Военная проза

– Вы прикройтесь, – наставительно заметил Гриша, – эка обгорели. – Благодарствую за совет, коллега, – добрым голосом откликнулся сосед. – Солнце, оно действительно беспощадно в своем сегодняшнем проявлении. Ни стариков, ни молодых не щадит. И ореховое масло не спасает. Такая, знаете ли, досадная боль…

Пулат чист и светел в своем первом искреннем чувстве, к чудесной девушке Бахор, беспощаден и тверд в борьбе с таким общественно опасным человеком, как работник райкома партии Тураханов, который ратует за честность и принципиальность в демагогических речах, а на самом деле является носителем самых опасных…

— Верно, — сказал комиссар и обернулся к спускавшемуся в блиндаж командиру истребителей — маленькому, коренастому майору Клюеву: — Споём, майор? Клюев похлопал рукой об руку, подул на них и подсел к печке. Это был наш лучший тенор. — Что будем петь? — спросил он, весело блестя живыми глазами. Вместо…

В землянке партизан, надёжно укрытой чащею непроходимого леса, был установлен походный радиоприёмник. Но пользоваться им разрешалось только самому «человеку в очка», так как партизаны очень берегли энергию батарей. Однажды днём, когда мы укрывались в этой землянке от немцев, «человек в очках» стал прощупывать…

Дядя пропадал на заводе, в просторной холостяцкой квартире все дела вершила домработница, добродушная женщина, с которой у Верочки установились самые приятельские отношения. Прошумело лето. Однажды Верочка вбежала в квартиру с ликующим: «Ура! Приняли!» Она стала студенткой медицинского техникума. Но…

— Ясное дело, — согласился уполномоченный. — Я сам вчера говорил ему, чтобы поберегся. Да тоскливо ведь одному-то. Все о жене вспоминал. — И вздохнул: — Эх, жизнь-жестянка! Вот и гадай. Вчера жил, планы строил, а сегодня… Ну, ладно. Будем закругляться. — Он придвинул к себе форменный бланк. — Сего числа,…

В тот же день Матвеева отправили в Ростов. Проводить его приехали друзья-собровцы. Ему страшно хотелось курить, и кто-то по его просьбе прикурил сигарету, вставил в губы. После нескольких затяжек пепел стал падать на лицо. Но Дима ничего не мог с этим поделать. В эти минуты он вспомнил, как его везли…

Дед, Николай Федорович Воробьев, ты был в аду при жизни. В том аду, когда, захлебываясь огнем, ревела вся Европа. И весь мир. Твои солдатские сапоги скользили в вязких лужах соляры, смешанной с человеческой кровью. Какой я был молодой дурак, не понимая этого, когда ты был жив! Скажите, кто из фантастов…

Эту мысль превосходно иллюстрирует терроризм самоубийц, который возник в начале 1990-х годов — сразу после того, как оправданием терроризма стал ислам. В марксизме нет и быть не может культа смертников-шахидов, поскольку марксизм — идеология атеистическая. Никакой посмертной награды марксизм предложить…

Попала в Шиндант, поселили в комнате с девочками из Казахстана, они для меня были как старшие сестры, которые показали дорогу в большую жизнь. Но, прорабатав 2 недели, заболела гепатитом. И все равно это было очень здорово!!! Это была ЖИЗНЬ!!! Мне нечего стыдится, я не против написания фамилии…

Смотрел ТВ. Площадь, идёт снег, толпа, митинг. Показали двух дагестанцев. Один сказал, что русские виноваты, но потом поправился и сказал, что правительство. Видел выступление Хаджиева. Он выступил против режима Дудаева, что он довёл народ до бедственного положения. Из всей этой ситуации ясно одно.…

Именно тогда и родился писатель Яромир Йон — во время одной из кратковременных фронтовых передышек, на биваке, у костра. Первая его книга так и называлась — «У лагерного костра» (1917). Офицер австро-венгерской армии из вольноопределяющихся, чех по национальности, правдиво рассказывал в ней о своих мытарствах…

— Мы как на гигантской сковородке, — сказал я, намекая на плоскоту крыши, на чугунную темноту вокруг, тыкая пальцем в освещенные мелким, языкастым пламенем север, юг, запад, восток. Со мной молчаливо согласились, уточнив, что огню под этой сковородой дудаевцы не дадут потухнуть ни на минуту.…

Вино придало сил. Сознание прояснилось. – Эншульзиген зи битте, – вытер он рот. Обер-лейтенант удивился. Пока в первый раз: – Вы знаете немецкий язык? – У меня жена немка. Была. Обер-лейтенант приподнял бровь. – Ja? – Я, натюрлих. – Вам удобнее говорить на русском? * * * …По средам…

Для меня, бывшего штабного работника (короткое время) и командира минометной батареи, сектор обзора был невелик. Из окопа, с огневой позиции, с батарейного командного и наблюдательного пунктов, с седла мне не виделись действия дивизии и корпуса, не виделась вся война в целом. Но я видел действия непосредственных…

Когда приближалось 50-летие Победы, я снова вспомнил о фронтовом сборничке. Но Парамоныча давно потерял из виду и сам не раз менял адреса. Я лишь примерно знал, где он жил. Однако все прежние дома там оказались снесены. В довершение я забыл имя и фамилию. Когда наконец я нашёл, куда переселился Сергей…

- Меня ранило в первой же атаке подводной лодки, - рассказывал Саша Аристов. - Четвертым выстрелом японцы разбили две лебедки, повредили палубную паровую магистраль, пробили в нескольких местах палубу. Осколки продырявили переднюю стенку надстройки. Взрывной волной свалило нашего капитана, ранило его…

И конечно же, сегодня НИКТО НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛ. Здесь хоть и не Сицилия, но «омерта» — закон молчания — действует. Впрочем, стукачи есть и здесь, и к вечеру мы будем знать, кто сработал или кто мог сработать. И ночью будем вламываться в дома, бить, стрелять, и я опять буду видеть эти остекленевшие глаза,…

* * * Выражаю глубокую благодарность моим друзьям и коллегам, авиаконструкторам, помогавшим вспоминать события нашей совместной работы в ОКБ П.О. Сухого. Борису Рабиновичу, моему старшему товарищу по отделу крыла; Евгению Полевому — ветерану отдела гидравлики, за его ценные замечания по рукописи; Главному…

Примут уже написанное — поверят, а не примут — скажут: «Со свиным рылом — да в калашный ряд». Что поделать, пусть так и будет. Один-два человека прочтут, и то хорошо. Есть однако и внятное объяснение желанию написать: из каждых ста вернулись трое, и на них ложится обязанность свидетельствовать….…