Чтение онлайн

— Наверное, потому что у меня всего лишь раскалывалась голова.

— Что? Так ты не отравилась?..

— Нет. Наверное, перепутала.

— Слишком много «наверное» сегодня в твоём лексиконе! — зло парирую я и встаю напротив неё, чтобы она не смела отводить взгляд.

— Черт. Да говорю же — голова болела.

— Тогда зачем солгала?

— М-м-м, чтобы ты потом не читала мне лекции на тему того, как плохо пропускать занятия?

— Ну ты и задница! — обиженно говоря и тут же кидаю в неё подушку.

Она не успевает её словить, и та приземляется прямо ей в лицо.

— Так то, — удовлетворённая своей маленькой местью, произношу я. А затем плюхаюсь рядом, отбирая мороженое.

— Ну так, как?

— Да, что как-то?!

— Как прошёл очередной диалог с Ковалевским?

Я настораживаюсь и перевожу взгляд на неё.

— Откуда ты знаешь?

Она усмехается, махнув рукой.

— Это слишком предсказуемо. Его взгляд, стоит лишь увидеть тебя, говорит куда больше. Кажется, ему не терпится затащить тебя в постель.

— Прям уж-таки… — фыркаю и зачерпываю ложкой холодную субстанцию, цвета лайма.

— Именно. — На этот раз усмехается Акимова и нагло отбирает у меня мороженое, а затем и ложку, едва ли не выдернув её у меня изо рта.

Я хмыкаю, но тут же перевожу взгляд на экран.

Белла наблюдает за тем, как Эдвард учит Рэнесми играть на пианино. Его пальцы так ловко перепрыгивают с клавиши на клавишу, рождая удивительную мелодию, что это движение завораживает.

— Давай. Колись уже, Лисцова. О чем вы говорили на этот раз?..

— Ну…я вроде как согласилась с ним встретиться.

— Свидание?! — в ужасе восклицает она, едва не уронив ложку.

Я тут же мотаю головой.

— Нет! Ещё чего…

— Тогда — что?

Закатываю глаза. Но зная любопытство этой мисс, принимаюсь за краткий пересказ нашего диалога.

— Молодец. Ты самолично роешь себе могилу. Точнее себе — второй. Можем действительно заочно закончим наш спор, где ты проиграла, а?

— Ещё чего! — Я обратно выхватываю своё мороженое и сердито тыкаю по нему ложкой. — У меня все под контролем.

— В самом деле? — В её голосе улавливается отчётливая ирония. — Потому что видя картину целиком — я могу сказать, что Алисе Лисцовой он симпатизирует куда больше.

— У меня ещё есть время.

— Удивительно, как так вышло, что этот парень клюнул на обеих.

— Ты же сказала, что я вторая ему не нравлюсь. — Перевожу на неё придирчивый взгляд и вздёргиваю одну бровь.

— Ну, не скажи. Ведь он спас тебя от тех придурков, не так ли?..

В памяти снова всплывают обрывки драки, и я кривлюсь.

— А взамен попросил услугу. Вот так нравлюсь. Ничего не скажешь.

— В одном этот парень прав. Люди, вообще любые, как и он сам — ничего не делают просто так. Возможно он и потребовал должок, но знаешь, думаю, тогда он руководствовался совершенно иными мотивами.

— Неважно. — Я тут же отмахиваюсь от этих мыслей, не желая вдаваться в подробности и размышления, которые могли бы дать ответы на подобные поступки парня. Потому что-то мне подсказывает, что чем больше я раскрываюсь перед ним, раскрываю свою душу, тем больше начинаю чувствовать. И, кажется, совершенно не то, что должна.

Это пугает.

Пугает меня до дрожжи в коленях. Именно поэтому я отсчитываю дни до конца нашего спора. И именно поэтому я продумываю план по тому, как перейти к третьему шагу, о котором я прочла на очередном форуме.

Шаг номер три: заставь его привыкнуть к тебе, чтобы в конце концов он понял — ты часть его жизни. Следовательно, если он это поймёт, то считай вы уже непросто знакомые. Вы гораздо больше…

Расплывчато и, конечно, не так однозначно. Но попытка не пытка.

Пора двигаться дальше.

— Мне нужна твоя помощь, — с предвкушающей улыбкой на губах, говорю я, наблюдая за тем, как семья Калинов набирает армию для возможного сражения с Вольтури.

Именно эта часть фильма всегда восхищала меня. Ведь несмотря ни на что они всегда борются за то, что им дорого. Всегда защищают свою семью, свою любовь…

— Вообще-то так нечестно… — тут же упрямится Лика, облизывая ложку. Кажется, происходящее на экране волнует её куда меньше, нежели меня. Что впрочем неудивительно.

Наш эксперимент и моё в нем участие интересуют её куда больше.

Я фыркаю.

— Ладно-ладно. Что на этот раз? Но учти — это последний раз, когда я помогаю тебе в нашем споре.

— Договорились. — Я расплываюсь в довольной улыбке и, перестав наблюдать за отчаянием и одновременным упорством героев, тут же говорю: — Мне нужен адрес места его работы.

— И только? — Подруга в удивление округляет глаза.

Я киваю, словно болванчик.

Акимова усмехается. Пухлые губы растягиваются в озорной улыбке, когда она произносит:

— Запросто.

— Вот и чудненько, — говорю я и снова перенимаю трофей в виде мороженого.

— Главное помни — часики тикают…

Как и планировалось, я устраиваюсь на работу в ту самую кафешку, где трудится Ковалевский.

Удивительно. Но то ли Вселенная мне благоволит, то ли это судьба, но я прихожу в тот момент, когда в «Carpe Diem» — так называется кафешка, что в переводе означает «Лови момент», требуются новые сотрудники на должность официантов. Поэтому проблем с трудоустройством у меня не возникает.

Собеседование проходит вполне гладко и легко. Если не считать, что поначалу — стоило мне только войти, на меня посмотрели довольно неоднозначно. Согласна. Все-таки цвет волос у меня, впрочем как и внешний вид, — чудаковатый. Однако, когда в какой-то момент я отчаянно думаю о том, что пролечу, Тимур Васильевич — большой босс этого заведения, говорит о том, что я подхожу ему. А потому меня отправляют в бухгалтерию, где я улаживаю дальнейшие вопросы.

На следующий день я уже являлась полноценным сотрудником местного заведения, пользующегося популярностью. О чем догадалась, когда в первый день мои ноги гудели, а голова раскалывалась от количества информации, которую приходилось запоминать. Зато чаевых было предостаточно.