Чтение онлайн

– Гляньте на эту дуру, шеф! – сказал водитель Носова и загоготал, как это умеют делать дебилы или таксисты со стажем в двадцать и более лет.

Мы улыбнулись, наблюдая, как сантиметр за сантиметром машина блондинки начинает вписываться в нужную траекторию. Я посмотрел в боковое окно и увидел исчезающую в ночи фигуру Штейна. Немного сгорбленный, но походка его была быстрой и напряженной. Куда он идет? Насколько я знаю, в этом районе у него никого нет, быть может, ему просто не понравился вечер или он пронюхал что-то неладное и обиделся, как с ним иногда бывает.

– Ну наконец-то, ай дура! – сказал водитель чуть громче, чем того требует присутствие шефа, и мы тронулись. Проезжая мимо «ауди» этой глупой миниатюрной блондинки, я еще раз отметил, что на красных машинах этой марки ездят либо беспечные девушки, либо гомики (или похожие на них).

За окнами мелькал вечер обычного рабочего дня. Никакого настроения, никакого веселья. Да и откуда ему взяться во вторник? Настроение оно ведь общее и передается большинством. Даже если вам не надо ходить на работу во вторник или в среду, ничем таким веселым в большом городе себя особо не займешь (если вы не наркоман или дебил, разумеется), то ли дело в пятницу или субботу, когда все только и думают, как наденут все лучшее, что у них есть, и, как говорится, пойдут вразнос.

– Андрей, ты не против, если мы заскочим ко мне ненадолго, я хотел бы закончить разговор? – спросил Носов так же неожиданно, как обычно случается понос.

– Конечно, не против, – ответил я, поймав себя на мысли, что я вообще ничего не против. Я прильнул к окну и просто наслаждался тихой ездой по ночному городу.

– Вот и хорошо, – сказал Носов и принялся писать кому-то сообщение.

Мне было так хорошо и спокойно, что никуда не хотелось ехать, а говорить – тем более. Так бы и слушал всю жизнь тихий свист колес носовского «мерседеса», так бы и дожил до конца дней своих в полудреме. По большому счету, кому какое дело, буду я бегать как какой-нибудь чемпион-марафонец днями напролет по коридорам нашего большого здания или просижу здесь у окна еще лет двадцать. Я подумал о своей будущей книге, нет, все-таки я должен дописать ее. Почему я стараюсь никому о ней не говорить? Может, боюсь, что выйдет не очень? Но это же бред, как же я пойму, пока не сделаю все, что в моих силах, думаю я, по пути замечая, как две пьяных девушки ловят такси. Я вспомнил Хеллера, его книгу «Что-то случилось». Наверное, у каждого в жизни настает момент, когда он понимает, что попадает в ступор и ему кажется, что теперь и впрямь что-то случилось, что все пошло как-то через задницу, проще говоря, и что никто не сможет ответить на твои вопросы, кроме тебя самого…

Ворота открывались медленно, вверху по углам моргали желтые лампы, я завороженно наблюдал за всем этим и гадал, что же там, внутри двора. Носов умудрился поселиться в центре города, да еще и в частном доме. Мы вкатили во двор, мощенный цветной плиткой. То тут то там торчали мелкие кустарники и небольшие деревья, газон был подсвечен, все чисто и пахнет как в лесу: сразу видна рука мастера по всяким зеленым насаждениям. Справа от ворот стоял небольшой домик, там горел свет, и чья-то лысая голова приветливо кивала до тех пор, пока Носов не махнул в ответ.

– Охранник Витя, он еще и садовник у меня, – сказал Носов.

– А-а-а, – ответил я.

Виталий зашагал в сторону крыльца, махнув мне рукой, не отставай, мол. За спиной послышался скрип ворот и звуки отъезжающей машины, видимо, водитель на сегодня свободен. Я шел по мощеной тропинке и любовался каждой плиткой, казалось, что ее вручную помыли шампунем. Я боялся нечаянно шаркнуть и оставить черный след от подошвы, который наверняка испортил бы общую идиллию. Фонарные столбы, трава на газоне, сочные листья деревьев – все было каким-то уж слишком неестественно живым, сразу понятно – хозяин настоящий фанат чистоты и любит природу.

Как ни странно, входную дверь своего двухэтажного дома Носов открыл обыкновенным ключом; никаких там приложенных пальцев или кодовых замков, все по старинке. Мы зашли в большой холл, со вкусом обставленный и с большой люстрой, свисающей будто луна, разделись и последовали в столовую. Дом моего шефа был хорошим и уютным, без лишней показухи и вычурности, в общем, хорошее добротное жилье состоятельного человека.

– Я почти всегда здесь. Тут стол, стулья, компьютер, холодильник и небольшая библиотека, а мне больше ничего и не надо. На втором этаже три спальни и санузел, думаю, никому не интересно все это смотреть, – сказал Носов и уселся за большой лакированный стол.

Я кивнул, аккуратно отодвинул стул и сел напротив. Действительно, по-моему, только женщинам интересно зайти в каждую комнату незнакомого дома, посмотреть обои, мебель, люстры, потрогать статуэтки и все такое прочее. Признаюсь, ни разу не видел мужика, пришедшего в гости впервые, который бы переминался с ноги на ногу, ожидая, когда хозяева наконец скажут: «Ну, а теперь мы покажем вам дом!»

Мы сидели молча, смотрели друг на друга, по очереди убирая взгляд. На столе между нами корзина со свежими фруктами. На меня смотрело сочное зеленое яблоко и несколько виноградин. Носов придвинул тарелки поближе.

– Угощайся, – сказал он виновато, как обычно говорят хозяйки, у которых на ужин опять макароны.

– Спасибо.

Я безо всякого стеснения взял самое большое яблоко и аккуратно начал фруктовую трапезу. Откусив второй раз, я понял, что хруст настолько громкий, что буквально заполняет собой пространство. Я отложил фрукт и громко засмеялся, понимая, насколько, должно быть, по-идиотски все это выглядит. Не успел зайти в дом, как схватил яблоко и жрет себе помаленьку, хозяин и опомниться не успел. Носов смотрел на меня и пытался сдержаться, но секунду спустя сам гоготал, да так, что мне захотелось смеяться еще громче. По-моему, у нас даже выступили слезы. Неплохой он парень, подумал я, немного успокоившись, приятный смех у этого Носова.

Виталий встал, подошел к бару, достал с верхней полки небольшой графин с ярко-золотыми надписями по бокам и разлил янтарную жидкость в два бокала.

– Виски, мой любимый, не спрашивай, как называются, я и сам не знаю… вот, – сказал он и протянул мне бокал.

Мы чокнулись и неторопливо сделали по глотку. Напиток весьма достойный, как раз из тех, что можно пить чистым, но все же я закусил виноградом.

– Предлагаю продолжить разговор, – сказал Носов и отправил в тощий рот несколько зеленых виноградин. – Брат прочитал твою писанину на прошлой неделе. Пару дней назад я был у него, и он дал почитать мне. Надеюсь, ты на него не в обиде? – Я махнул рукой и он продолжил: – Сема, как ты его называешь, в издательском деле слывет большим человеком, и то, что вы с ним друзья, это, конечно, здорово. – Виталий сделал паузу, опять отпил, посмотрел мне в глаза и продолжил: – Книга хорошая, и я тебя уверяю, любое издательство взяло бы ее и так, но в этом мире страниц и обложек все устроено по принципу: печатают все что угодно, и не всегда вещи стоящие выпускают в первую очередь. В общем, я поговорил с братом, и мы решили взять тебя в проект.

– Какой проект? – перебил я Носова.

– В проект под названием «Андрей Петров». Как ты знаешь, издательский дом принадлежит мне, и обычно такие вещи без моего ведома не происходят.

Я кивнул (хотя понятия не имел, кому принадлежит издательский дом).

– Издавать книги в сто раз выгоднее, чем их писать, ну, ты, наверное, догадывался, – сказал Носов, сморкнулся в белоснежную салфетку и добавил: – Но издатели книг писать не умеют, а писатели не умеют их продавать, поэтому нам друг без друга не жить.

Я улыбнулся, похоже, он прав, наверное, издать даже какой-нибудь дерьмовый детектив не такое простое дело, плюс всякие там правки, обложки, корректура и прочая туфта, о которой и думать-то тошно.

– Понимаешь, Андрей, говоря деловым языком, ты делаешь неплохой продукт, а мы умеем такие продукты дорого продавать, – сказал Носов, перейдя сразу к делу.

– Угу, – сказал я и взял пару виноградин.

– В общем, мы с Семой решили, что можем заключить с тобой договор на издание трех книг в течение года… Считай это официальным предложением, так что тебе решать…