Едукарь
Шрифт:
— Ну, раз помог практически незнакомому человеку, значит, был неплохим. Эх, да что там говорить, все умирают — и хорошие, и плохие... Я-то с покойным не имела чести быть знакомой. Просто люблю на похоронах бывать...Странно, а тянет... Приду, посмотрю на очередного усопшего и как-то легче становится. Вот ведь как получается — вчера еще ходил, думал, ел, хотел чего-то, а сегодня лежит себе в гробу, тихий, безразличный... Н-да... Всех нас это ждет...Ну да вы еще слишком молоды, чтобы об этом думать... — Старушка отпустила руку молодого человека и пошла восвояси, он надел очки и лицо его на миг приняло скорбное выражение.
Но потом он улыбнулся, бросил на безутешную вдову торжествующий взгляд, высморкался в платок и быстрым шагом зашагал прочь с кладбища — он терпеть не мог похорон. К тому же у него был заказан билет на самолет, через три часа вылетающий в Америку — страну великих возможностей и разбитых надежд.
Сергей Семенов
АБРИКОС ЦВЕТЕТ У ПОДЪЕЗДА
На митинге 1 мая выступали комсомольцы, колхозники, сибиряки и руководитель профсоюза локомотивных бригад, устроивших забастовку электричек.
— Я хочу извиниться перед москвичами за причиненные им неудобства. Но у нас не было другого выхода. — Все правильно! Молодцы! — в пятьдесят тысяч легких выдохнула бесконечная площадь. На концерте ансамбль «Русские узоры» исполнял мордовский танец. Публика в лад весело размахивала флажками. Особенно старался улыбчивый афроевропеец с палестинским флагом.
Но тем не исчерпывались разные силы. На День Победы к красным присоединялись воины из Союза православных державников. В казацких мундирах с орденами, с окладистыми бородами и папахами, под парчовыми полотнищами с ликом Святой Богородицы и серебряными буквами: «Церковь. Царь. Царство», за походной звонницей на автомобиле УАЗ они степенно замыкали шествие.
Ослепительным полднем колонна поравнялась с магазином «Подарки», где девушки держали под уздцы рысаков для верховых прогулок москвичей и гостей столицы. То ли одна из них решила сделать сюрприз бравому парню, то ли это была мысль самого хоругвеносца, только дальше он продолжил путь уже в седле. Казалось, сбылась мечта Колчака. На Красную площадь, по широченной Тверской, под монархическим стягом скакал всадник на белом коне. Но тут репродуктор «Трудовой России» врубил «Марш коммунистических бригад». Конь не въехал и загарцевал. Казак спешился, и история вернулась в свое русло.
Степанову вспомнилась политкорректная Вена и лозунг на Аргентинштрассе, приглашавигий к борьбе за терпимость: Kill all racists! Впрочем, он уравновешивался щадящими ценами билетов в Альпийский сад рядом с дворцом «Бельведер»: «Взрослым — 3 евро, студентам — 2,5, безработным — 2 евро. Действительны все удостоверения Евросоюза».
Теперь Степанову предстояла поездка в края самые близкие — на Украину. В прошлом году гостеприимство хозяев не знало границ. Достаточно сказать, что банкет конференции проходил в ресторане «Санкт-Петербург».
Он бродил по весеннему Крещатику и увидел здание, похожее на Дворец Съездов поменьше. Там шел Всеукраинский фестиваль морозива — мороженого. На фронтоне выдавался барельеф, изображавший матроса с пулеметом, красноармейца, хлебороба, конструктора, космонавта, осененных вещими словами: «Вчитесь, вчитесь и вчитесь». Степанов достал книжку и стал записывать. К нему тотчас подошел охранник, вылитый парубок из движения «Пора», и спросил, что он тут делает.
— Я в Киеве первый раз, собираю фольклор. Эта пословица у вас звучит очень выразительно.
— Так это ж бывший музей Ленина. Вон там сбоку в караульном помещении у нас хлопцы дежурят. Вы спросите, они подскажут, если что не понятно.
— Да нет, нет, спасибо, мне все ясно.
Степанов вернулся на Майдан Незалежности, где можно было купить любую футболку — с Че Геварой, Ющенко, Ани Лорак, Януковичем, весомо напоминавшем, что Донбасс порожняк не гонит, запорожцем, ликующим: «Дьякую Тоби, Боже, що я не москаль!», и через семь минут метро оказался в сказочном Гидропарке на левом берегу, где познакомился с горячей сторонницей Юлии Тимошенко, блондинкой. Имеется в виду сторонница.
Юлю Степанов в большом количестве встречал в Крыму во время очередных внеочередных выборов. Вся трасса Ялта-Симферополь была уставлена огромными щитами, живописующими девушку с корзинкой, приветствующую дисциплинированных водителей:
СПАСИБО ЗА ВЕРУ И ПОДДЕРЖКУ. Я С ВАМИ!Кто-то из пассажиров переправил одно слово, и вышло так:
СПАСИБО ЗА ВЕРУ И ПОДДЕРЖКУ. ХРЕН С ВАМИ!Из окна троллейбуса Степанов замечал, что изменилось с предыдущего отпуска. Вместо села Пионерское — село Пiонерьске. Зато над самозахватным поселком у перевала гордо красовалась вывеска:
МАМУТ-СУЛТАН Район концентрированного проживания татар, вернувшихся из депортации.И тут же, словно в напоминание, огромная реклама над шоссе:
ПОЛЯРНАЯ. ВЕРНЫЙ ОРИЕНТИР!На картине было изображено фиолетовое небо, Полярная звезда, один из лучей которой под азимутом в 40° указывал на водку «Полярная». Но вернемся на курорт Стольного града. Стояли двадцатые дни мая, и окунались немногие. Устойчивость к холоду у Степанова укрепилась еще с Зимней школы в Репино. Лыжня к Финскому заливу шла через небывалые заносы, то и дело теряясь в метели. Наконец показался легкомысленный заснеженный стеклянный павильон с приклеенным объявлением:
ВХОД В КАФЕ «КОЛИБРИ» СО СТОРОНЫ ПЛЯЖА.Степанов вышел из Днепра, к нему подплыла золотистая купальщица и спросила авторучку разгадывать кроссворд. Они нашли все ответы, затем сидели за столиком посреди лужайки, любуясь волшебными куполами за рекой, после шли по спальному району возле метро «Либидская», она взяла его под руку и все рассказывала, как раньше преподавала эстетику и получала международные грамоты, а теперь служит гувернанткой у новых украинцев и очень волнуется при заключении нового контракта, что в Москве была один раз с учителями, жили в гостинице «Россия» и что летом собрала с абрикоса, растущего во дворе, три ведра великолепных плодов.
Они стояли у этого чудо-дерева, наутро ему нужно было уезжать, разговор плавно стал затихать, а потом она сказала: «Я не могу тебя пригласить, у меня дома сын». И сейчас Степанов подумал, что непременно позвонит Олесе узнать, как дела под оранжевым солнцем, а сейчас нужно сосредоточиться на неотложных делах. Завтра — пикет против точечной застройки, нападать на который «Волго-Дон-строй» нанимал гастарбайтеров. И это при том, что на каждой демонстрации светился плакат:
ВРАГ — НЕ ПРИЕЗЖИЙ РАБОЧИЙ С ЛОПАТОЙ А НЕНАСЫТНЫЙ БАНКИР ТОЛСТОЗАДЫЙ!