Чтение онлайн

Меня, конечно, смущала некоторая поспешность церемонии. Но когда я озвучила это Бай Шаню, он просто махнул рукой:

— Я никогда не брал учеников раньше, поэтому у меня нет младших братьев и сестёр. Тащиться в секту просто для того, чтобы присутствовали остальные, мне откровенно лень. Да и не успеем мы. Надо же вас ещё успеть отвезти на экзамен.

— Ну а внести на нефритовый диск? — спросила я.

— Я письмо отправил, мастер всё сделает.

Я посмотрела на Бай Шаня, поймала его ускользающий взгляд и вдруг подумала: а не может ли быть так, что Сяо Ма уже внесён в его род? Когда я с прищуром поинтересовалась о подобной возможности, Бай Шань развёл руками и признался:

— Отдавать такой талант кому-либо я не собирался. Так что… да.

Я зашарила рукой по столу в поисках полотенца. А потом с раздражением поняла, что оно висит на плече у Бай Шаня. Кажется, кто-то учится на своих ошибках.

Осознание того, что экзамен не просто надвигается неотвратимо, а уже буквально за дверью и вот-вот в неё постучится, в какой-то момент повергло меня в состояние паники. Я не знала, за что хвататься и куда бежать, что с собой взять, а что оставить дома. Да и кого брать — я, честно говоря, слабо представляла. Ладно, Бай Шаня взять придётся. А Сяо Ма? Его брать или оставить на хозяйстве? И нужен ли мне на экзамене осёл? Ладно, осёл, скорее всего, не нужен. И раз я оставляю осла, нужно оставить кого-то, кто будет за ним приглядывать. Хотя, конечно, странно оставлять ученика мастера меча присматривать за ослом.

— Вы не можете так со мной поступить! — возмутился Сяо Ма. — Как вас вообще можно отпустить куда-то одну?!

— Не одну, — усмехнулся Бай Шань, — со мной.

— Тем более! — возмутился Сяо Ма. На какой-то момент мне показалось, что ещё одна реплика Бай Шаня — и мой воспитанник потянется за полотенцем. — Вы когда в прошлый раз госпожу Лу Шиань вывели недалеко погулять, почти на пять дней пропали.

— Надо же, какой злопамятный у меня ученик, — поразился Бай Шань, но под выразительным взглядом Сяо Ма замахал руками. — Да понял я, понял. Доверять мне нельзя. Ладно. Вот только тебе сейчас нужно оставаться за закрытыми дверями и восстанавливаться: медитировать, принимать лекарственные ванны и снова медитировать. У тебя очень хорошие духовные корни, но сейчас очень хрупкие. Так что нечего тебе делать среди практиков. Среди них обязательно найдётся молодой мастер, который захочет проверить, на что способен обладатель духовных корней. А сейчас ты способен не на многое. — Ну что вы так на меня смотрите? — возмутился Бай Шань. — Может, по мне и не заметно, но я очень ответственный.

По Бай Шаню было совершенно не заметно, что он ответственный. Впрочем, доверять ему было можно — во многих аспектах, не во всех, но во многих. И что-то мне подсказывало, что в этом вопросе воспитания своего ученика он окажется прав. Так что мне оставалось попытаться утешить Сяо Ма:

— Экзамен будет долго длиться, ты ещё успеешь ко мне присоединиться, когда восстановишься. Ну, разумеется, если учитель разрешит.

При упоминании «учительства» Бай Шань едва заметно поморщился и, поймав мой взгляд, признался:

— Ну, я тоже ещё не привык к новому статусу.

Отправив Сяо Ма отдыхать, я задумчиво оглядела кухню, а потом осторожно спросила уже уходящего Бай Шаня:

— А будет не опасно вот так его оставлять?

Над моей резко возросшей тревогой смеяться Бай Шань не стал, как и уточнять, что до этого мы уже оставляли мальчишку одного на хозяйстве. Просто тогда я не знала, что мой скромный домик — это для не слишком порядочных людей настоящая сокровищница.

— Я попрошу свою старшую сестру по секте поставить здесь дополнительный слой защиты. Она хороша в чарах и формациях, так что мало кто сможет пройти сквозь них, — на некоторое время он задумался и уточнил — Я могу даже попросить её присмотреть за учеником, но эта девица крайне неохотно покидает свой дом надолго.

— Я думаю, защитных чар должно хватить, — замялась я, понимая, что и за это мне придётся отдариваться, а просить не самого слабого практика побыть нянькой мне пока не по карману.

Пока я пребывала в своих мыслях, меня вдруг потрепали по волосам.

— Не стоит так много думать. Он и мой ученик тоже, — точнее, усмехнулся Бай Шань, — он просто мой ученик.

Ничего так не выводит из себя женщину, как попытка собрать чемодан. Причём здесь возникают две взаимоисключающие проблемы: вещей слишком много, чтобы влезть в условный чемодан, и одновременно — ну ведь нечего надеть. А звучащие где-то на фоне фразы «да кто там на тебя смотреть будет» не помогают, потому что смотреть будут. Я, конечно, не главная приглашённая звезда, но как минимум восемнадцатая строчка точно моя. Как минимум смотреть будут Фу Дай, если они экзамены заявятся. Так что мне нужно было новое платье, и не только. Впрочем, были свои плюсы в моём новом мире. В условный чемодан — подвеску, которую мне подарил Бай Шань, с хранением — можно было запихать практически весь наш дом.

Осознание того, что я ну ничего не успеваю, вызывало желание повыть на луну. Мне казалось, я не присела ни разу за эти дни. Мне под руку старались не попадаться, потому что бешеная алхимичка — это страшно. И да, под это дело пару новых платьев я всё-таки купила. На полноценную вышивку времени бы точно не хватило, а вот вшить что-то в уже имеющиеся я вполне смогу. Правда, насколько сработает — непонятно, но уж лучше так, чем совсем без ничего.

К тому же утром второго дня Бай Шань мимоходом заметил, что его сестра по секте сегодня около полудня забежит — охранки поставить. У меня даже сил разозлиться не было. Там Сяо Ма всё выскажет из разряда:

— Ну нельзя же так! У нас погром, а тут гости, и не приготовлено ничего. Из закусок в доме только битые огурцы, мыши не мыты, осёл не расчёсан, куст не полит.

Ладно, насчёт куста — это не правда. Он с момента разборок оклемался, кажется, немного подрос и научился плеваться пыльцой, после которой ты как пьяный — с сильной дезориентацией. Проверили на мне и Сяо Ма. Работает. А на Бай Шане — не очень. Пара секунд, не более. Потом всё как не бывало. Впрочем, как сказал сам Бай Шань, хваля куст:

— В настоящем бою и пара секунд играет свою роль.

Ну, Бай Шаню в этом плане я бы верила — у него опыта побольше в этом, чем у нас всех вместе взятых. Куст считал так же и теперь страшно гордился своей новой абилкой. Точно надо куст предупредить, чтобы он гостью пыльцой не обдал, а то нехорошо получится.

Уверенность в том, что гостей надо кормить, никуда не делась с того времени, что я оказалась в этом мире, а стала только крепче. Поэтому, пока Сяо Ма ругался с Бай Шанем и судорожно пытался навести красоту в доме, где все еще частично проломана стена, я решила приготовить грузинское национальное блюдо «жричедали». Несмотря на неблагозвучное название, получалось у меня, как правило, вкусно. В этот раз в состав входили лук, перец, редиска и нежнейшая капуста, тушёные с курицей в алхимическом котле, приправленные специями. Должно получиться неплохо. Для баланса вкуса — помидорки, свежий чеснок. Самое важное — сначала прижарить куски курицы по отдельности.

Неожиданно приготовление обеда обошлось без мышей, так что получившаяся пилюля досталась мне. «Цзин цзян дань» — «тихая стрела» — делала примерно на час шаги бесшумными и более стремительными, вот только побочкой было то, что кровь течёт медленнее и пульс почти не чувствуется. Вот только это точно побочка? Уж больно полезная вещь получилась.

— Вкусно пахнет, — раздался за моей спиной тихий женский голос.

Я подпрыгнула, развернувшись, увидела фигуру, закутанную в полупрозрачную чёрную вуаль. А я ведь даже шагов не слышала. О степени моего удивления внезапным появлением говорит то, что вместо того чтобы поздороваться и представиться, спросила только:

— Кушать будете?

Вуаль немного подумала и кивнула.

— Эй! — теперь уже мы обе подпрыгнули от резкого возмущённого голоса Бай Шаня. — Лян Хуа, тебе же не надо есть. В обычной еде есть шлаки, которые плохо влияют на уровень развития!

Это он о моей еде? — успела поразиться я, а вот возмутиться не успела.

— Тебе тоже не надо. В обычной еде есть шлаки, которые плохо влияют на уровень развития, — равнодушно заметила наша гостья.

Я с трудом сдержала улыбку, кажется, это называется «бросить камень в врага и уронить себе на ногу».