Чтение онлайн

Услышав эти слова, девочка немного оживилась

— А что он умеет делать? — спросила она.

«Ничего не умеет», — с иронией подумал Иван, но вслух произнес:

— Он очень крутой. Его все роботы боятся.

— Почему? — Вика недоверчиво прищурилась.

— Не знаю, боятся и все.

— Все говорят, что дядя Дима плохой…

— Из-за Димы мы с тобой до сих пор живы. Он принес нам лекарство, помнишь? А кому-то не успел. Поэтому его и считают плохим.

— Мальчишки говорят, что он строил роботов и готовил яд, чтобы всех убить.

— А потом принес нам лекарство и стал убивать своих же роботов? Сама веришь в эту ерунду?

Девочка слабо улыбнулась:

— Когда ты придешь?

— Через пару часов. Ложись спать. Когда проснешься, я уже буду в твоей комнате. Вот на этом стуле.

— Многие не возвращаются…

Иван замолчал. Он не знал, что на такое сказать ребенку. Как он мог клясться ей в том, что вернется, когда каждый день кто-то погибал. Вика не была дурочкой, которой можно было рассказать счастливую сказку, где все солдаты возвращаются домой.

— Послушай меня, — сказал он как можно более уверенно. — Мне есть, для кого возвращаться. Ты и я… это же не просто так. Мы — семья! А для меня семья и друзья — это самое важное, что может быть, понимаешь?

— Да, — девочка еще крепче прижалась к его груди. — Я очень-очень тебя люблю.

— Я тебя сильнее.

— Нет, я тебя.

Поцеловав ребенка в лоб, Иван ободряюще улыбнулся ей на прощание и покинул комнату.

На душе было чертовски тяжело. Уже за дверью парень глубоко вздохнул, пытаясь стряхнуть с себя ненужные эмоции, после чего направился обратно в казармы. Через полчаса будет объявлен сбор, поэтому нужно было еще успеть переодеться в лихтин и еще раз проверить винтовку.

В этот раз их группу возглавлял капитан Андрей Яковлев. Это был светловолосый рослый мужчина с густой бородой и пронзительными серыми глазами. Из-за этой самой бороды ему можно было дать как тридцать, так и все сорок, а угрюмый взгляд, казалось, прибавлял ему еще больше возраста. Среди солдат Яковлев был известен своим бесстрашием. После того, как он потерял всю свою семью, он, словно перестал бояться смерти. Однако старуха с косой забирать его не торопилась.

Оглядев собравшихся вокруг себя солдат, капитан мрачно произнес:

— Пока товарищ майор не залечит ранение, на поверхность вас буду сопровождать я. Кто из вас Лесков?

Дмитрий медленно снял с себя шлем, уже предчувствуя что-то недобро.

В тот же миг губы Яковлева искривились в усмешке.

— Так вот кому я обязан смертью своих жены и детей, — тихо произнес он, не сводя с Дмитрия тяжелого взгляда.

Лесков молчал. Несколько секунд они смотрели друг на друга, словно два зверя, готовых разорвать друг друга, но в итоге Яковлев, словно опомнившись, произнес:

— Живо все в лифт!

На поверхности царила уже привычная гробовая тишина. Затаив дыхание, ночь с жестоким любопытством наблюдала за появившейся на поверхности группой людей. В этом разрушенном театре она была единственным зрителем, который не вмешался бы даже в том случае, если бы все актеры начали умирать один за другим. Происходящее в городе словно забавляло ее. Иногда ей нравилось направлять на сцену прожектор луны, чтобы в деталях осветить главных героев, и в такие моменты они старались укрыться в тени машин. Ночь уже не раз видела этот спектакль. Знала, с чего он начинался, знала, чем закончится. Сюжет отличался лишь количеством новых трупов и окаменевших роботов.

Однако в этот раз кто-то решил переписать привычный сценарий. Когда Яковлев и его группа вышли из здания станции «Адмиралтейская» и добрались до границы, где заканчивалась свободная от роботов территория, несколько ярких вспышек осветили черное, как смоль небо.

— В укрытие! В укрытие! — в тревоге закричал Андрей Яковлев, и в тот же миг сбитый вражеский беспилотный бомбардировщик рухнул неподалеку от станции. Следом был сбит еще один. Затем прогремело еще несколько взрывов. В суете было неясно, сколько самолетов прислали «процветающие», зато роботов было не меньше двадцати. Теперь Яковлеву стало понятно, почему в прошлые две вылазки они не встретили ни одной вражеской машины. Те попросту изучали, когда и откуда выбираются группы.

И уже через миг команда Яковлева получила сообщение, что входы в здания двух ближайших станций метро завалены. Слова Андрея о том, что нужно возвращаться обратно, так и не были озвучены.

— Разрушены Адмиралтейская и Театральная, — сообщал механический диспетчер. — Доступ к станциям Садовая и Невский проспект ограничен наличием вражеского патруля. Высылаем вам подкрепление.

Вот только до этого самого подкрепления нужно было сначала дожить. Проклятые роботы разносили все на своем пути, пытаясь уничтожить попавших в западню людей. Трое ребят погибли практически сразу же.

— Какая из станций доступна? — прокричал Яковлев, обращаясь к компьютеру.

— Рекомендуется оставаться на месте — лихтин не позволит роботам вас заметить.

— Они тут все взрывают к чертям собачьим! Скажи, где мы можем спуститься?

— Василеостровская.

— Мы что, вплавь будем добираться, идиот? Какие еще чистые?

— Технологический институт, — ответил компьютер.

— Далеко! Далеко, черт возьми! Выведи бойцам план системы канализации. Попробуем…

Голос Андрея Яковлева оборвался. Раздалась серия выстрелов, после чего место, где затаился командир, осветила взрывная вспышка. Трое роботов, которые обнаружили его, взорвались вместе с ним.

— Ради Бога, не отстреливайся, выдашь нас! — дрожащим голосом произнес Иван, обратившись к Лескову. Каким-то чудом он и Дмитрий, прячась за машинами, успели скрыться в полуразрушенном здании, и теперь вжимались в стены, молясь, чтобы их не обнаружили. — Когда… Когда придут наши железяки, попробуем добраться до канализации. Люки специально оставили открытыми.

— Если верить плану, тут недалеко, — Лесков и вовсе с трудом заставил себя заговорить. Так было всегда, когда ему делалось страшно. Где-то неподалеку вновь прогремел взрыв.

— Сейчас здесь все далеко, — в голосе Ивана слышалось неприкрытое отчаяние. Затем он обратился по общей связи к остальным. Он попытался выяснить, кто еще выжил, но ответом ему стало пронизывающее до костей молчание. В тот же момент прекратилась и стрельба. Роботы словно выманивали своих жертв, мол, посмотрите, ушли мы или нет. И как только вы дернетесь, мы вас найдем.

— Димка, главное, не шевелись. Я не хочу здесь подохнуть, — Лесков снова услышал голос друга.

— Не подохнем.