Современная проза

Зоя Павловна коротко засмеялась. Плечи расправила, но всё же спросила потом: – Что? Попросить чего-нибудь хочешь? Принести тебе чего-нибудь? Купить коньячка? Или окошко открыть, покурить хочешь? – Да я не курю вообще-то, – вздохнула я. – Вот и не кури, – Зоя Павловна похлопала меня по здоровой ноге. –…

Палату мне выделили отдельную, большую. На шесть коек. Курить разрешили. Портвейн пить. Только очень рано вставать надо, зарядку проводить, флаг на линейке поднимать. Понял я – не моё это. Да и стеснялся сильно, там пионерки разные были, некоторые на пару лет всего младше. А вот в футбол погонять перед…

P.S. Повторю, в первую коробку попала Колина корреспонденция 56–60-го годов. В это время он жил в Старице, позже попеременно то в Москве у мамы, то в Казахстане. В этой же коробке я нашел тоненькую папку с полутора десятками писем, без которых происхождение фонда было бы вообще непонятно. Ниже — письма…

В коридоре затрещал телефон, и Ника с надеждой спустила ноги на пол. — Аллоу? — с придыханием спела Нина Петровна, — ах, Эдуард Михалы-ыч! И вам доброго вечера! Ника снова упала навзничь, глядя в потолок. — Конечно, конечно будем завтра. А купорос вы везете? Да что вы говорите? Как-как? Топинамбур?…

Пройдя via pretoria, Димов пересек площадь перед трибуналом, небрежно ответил на приветствие часового у легионного орла, воткнутого в землю рядом с невысокой разборной площадкой, заменившей неуклюжие деревянные трибуналы прошлого, задержался у входа, сбивая с сапог налипшие буро-красные комья вязкой…

Нам до изнеможения твердят, что коллекционирование искусства – явление декадентское. И в периоды пуританской реакции люди его бросают. Как бы то ни было, наступает момент, когда потери достигают точки убывающей отдачи. Более того, эстет зачастую подвержен фатальному пристрастию ко всему, что связано…

— Разрешите, я присяду, — сказал он и, не дождавшись ответа, сел за стол учителя. — Скажите: где все взрослые? — обращаясь к классу, спросил он. — Цирк готов дать представление, нужны зрители. — Все на покосе, — подключаясь к разговору, вставил Глеб. — М-м-м… — директор задумался. — Что такое покос?…

— У меня есть замечательные часы… Переводчик налетел на них словно коршун. — Что вы сейчас сказали?! — закричал Андрей. Собеседники испуганно переглянулись. — Повторите! Умоляю! Андрея затрясло. Почувствовав электрический разряд, переводчик зашатался, словно пьяный и, хватая руками воздух,…

Учителя становились все радостнее. Словно в головах у них весело звенели колокольчики детства. Моя лучшая подруга Эви во всем видела худое, но даже она не нашла над чем поиздеваться. Мы выучили «Святую ночь» [2] назубок. – Замечательно, просто замечательно! – восторгалась мисс Гласе, проходившая…

— Человек должен не только построить дом, завести детей, посадить дерево, но еще должен написать книгу, — уверяла она. — Я в этом глубоко уверена. — Я никогда не писал книг, — растерянно произнес я. — У всего есть свое начало, — подбодрила она меня. Иногда мне кажется, что вся моя жизнь — какое-то…

В мою память навсегда врезался грохот выстрелов, а еще – холодные глаза убийцы, четкий профиль отца и платье матери, облепившее ее бедра. Ну и сестра. Главным образом, моя сестра. 1 Майя Даже не сосчитать, сколько раз я проходила мимо этого огромного здания на Центральном бульваре, так и не…

8.50. М-м-м. Интересно, каким Марк Дарси мог бы стать отцом? (Отцом ребенку, конечно. Не мне. Такая мысль была бы нездоровой; что я, Эдип какой-нибудь?) 8.55. Так, не надо циклиться на одних и тех же мыслях и слишком много мечтать. 9.00. Интересно, Юна и Джеффри Олконбери позволят…

Пышный бал, данный по случаю сорокатрехлетия премьер-министра, распространился на все помещения Оперного театра. Нарядная толпа текла по длинным фойе, кулуарам и вестибюлям. В ложах, убранных дорогими драпри, откупоривали шампанское. Из партера унесли стулья, там танцевали. Оркестр, разместившийся на…

И уж тем более – когда вся эта община, почти в полном составе, отправилась на «марш мира» в воюющую Чечню. …Теперь поехать в Индию, в Китай, Японию, в Среднюю Азию – пройти пешком по горным дорогам, ночевать под открытым небом в пустыне, то ли у пастухов, то ли у бандитов, прикоснуться к тайнам мира,…

– Представляю, какой горячий прием вам окажут одноклубники, споют вам «Хей нонни-нонни» и «Ча-ча-ча», – сказал я. – Вы, кажется, упомянули, что мне пришло письмо? – Да, сэр. Его только что доставили с посыльным. – Похоже, что-то важное, а? – Такое предположение напрашивается, сэр. – Распечатайте…

Комната то медленно, то быстро вертелась вокруг темноволосой, касаясь своими контурами ее тела, и в ней, в этой нелепой статуе, я с большим трудом узнала себя. Моя голова тоже кружилась, вслед за бесконечным движением комнаты, в котором теперь как украшения-портреты мелькали лица столь похожие и одновременно…

   До конца работы был еще час, Михаил посчитал выручку, собрался покурить и увидел в дверях Темку, своего лучшего друга. - Привет, Мишка! Покурим? - Ты как на заказ – пошли.    Они вышли из Пункта и уселись на ограду. - Ну че – твоя «Корона» шпарит? - Да как пулемет у Терминатора. - Да я…

Это было в точности похоже на тот интерьер, который мы наблюдали в другом холодильнике, в Коктебеле, когда у нас великий коктебельский невыбух произошел. Но мы тогда еще этого не знали, поскольку великий коктебельский невыбух произошел спустя год после описываемых событий. И, пока наш добрый шофер…

Хотелось сделать пфиу, абпруа и даже небольшого, чисто символического Джуманияза. Судя по некоторым признакам, замеченным мною как на второй, так и на первой полке, где, сразу под Серегой, с головой замотавшись в одеяло, лежали какие-то пассажиры, Серега уже своего Джуманияза сделал. Я растолкал…

Его записи, представляют собой весьма нестройное повествование. Отрывки, написаные кровью сердца переплетаются с наркотическим бредом и самодовольными речами, а также сценами жестокости. Поэтому Андрей хотел сжечь свои дневники, считая, что таким образом он полностью порвет со своей прежней жизнью. …