Чтение онлайн

Мили нежно стерла слезу со щеки графа Элчестерского.

"Он обладает мной, а думает о ней, - поняла девушка.
– Как ему больно, наверное... Фрэнки, милый, я клянусь: если когда-нибудь я накоплю достаточно силы и знаний, я оживлю для тебя Фредерику, чего бы мне это ни стоило! Наверное, я люблю тебя, мой рыцарь, но никогда не признаюсь тебе в этом... Спасибо за то, что ты есть в моей жизни, спасибо за то, что ты спас меня... Я отблагодарю тебя всем, чем только смогу!"

Фрэнсис отстранился, опасаясь измучить девушку, и лег рядом.

– Сегодня я не смогу подарить тебе наслаждение, - грустно вздохнул он.
– Тебе слишком больно. Должно пройти несколько дней, и у нас они есть: мои раны заживут еще не скоро...

Милица повернулась на бок, так, чтобы на нее падал свет костра. Смущения больше не осталось.

– Тебе вовсе не обязательно думать об этом. Я пойму, если ты больше не захочешь меня... Твое желание удовлетворено...

Фрэнки невесело покачал головой.

– Черта с два... Прости, Мили! Этого я и боялся... Во мне нет отвращения. Напротив, я вновь хочу тебя, хочу еще больше. Но хочешь ли ты?..

Мили хмыкнула, прерывая его, а потом, покраснев, призналась:

– Знаешь, я думаю о том же...

– Это радует.

– Будешь орешки в меду?

Не дожидаясь ответа, Мили дотянулась до горшка на рогоже и запустила палец в мед. И с удовольствием начала его облизывать.

Потянулась еще...

Граф удержал ее руку на обратном пути, поймал ртом струйку меда, обсосал палец девушки, чуть прикусывая и шаловливо поглядывая из-под ресниц, а она нагнулась и облизнула его пальцы... Потом склонилась еще ниже, и ее язык совершил путешествие от груди к животу рыцаря, по темной дорожке волос, игриво щекоча кожу. Потом губы ее легко коснулись его, теплого и упругого, язычок обежал вокруг быстрым влажным движением, скользнул вдоль, и вот уже ее рот принял его в себя полностью, а руки начали самые смелые ласки.

Фрэнсис исторг громкий стон, и Мили в испуге отшатнулась:

– Я сделала тебе больно? Прости!

– Нет!..
– почти в отчаянии взвыл он.
– О боже, я не выдержу больше! Пожалуйста!.. Мили, ты можешь сверху?..

– Что?..

Он схватил ее, уже ни о чем не думая, притянул к себе, и она, догадавшись, впустила его в себя, села верхом, чуть сжав бока юноши коленями. Изогнулась от накатившей волны наслаждения и боли, плотно обняв его в своих недрах сильными мускулами, осторожно повела вперед и вверх, потом скользнула обратно, назад и вниз, и, звонко вскрикнув от удовольствия, задала бешеный темп. Прогибаясь всем телом, она запрокинула голову, а он любовался танцем ее грудей, плоским животом, золотым в свете пламени; ливнем волос... Грациозной линией шеи... Руки их широко раскинулись, ладони соединились, оба работали в слаженном бешеном ритме.

Тело Фрэнсиса выгнулось в судороге, он закричал - и Милица ощутила, как он дрогнул и обмяк в ней, и нечто теплое, обволакивающее, заполнило, кажется, все ее существо... Вскрикнув, девушка обессиленно рухнула на грудь молодого человека.

Прошло несколько минут, прежде чем они смогли хотя бы открыть глаза.

– Достаточно?
– невнятно спросила Милица.

– Сейчас - да... Но ты сводишь меня с ума, моя леди... Если ты немедленно с меня не слезешь, боюсь, я вновь захочу тебя... Прости, родная...это твоя первая ночь... Черт...тебе нельзя сегодня много! Прости мою несдержанность, но ты...упоительна... Настоящая ведьма...

Милица легла рядом.

– Это ты меня прости. Я совсем не думала о твоих ранах...по-моему, одна открылась, на повязке свежая кровь!

– Ерунда...
– он поймал ее руку и поцеловал ладонь.
– Было чудесно, моя дорогая. Но скажи мне...
– Фрэнсис чуть нахмурился.
– Если родится ребенок...

Милица покачала головой.

– Я не просто так бегала за травой, варила снадобье и просила тебя его пить. Твое семя не сможет дать жизнь еще полмесяца. Раз уж мы так ясно обо всем договорились, я решила поберечься!

– Как здорово, когда рядом - ведьма!
– рассмеялся молодой граф, притягивая к себе девушку, перебирая ее густые волосы.
– Как мне хорошо с тобой...хоть это и плохо...

Они помолчали.

– Долго мы еще здесь пробудем?
– спросила Мили, накручивая прядь Фрэнсиса на палец.

– Как прикажете, леди Милисента. Моим здоровьем ведаете вы!

– Где мы сейчас находимся?

– На самой границе Альпийской области Территория современной западной Швейцарии. Находилась между герцогствами Савойским, Швабским и Бургундским, представляла собой конгломерат независимых кантонов. В XIII веке отошла к Савойе, позже была аннексирована Бургундским герцогством..

– А что это за земли?..

– Горы и долины. Реки, замки и деревни. Это самая дикая и загадочная страна во всей Европе. Здесь нет короля, зато полно пещер и тайных долин. И легенды рассказывают удивительные истории об этих местах... Словом, у нас впереди путь через таинственный и неизведанный край, который предпочитают обходить стороной...

– Ты веришь в легенды?

– Встретил же я ведьму, едва ступив на его границу!

– А что на другой стороне этих долин?

– Бургундия.

– А дальше?

– Франция, миледи.

– Ясно, - помолчав, вымолвила Милица.
– Не так уж и далеко... Вставай, Фрэнки, пойдем в дом. Обопрись об меня.

Опираясь о девушку, он кое-как добрался до крыльца, вошел в горницу и лег на нары. Мили дала ему напиться воды, несколько раз еще сбегала во двор, забрав оттуда все вещи и еду, а потом заперла дверь - и скользнула к Фрэнсису под одеяло.

Он ждал ее. Здесь, в тепле, на мягких овчинах, в уютной темноте, в обоих снова пробудилось желание, но молодые люди, заботясь друг о друге, не хотели давать ему воли. Они думали ограничиться страстными поцелуями и пылкими объятьями, но подобное времяпрепровождение привело к тому, что Фрэнсис, под шуточки и поддразнивания подруги, развел коленом ее ноги и вновь погрузился в теплую глубину - и Милица не стала противиться.

Тем более, что боль уже не ощущалась.

Нагнув голову к груди девушки, Фрэнсис языком играл с ее сосками, пока пальцы Милисенты перебирали его волосы... Они любили друг друга радостно, страстно, ненасытно, и заснули лишь под утро, так и не размокнув объятий.

Да, с этих пор им было достаточно одной кровати.

Когда молодой граф открыл глаза, Милица еще спала. Из окна сочился чистый золотой свет, скользя по одеялу, путаясь в волосах Мили. Девушка спала, положив руки под голову, и ее губы вздрагивали во сне...

Фрэнсис осторожно убрал тонкий волос, приставший к уголку ее рта, и ласково провел пальцами по лицу. Наконец-то она в его постели...

Как он виноват перед Фредерикой...

И - кажется, впервые после ее смерти - счастлив...

Солнце искрилось на темных волосах колдуньи, и лорд нежными поцелуями осыпал ее лицо, плотнее прижал девушку к себе, чувствуя, как твердеет и поднимается там, внизу, и, подрагивая, упирается в живот спящей.