Современная проза

Трое суток длились эти издевательства, но оказалось, главные испытания впереди. Мне сделали проверку, то есть изготовили карту вымышленного участка фронта, показали издали, убрали, а затем предложили воспроизвести ее на чистом листе ватмана. Результаты привели офицеров в сильное смущение, но они не сдавались…

Так вот, стою я у входной двери в рубашке и шортах, глядя на мокрые от росы цветы, а во рту у меня не было даже сухой корочки хлеба. Вы думаете, что это может довести меня до слез? Ничуть не бывало! И все потому, что я понимаю: никто не заставит меня распустить нюни. И вот почему я чувствую себя в тысячу…

Я не мог дождаться, когда прозвенит последний звонок, чтобы, хлопнув на прощание своей крышкой, броситься бежать по Уайтчапел-роуд к лотку деда. По субботам, чтобы доставить мне особое удовольствие, дед позволял отправиться с ним ранним утром на рынок в Ковент-Гарден, где он закупал фрукты и овощи,…

Они любили песню «Голубое Рождество» Элвиса Пресли, когда остальным нравилось «Белое Рождество» Бинга Кросби. Оставаясь вдвоем, они танцевали под музыку Пресли. — Но «Голубое Рождество» — грустная песня, — заметил я. — Там грустные слова и грустная мелодия. — «Белое Рождество» — тоже не…

Твой растерянный взгляд тщетно ищет на стенах какой-нибудь спасительный знак. Но вокруг лишь звуконепроницаемые конструкции; все члены коллектива потеряли дар речи перед высоким начальником. Молчит и алюминиевый круг: ни новых надписей, ни предписаний, ни сигналов; отсутствует даже специфический шум,…

Выглядел Илья Иосифович паршиво, серый цвет лица, осунувшийся, с дрожащими пальцами и совсем облысевший. Владимир Ильич, привыкший к мысли о скорой потере отца, слушал рассказ Вадима внимательно, периодически вступая в спор, пытаясь защитить американское общество от несправедливых нападок зятя. Наталия…

Началось же земное странствование ее на самой заре XII века: в году то ли 1100, то ли 1101 — точно не установлено. И уж ровно ничего не известно нам о родителях и детстве ее, дошли лишь название монастыря, в котором изучала она латынь и мудрость античных классиков, — Аржантейль, и имя дяди, удочерившего…

Неприятель беглым обстрелом по фронту попытался прощупать обстановку. Похоже он получил подкрепление, и их командир — «старик Хаттабыч» — принял правильное решение: воспользовался тем, что в это время рота «Карабины» осуществляла отход на позиции, отведенные ей по плану атаки. — Мы в глубочайшей…

на выставку. Мы сели в поезд и поехали в Москву. Всю дорогу мама волновалась и говорила, что это добром не кончится, а папа смеялся и читал книжку про свиней. Он сказал, что «надо хорошо потренироваться и тогда нас примут за животноводов. Целый день мама и папа играли в колхозников. Папа спрашивал маму:…

В моей жизни мать занимает такое же место, как и прежде. И тот период юности, когда она давала советы по поводу моего внешнего вида, маниакально подчеркивая детали — «Подними воротник!», «Почисти туфли!», — продолжался у меня вплоть до зрелого возраста. Я всецело полагался на ее изысканный вкус и порой…

И, может быть, это — одна из причин, по которой многие люди подспудно готовят себя к жизни за решеткой и колючей проволокой? Именно потому мы и решили написать этот своеобразный путеводитель по столичным следственным изоляторам, по невидимому, но огромному городу в городе. По Москве тюремной.…

ВЕТКА (перевод И. Подчищаевой) Мальчик открыл глаза. Была ночь. Он услышал громкое сопенье и стон. Было темно. Тетя шкаф на ночь не запирала, несмотря на то что дядька на нее ругался и требовал всегда держать шкаф закрытым. Во дворе шумел ветер. Носился по крыше и вокруг дома, запыхавшийся,…

Я порылась по карманам и наскребла двадцать шесть рублей. — Вот, это все, что у меня есть. Дайте мне каких-нибудь сосисок, — высыпала мелочь на блюдечко. — Правильно, Птица, — подскочила ко мне Лариска. — Вот еще двадцатка. Сейчас мы ей сосисок кинем — и деру отсюда. Смотри-ка, соображаешь. — Свалите…

— Заваркина, никогда не критикуй мужчину, чтобы он не задумал, — мудрая дагестанская женщина наставительно подняла палец вверх. — Расскажи лучше про себя, — попросила Анфиса, — у тебя наверняка бурная жизнь. — Ох, — вздохнула она, — и не спрашивай… Эта фраза всегда обозначала начало какого-нибудь…

Потом ударил мороз, с гор понесло снегом, и Аликс хорошо помнила, как они с братом-близнецом Эдвином резвились на озере, катались на коньках и санках. Праздники в тот год начались звоном восторженных детских голосов и веселым топотом ног, а закончились холодными и черствыми, случайно подслушанными…

Не знаю, Ника, как ты объяснишь себе эту загадочную историю. Примерно лет десять назад какой-то человек узнал, что у меня растут орхидеи. Раздобыл номер телефона, напросился в гости. Странен был этот звонок незнакомца. Странен оказался он сам. Странновато его имя. Он пришёл вечером с пластиковым…

На коленях Джулиет лежала открытая книга, но она не читала. Она не могла оторвать глаз от проносящегося за окном пейзажа. Она устроилась одна на двухместном сиденье, и напротив нее тоже было два пустых места. Здесь она провела на ночь. Проводник был сейчас занят в спальном вагоне, приводя его в порядок…

– Рассказывай. – Чего рассказывать? – Все рассказывай. Как дела? Как Потапыч? – Дела хреново. Потапыч в лагере. Через неделю возвращается. – В каком лагере? – В спортивном. Третья смена. – Мы теперь спортсмены? – Да, самбисты. Я же тебе говорила. – Правда? Не помню. А почему дела хреново?…

Гляжу окрест себя. Сердце переполняется гордостью и нежностью одновременно. Собственно, что же это я праздновал? Свое пятидесятилетие? Что дожил до него в полном здравии? Что успел уже досыта всякого вкусить и отведать? Полезного и приятного, аппетитного и не слишком, сочного и neресоленого, пропеченного…

— Мое дело сторона, меня там не было. — Твое счастье. Я дал ему закурить. Между нами встало облачко дыма, но я по-прежнему, не отрываясь, смотрел на него. — Ты такой конец сделал специально для того, чтобы сказать мне о Сонни? — Ага. Голова у него чуть-чуть тряслась, а глаза…