Современная проза

- Покажи мне страсть, детка! - кричит фотограф. Вспышка. Покажи мне злобу! Вспышка. Покажи мне отрешенность, внутреннее опустошение экзистенциалиста. Вспышка. Покажи мне неистовую интеллектуальность как способ выживания в этом мире. Вспышка. Возможно, то, что я сейчас испытываю, не что…

На юг нельзя. Там чеченцы. Сначала все степи, степи – глаза вывалятся смотреть, – а за степями чеченцы. Посреди городка стоит дозорная башня с четырьмя окнами, и во все четыре окна смотрят стражи. Чеченцев высматривают. Не столько они конечно, смотрят, сколько болотную ржавь покуривают да в палочку играют.…

Охрипшая толпа скандировала: — Бал-до… Бал-до… Бал-до… Судья считал: — Шесть… семь… восемь… Антонио Балдуино, довольный, смотрел на белого, распростертого у его ног. Потом окинул взглядом обезумевших от восторга зрителей, ища крикуна, позволившего себе усомниться в нем, победителе белых.…

Три дня — это значит включая ночь тридцать первого. Тут возникала одна проблема. В этом году я пообещал Джун, моей девушке, провести Рождество вместе с ней, но обещания не сдержал. Поэтому я поклялся ей, что по крайней мере в новогоднюю ночь мы обязательно сходим куда-нибудь вдвоем. Эту клятву я дал…

Еще десять минут — и с поразительной точностью, ровно в шесть, как происходит в любое время года, на остров внезапно опустится совершенно непроглядная мгла — наступят быстрые экваториальные сумерки; а через двенадцать часов с той же быстротой и точностью солнце вновь появится на востоке — золотое, великолепное,…

Квинт Апроний презрительно кривит рот; в Риме давно перестали брать с посетителей игр деньги: там тщеславные политики используют зрелища как средство вербовать себе сторонников. Но в провинциальной Капуе людям все еще приходится расплачиваться за удовольствие. Апроний думает: надо будет попросить…

— Я знаю, о ком ты думаешь, — сказал Джерард. — И о ком же? — О Синклере. — Ты прав. В этот момент Роуз как раз не думала о Синклере, но мысли о нем столь глубоко были связаны с мыслями о Джерарде, что она не покривила душой, соглашаясь. Синклер был братом Роуз, «золотым мальчиком», который давно…

Он наморщил лоб, и Лапшин вдруг заметил, как он постарел; заметил, что усы у него седоваты и глаза старые, выцветшие; заметил, что у него одышка. — Эх, Ваня, — сказал Хохряков, — Ваня ты, Ваня, завидую я тебе, что ты в городе живешь! Культурно у тебя, театры, балеты… Я тоже люблю. И запел жиденьким…

— Тогда тебя автоматически лишат права практиковать. — Почему это? — нахмурился Джеймс. — Помнишь нобелевского лауреата, с которым мы познакомились прошлым летом в круизе на Аляску? У него в брови была серьга. — Вот именно, — согласился Майкл. — Чтобы сочинить стихотворение, состоящее из одних бранных…

На четвертом этаже‚ над пустующей квартирой‚ проглядывает в окне печальный женский профиль. Там живет неприметная Авива‚ подобная увядающей траве на склоне‚ которая в свободное от работы время населяет собственное одиночество. Это она выдумала себе жениха‚ отправила его за алмазами в Африку‚ писала туда…

мгновений дым от горящего рябчика, который я по пьянке повесил сушить на электрокамин, накрыл бы меня, и я бы уже не поднялся. Никогда не забуду того отчаяния и горечи, когда я не добрал одного балла при поступлении на стационар, и ты приехала в Одессу выручать меня. Я стоял у двери приёмной…

Местный охотовед с ног сбился в поисках дичи, ре­шил, у зверей началась повальная миграция и запросил дополнительное финансирование на проведение специ­альных исследований, чем, собственно, и должен был за­ниматься Госохотконтроль. Бабушки тем временем уже до губернатора дошли, просят овса, гороха на…

А он продолжал неистово рыдать. Что-то из-под голубого сообщало ему: и он скоро станет неживым, а неживое – это смерть, и все живое боится своей смерти. Когда сам неживой, сделал он первый вывод, вот что самое страшное! Когда неживая мать, сделал он второй вывод, то очень больно во всем теле, так беззащитно…

Но ничего не произошло – подышав мне в ухо, Брама отвернулся и пошел назад на диван. – Можно было укусить тебя в руку, – сказал он. – Но руки у тебя, к сожалению, связаны и затекли. Поэтому эффект был бы не тот. – Вы же мне руки и связали. – Да, – вздохнул Брама. – Я, наверно, должен извиниться…

…Фет шел мимо деревянной горки, размышляя об отчиме. Говорили, что в нем текла польская кровь, и сам отчим, особенно когда напивался, любил бормотать: «Дзенькуе бардзо!». А потом от «Зубровки» или «Кубанской» наступало у него тяжелое отупение, и этот бывший летчик-радист, сопровождавший на Севере с воздуха…

— Йо, Гольдберг! Йо, Гольдберг! Йо, Гольдберг! Мэр ошеломлен. Не где-нибудь, а здесь, в Гарлеме! В Гарлеме "Гольдберг — эквивалент «жида». Возмутительно! Безобразие! Бросать такое слово в лицо мэру Нью-Йорка! Крики, шиканье, утробный хохот. Им нужны выбитые зубы. Ситуация вышла из-под контроля. …

Пузыри изо рта. Пузыри. Как хочется вдохнуть! Где же?! Он снова и снова беспомощно тыкался в равнодушную и неподатливую преграду. Потом разжал пальцы. Сандалеты стали медленно тонуть, мало-помалу растворяясь в черно-зеленой глубине… – А! Плетнев рывком сел на постели и оглянулся. МОСКВА, ИЮЛЬ…

Мы вышли в три часа ночи, чтобы увидеть со Святой горы восход солнца. Шли с фонариками. Я не была уверена, что дойду. – Дойдете, куда вы денетесь, – сказал Вася. Подъем был крутой, мы шли по промоинам (сухая листва, валежник) между высокими дубами. Через час я сказала: – Идите, оставьте меня, я вас…

Бунтари в «Дочери профессора» предстают абсолютно изолированными от других аналогичных студенческих групп, хотя и сообщается, что Дэнни и Джулиус были членами в то время многочисленной и влиятельной организации «Студенты за демократическое общество» (СДО). Подобная изоляция, очевидно, входила в намерения…

Университет еще больше сблизил Павезе с активными борцами против фашизма, людьми высокой твердости и требовательности. Среди них был Леоне Гинзбург, расстрелянный фашистами в 1944 году (он много сделал для перевода и издания в Италии произведений русских писателей), Франко Антоничелли, в годы Сопротивления…