Чтение онлайн

христианства - с репрессиями императора Деция в 249-251. Это было первое скоординированное преследование церкви в пределах империи. Император Деций собирался провести двойное наступление на церковь. Первое: ликвидировать руководящих епископов. Все епископы Рима, Антиохии, Иерусалима и Кесарии были преданы мученической смерти. Киприана заранее предупредили, и он, бежав, скрылся недалеко от Карфагена. Оттуда он письменно руководил церковью все время, пока продолжались гонения. Но ему пришлось выдержать шквал упреков за свой побег, в особенности со стороны завистливого духовенства. Вторая фаза преследования заключалась в попытке заставить христиан принести жертву языческим богам. Применялись любые способы, угрожали смертью, чтобы получить свидетельство приношения жертвы христианами. Церковь, познавшая несколько лет относительного мира и спокойствия, не была готова к такому натиску. Большое количество христиан совершило жертвоприношение языческим богам: один епископ привел к жертвеннику весь свой приход. Многие другие избежали выполнения приказа, подкупив официальных лиц и предоставив им доказательство жертвоприношения, фактически не совершая его. По традиции, отступники (отрекшиеся от веры) вновь в церковь не принимались. Но что делать с большим количеством желающих вернуться в лоно церкви? По этому вопросу существовало две различные проблемы. Первая: стоит ли принимать отступников обратно? Если да, то при каких услови-

ях: сразу или по истечении времени раскаяния (публичного покаяния с последующим постом)? Вторая: кто должен решать это? Те, кто был заключен в тюрьму за свою веру и готовился умереть за нее (мученики за веру), взяли на себя задачу примирения отступников с церковью. В своих действиях они опирались на некоторые традиции, хотя иногда вели себя безответственно, щедро раздавая прощение всем и вся. Так кому же принадлежало право решать - мученикам или епископам? Кип-риан настаивал на том, что это право должно принадлежать епископам, которым необходимо было учитывать и рекомендации мучеников за веру. Он написал очень важную работу - "О падших", где поднимал эту проблему. После окончания гонения Собор 251 года в Карфагене принял решение о примирении с отступниками, но по истечении периода покаяния. На следующий год, под угрозой нового гонения, другой Собор постановил, что все, кто уже начал покаяние, должны быть приняты в члены церкви немедленно. Заседания этих Соборов проходили под председательством Киприана. Решения эти, принятые с таким трудом, не получили всеобщего одобрения. В Карфагене некоторые представители духовенства сочли Киприана слишком суровым, отделились от него и сформировали соперничающую конгрегацию с более мягкими требованиями к дисциплине. В Риме же произошел раскол в другом направлении. В 251 году там был назначен новый епископ, Корнелий, который содействовал примирению кающихся грешников с церковью. Пресвитер по имени Но-

ватиан, оскорбленный тем, что не его избрали на место епископа, встал в оппозицию, и его церковь, в отличие от "церкви отступников" решила не принимать обратно отрекшихся от церкви. Вопрос о расколе (схизме), или разделении, был рассмотрен Киприаном с предельной серьезностью. Этой проблеме посвящен трактат "О единстве церкви". Единство церкви - это установленный факт, и различным вероисповеданиям нет места в ней. Единственно верная церковь - кафолическая, и невозможно разделить церковь, покинув ее, как это сделал Новатиан. Схизматик, оставивший кафолическую церковь, совершает духовное самоубийство.

Если ветвь отломлена от дерева, на ней не могут распуститься почки; если ручей отрезан от своего источника, он пересыхает... И также не может достичь наград Христа тот, кто оставил церковь Христа. Он - посторонний человек, он - враг. Без церкви-матери нельзя иметь Бога-Отца. Если можно было спастись без Ноева ковчега, то можно спастись и без церкви... Есть только одно крещение, но они (схизматики) думают, что могут крестить. Они оставили источник жизни, но обещают благодать и спасительную воду. Люди не омываются там, они пачкаются; от грехов не очищаются, их накапливают. Там рождаются сыновья не для Бога, но для дьявола... Они воображают, что имеют Христа, собираясь за стенами церкви. Думаю, этих людей нужно убить, чтобы они исповедали имя Христа. Пятно (схизма) не смывается кровью (мученичества); непростительный тяжкий грех разлада не искупится даже их мучениями. Невозможно быть мучеником за стенами церкви. "О единстве церкви" 5,6,11,13,14 Единство церкви должно достигаться за счет преемственности епископов. "Вы должны знать, что епископ пребывает в церкви, а церковь - в епископе. Кто не с епископом, тот не в церкви". Епископы являются преемниками Апостолов, другими словами, они приняли на себя функции Апостолов. Епископ обладает наивысшей властью в своей церкви, но подтверждение своих полномочий он может найти лишь в единении с другими епископами кафолической церкви. Все вместе епископы являются как бы акционерами одной компании (епископата) - акционер имеет акции компании и владеет ею только совместно со всеми другими акционерами. Епископы должны быть солидарны друг с другом, и в то же время каждый из них независим в своей собственной церкви. Здесь в теории Киприана чувствуется некоторая натяжка, которая обнаруживается в возникшей полемике. Например, если кто-либо обратился в христианство через последователей Новатиана и позднее захотел перейти в кафолическую церковь, нужно ли ему креститься повторно? Рим говорит нет. Киприан, следуя традиционной африканской практике, говорит да. Стефан, епископ римский, пытался навязать свою точку зрения, что и привело к полемике. Киприан считал, что каждый епископ может самостоятельно принимать решения и не должно быть "епископа епископов" ни в Риме, ни в

Карфагене. На какое-то время общение между Римом и Африкой было нарушено. Большое количество восточных епископов встало на сторону Киприана, они обвинили Стефана в стремлении навязать свои взгляды другим. Ситуация изменилась только с возникновением новых преследований в 257 году и со смертью Стефана в том же году. Угрожавшая всем опасность заставила сомкнуть ряды. Африка и Рим молчаливо согласились придерживаться своих собственных взглядов на повторное крещение, что означало победу Киприана. В следующем, 258 году, Киприан был казнен. Он яростно боролся за власть епископа -за церковь епископов, а не за церковь мучеников. Закономерно и то, что он завершил свой труд, умерев как епископ-мученик. Влияние Киприана было огромным, особенно в Западной церкви. С его помощью кафолическая церковь стала авторитарной "церковью епископов", а не духовной "церковью мучеников". В четвертом веке кафолическая церковь в Африке отвергла его взгляды на повторное крещение. Но отколовшаяся церковь донатистов, которая называла себя "церковью мучеников", поддерживала Киприана в этом вопросе. Благодаря Киприану епископат был возвышен над мирянами и низшим духовенством, но добиться самостоятельности епископов все-таки не удалось. В свое время его мысль о корпорации равноправных епископов была подхвачена римскими католиками и превращена в идею о папе как "епископе епископов", по крайней мере, на Западе. Причина огромного влияния Киприана коренится в природе церкви и

ее сплоченности. Его учение оставалось нормативным на протяжении более тысячи лет, и только совсем недавно в римской католической церкви его влияние уменьшилось. Примером тому служит теория "анонимного христианства" *Карла Ранера. ЕВСЕВИИ КЕСАРИИСКИИ отец истории церкви Евсевий родился в начале шестидесятых годов третьего столетия в Палестине. Он учился и работал у Памфила, хранителя библиотеки *0ригена в Кесарии, который принял мученическую смерть в 309/310 гг. Из благодарности к своему учителю Евсевий взял его имя и стал называться Евсевием-Памфилом, словно он был его сыном или рабом. Оба, и Памфил и Евсевий, были страстными поклонниками Оригена и выступали в его защиту. Евсевий был прежде всего ученым, но в 313/314 гг. он стал епископом в Кесарии, где и умер в 339/340 гг. Евсевия помнят в основном как историка, как отца церковной истории. Он является автором "Летописи" мировой истории, а также исторической работы "О палестинских мучениках" (времена Великого гонения (303-313 гг.), но его крупнейшим трудом была "Церковная история", в которой прослеживается развитие церкви с древнейших времен до 324 года, когда Константин стал единым императором Запада и Востока. Его труд обладает огромным значением, т. к. содержит упоминания о многих документах, не дошедших до наших дней. История ранней церкви без Евсевия - то

же, что и история апостольской церкви без Деяний Апостолов. Евсевий видел руку провидения в жизни церкви: и в смерти гонимых христиан, и в триумфе самого христианства. Евсевию принадлежит также сочинение "Жизнь Константина" и две другие менее объемные работы, посвященные императору Константину. Он горячо поддерживал императора. Для Евсевия обращение Константина в христианство и основание христианской империи было закономерным и естественным этапом в развитии христианства. Он не имел и тени сомнения по поводу объединения империи и христианства. Евсевий очень верил в монархию и особенно восторженно воспринимал Константина - как императора-христианина, посланника Бога на Земле. Евсевия обвиняли в "крещении" восточной концепции совершенного "божественного" монарха. Восточно-византийские христианские монархи были счастливы принять такое признание их статуса. [Слово], Спаситель всей вселенной, правит небесами и землей и царством небесным по воле Отца. Подобно этому наш император, которого Он любит, ведет своих земных подданных к единородному Слову и Спасителю и заставляет их соответствовать подданным Его царства. Предсущее Слово, хранитель всего, дает Своим ученикам семена истинной мудрости и спасение. Оно освещает их и дарует знание царства Своего Отца. Наш император, Его друг, действует как истолкователь Слова Божьего и призывает всю человеческую расу к познанию Бога. Он открыто про

возглашает законы правды и благочестия и объявляет их во весь голос всем живущим на Земле... Свой разум он черпает из великого источника всех разумов. Он мудр, добр и справедлив благодаря содружеству с совершенной Мудростью, Добром и Праведностью. Он добродетелен, ибо следует примеру совершенной добродетели, отважен, ибо имеет небесную силу. "Похвала Константину" 2.2.4; 5:1 Евсевий является также автором целого ряда апологетических, библейских и догматических сочинений. Но в качестве теолога он не достиг тех же высот, что и историк. Он поддерживал еретика Ария, и в начале 325 года был временно отлучен от церкви на Соборе в Антиохии. Позже, в том же году, на великом *Никейском соборе он получил возможность реабилитироваться, но ценой подписания Никейского символа веры, что он смог сделать только с большими душевными страданиями, проявив при этом явную неискренность. До нас дошло его письмо к своей церкви в Кесарии, в котором он поспешил объяснить свои действия, чтобы не допустить распространения слухов. Евсевий оправдывает подписание символа, по-своему интерпретируя его, что очевидно лишает символ вложенною в него смысла. Но недостатки Евсевия как теолога не должны затмевать его достижения как историка. Его "Церковная история" была не просто хорошо написана, она положила основу истории ранней церкви, на которую опирались другие историки. В следующем веке Сократ Схоласт, Созомен и *Фео-

дорит написали продолжение к "Истории" Евсевия. НИКЕИСКИИ СОБОР (525 г.) Никейский собор был созван, чтобы обсудить учение Ария, бывшего в го время пресвитером в Александрии. Как и *Ориген, он считал, что Огец - превыше Сына, Который в свою очередь превыше Святого Духа Но, в отличие от Оригена, Арий не признавал иерархии божественных существ Он внес радикальный монотеизм в систему Оригена и пришел к заключению, что только Отец есть Бог. Сын же - один из тех, через кого Отец сотворил вселенную, но тем не менее Он - всего лишь творение, созданное из ничего, не Бог. Как творение Он не вечен, а имеет начало. Было время, когда Его не было. Сам Арий точно определил, что эти два пункта составили суть спора: "Нас преследуют потому, что мы утверждаем Сын имел начало... а также потому, что говорим' Он сотворен из несущего". Учение Ария распространено и по сегодняшний день среди свидетелей Иеговы Арию противостоял его епископ Александр. Арий обратился к другим восточным епископам и получил поддержку некоторых последователей Оригена, в частности, *Евсевия Кесарийского. В 324 году Константин становится императором как западной, так и восточной части империи и вмешивается в этот спор. Он созывает Никейский собор, который и состоялся в июне 325 г. под его председательством. На этом соборе присутствовало более 220 епископов, большей частью с Востока

(более позднее предание дает число 318, возможно, позаимствованное из Быт. 14:14!). Собор осудил Ария и утвердил антиарианский символ веры. Никейский символ (не путать с так называемым Ни-кео-Цареградским символом веры, принятым на '"Константинопольском соборе в 381 году) звучит так: Мы веруем в единого Бога-Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого; Ив единого Господа Иисуса Христа, Сына Божьего, от Отца рожденного, то есть из Его сущности, Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, Отцу единосущного [homoousios], чрез Которого все произошло как на небе, так и на земле, ради нас и нашего спасения нисшедшего, воплотившегося и вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего на третий день, восшедшего на небеса и грядущего судить живых и мертвых. Ив Святого Духа. Святая кафолическая и Апостольская церковь предаст анафеме [проклятию! всех, кто скажет: Было время, когда Его не было, и Его не было до того, как Он родился, и тех, кто будет утверждать, что Он не единосущен Отцу или что Он непостоянен или изменяем. В этот период основным считался символ веры Восточной церкви, хотя словесная формулировка варьировалась от церкви к церкви. В Никейском символе веры, по-видимому, нашел отражение один из этих символов с добавлениями антиарианских формулировок:

Арий интерпретирует традиционную фразу "от Отца рожденный", утверждая, что Иисус Христос был сотворен Отцом из ничего. Никейский собор исключает эту интерпретацию пояснительным предложением' "то есть из Его сущности". Арий считал, подобно Ори-гену, что только Отец есть "истинный Бог". Собор отвечает на это, называя Иисуса Христа "истинным Богом от истинного Бога". Иисус Христос - "рожден, не сотворен", Он - Сын Божий, не создание. Различие между ребенком, или отпрыском, (от сущности Отца) и созданием (сделанного из ничего) отражает саму суть полемики. Так же, как собственный рожденный ребенок отличается от созданного робота. Иисус Христос -"Отцу единосущный". Греческое слово homoousios (единосущный) было самым спорным словом в символе. При использовании небиблейских терминов очень долго не приходили к единому мнению, но в данном случае этот термин был необходим, так как все фразы из Писания ариане могли перевернуть по-своему. Например, Иисус "рожден" Богом - но рождены также и капли росы (Иов 38:28)! Слово homoousios использовалось именно потому, что ариане уже объявили его неприемлемым. Небиблейский термин был использован для сохранения правды о божественности Христа. В конце изложения символа некоторые утверждения Ария, в частности, о том, что Сын имел начало и сотворен из ничего, были преданы анафеме, осуждены. Позднее Никейский собор стал рассматриваться как первый из