Чтение онлайн

– Хороши, хороши… – оценил сушки Наместник. – Мягкие, в меру сахарные. Да и маку не пожалел. Молодец, Алевтин Григорьевич! – задушевно так произнёс Кир Владимирович, но у годовика шерсть дыбом встала. Там, где была.

– Ну так, стараемся, – сглотнул комок он. – Самое лучшее вот припасено.

– Стараешься? – кивнул Наместник и – в своей манере – то ли спросил, то ли посомневался.

– А что не так? – насторожился ещё больше годовик.

Кир, не торопясь, откушал чаю. Кружечку Алевтин Григорьевич подал особую. Именную. Никто и никогда, кроме Наместника, кружечку эту не трогал. И не видел даже.

– Про Султан-бея новость не слышал? – изволил обронить Кир.

– Намгана? – уточнил годовик.

– Ага, – кивнул легонечко Красно Солнышко.

– Ежели что совсем новое… – почесал в затылке Алевтин Григорьевич.

– К Марвину гонцов засылал недавно, – сообщил Наместник.

– О! – оторопел собеседник.

– Смекаешь, куда игру ведёт?

– Примерно, – подобрался годовик, понимая, что где-то упустил важное.

– Примерно, – насмешливо передразнил Кир Владимирович, – а надо бы точно.

И сухо констатировал, ставя чашечку на стол:

– Нюх теряешь, Алевтин.

Тот посопел виновато, но оправдываться не стал. Знал: себе дороже выйдет. И дрогнувшим голосом заметил:

– У Марвина ему не светит.

– Не светит, – согласился Наместник, – но заход интересный. Значит, на войну собирается, не иначе.

– Не иначе, – кивнул годовик. – А мы чего?

– А мы… – задумчиво протянул тот. – Не съездить ли тебе в Вальгаллу?

– Так это… – осторожно заметил Алевтин, – валькирии дорогие, как… В общем, съездить-то могу, но есть ли смысл?

– А ты подумай, – укоризненно сказал Наместник, – подумай хорошенько.

Алевтин Григорьевич опять почесал затылок и упавшим голосом предположил:

– Армия нужна?

Наместник внимательно посмотрел на годовика, но ничего не сказал. Тот и так, впрочем, всё понял:

– Валькирии дорогие да и заметные очень. А перед Намганом нам светиться не след. Да и Сидхе не обрадуются… Стало быть, нужен другой подход…

Кир Владимирович неторопливо и обстоятельно сделал ещё несколько глотков, пока Алевтин Григорьевич формулировал задачу. Потом поставил чашку и кивнул:

– Султан-бей Востока игру затеял.

– А я думал, он того, – посопел годовик, – из-за Фарнис расстроился.

Кир тонко улыбнулся на такое наивное толкование происходящего, но ничего не ответил.

– Значит, не из-за неё, – сделал правильный вывод собеседник.

– С прежним Султан-беем Запада, знаешь, что сделали? – внимательно глядя прямо в глаза Алевтину, спросил Наместник.

Тяжёлый был взгляд у него, годовик поёжился, посопел, но отвечать всё одно надо было:

– Слышал.

– А раз слышал, значит, понимать должен, что Фарнис, как бы ни длинны были её прекрасные волосы, – только повод.

– Новый Султан-бей Запада авторитета пока не имеет, – медленно стал размышлять годовик, – стало быть, не удержит вожжи, слабину даст. Отгрызут у него кусок, точно отгрызут. И немалый кусок.

– Намгана, сам знаешь, кто прикрывает, – решил помочь направить нить рассуждения в правильное русло Наместник, – вот и смекай.

Алевтин Григорьевич смекал. Игра представлялась рискованной. Но самое занимательное было в том, чтобы понять, у кого это хватило дерзости стравливать султанов. Без Сидхе такое невозможно. Но им-то это зачем?

– Намган противу Сидхе не рискнёт, – продолжил годовик. – Да и никто не рискнёт. Значит, здесь появился кто-то ещё. Кто-то, кого мы не знаем, но кто-то очень крутой.

– Сидхе эта мышиная возня малоинтересна, – скучающим таким тоном обронил Наместник Кир. – Они же великие.

– А это значит… – простёрся мыслью Алевтин Григорьевич за тонким намёком. – Что?.. Неужели Зайония? Ек-ти-ить… – годовику даже дурно стало от собственного предположения. – Куды катится-то…

– Тщеславен Намган наш, – усмехнулся Кир, – ох как тщеславен. Самих джиннов переплюнет.

– Кстати, – воскликнул поражённый только что пришедшей мыслью Алевтин, – там же ещё и джинны! Как это я раньше не просёк?

– Лучше поздно, чем никогда, – вставая и как бы мимоходом бросил Наместник Стразы. – Действуй, Алевтин Григорьич.

И опять только скрипнула негромко дверь – и никого. Вроде только что тут был, а такое чувство, что не был.

«Талант, однако», – тоскливо подумал годовик. Потом ещё подумал и совсем пригорюнился. Миссия выглядела невыполнимой.

С тех пор как на Гавре появились новые герои, каждый, даже самый захудалый, житель этого места мечтал о такой же славе. И деньгах, конечно.

Капец, заделавшийся королём, вообще одно время был кумиром золотой молодёжи Гавра. Просто образцом для подражания. Но какие-то тёмные дела с одной широко известной в узких кругах нимфой подорвали его финансовое благополучие. Знаете же, как это бывает.

Что, в общем, и неудивительно. Девочки и деньги совмещаются плохо и ненадолго. Вот только вместе с богатством сразу утерялся и вожделенный авторитет. В тех самых определённых кругах, если понимаете. А это было весьма и весьма огорчительно для гаврского короля. Без денег королей нет. Ни гаврских, никаких. И ведь не поспоришь!

Так что наш король притух, приуныл и куда-то подевался.

«К Мальве своей дунул, не иначе», – поговаривали злые языки. Но на то они, языки, и зовутся злыми, чтоб гадость и неправду транслировать. Они же просто завидовали, ясное дело. Ведь какой ещё гавр мог бы похвастаться романом с самой нимфой? Во-о-от. А Капец мог.

Впрочем, наше повествование не об этих достойных гражданах, удостоившихся аудиенции у самого Наблюдателя. Их доблестные деяния, воспетые во многих песнях (пока хватало дублонов), прочно владели головами многих гавриков и повсеместно вдохновляли на такую же круть.

А всё почему? А потому что главное – понять, что всё возможно. А если уж до тебя вон что сотворили такие же парни, как ты, то – всё. Гора, иди сюда, мы тебе красивое сотворим.

А когда есть желание – неизбежно появляются и возможности. Так ведь?

Если вдруг кто не знает, что такое Аукцион на Джиннии, то тут необходимо сделать хотя бы пару пояснений. Во-первых, это главное событие года на Джиннии, а Джинния – это вам не хухры-мухры.

Во-вторых, нет другого места на Хрустальных Берегах, где в таком количестве и разнообразии предлагается антиквариат из разных эпох и миров.