, в этом здании, вчера ночью, – сказал инспектор Келси. – Она говорит, что рано легла спать, спала и ничего не слышала, пока не подняли тревогу. Нет доказательств обратного. У нас на нее ничего нет. Но мисс Чедвик с уверенностью заявляет, что она хитрая.

Мисс Булстроуд нетерпеливо отмахнулась от этого довода:

– Мисс Чедвик всегда считает учительниц французского языка хитрыми. У нее против них предубеждение. – Она посмотрела на Адама. – А вы что думаете?