Современная проза

– Кирилл Саныч, а можно я с вами на дежурство останусь? – попросил ординатор Митя. – Что? Зачем? – Кирилл торопливо листал историю болезни. – Ага, вот тут еще расписаться. Блин, где протокол операции, Макс опять не распечатал? А, вот он, нормально. Тьфу, «Медофис» снова завис. Митя, у тебя «Медофис»…

– Новоявленский, Михайлова, Олейник… Олейник закидывает в рот сигаретку и с уверенной ухмылкой чиркает о колесико зажигалки. Тяжелые ладони дружески похлопывают его по плечу. Список подходит к концу. Остается несколько фамилий. – Леденцов, Абрамкина, Махлина… Я окаменела. Не послышалось ли?..…

Сашка Вахтов ходит важный. Помощник-бессеребренник, посмотрите-ка: в чужом дворе убирает мусор. Мы всем двором верим в Сашкину доброту. Про себя хихикаю, это он сейчас такой непокобели… Тьфу ты! Цельная личность с граблями и спичками. Утром же явился с мятым подснежником и не смотрел в глаза. Промямлил…

– Простамол принимаете? – Потребляю, но мало помогает. – Дядя Ваня, вам просто жизненно показано применение нашего прибора. Хорошо, что у нас остался один, – Людмила полезла в пакет и вытащила пластмассовую коробочку с голубым верхом и белым низом. Коробочка была обмотана проводами. – При высокой…

– Очень или очень-очень? Башмаков подумал о том, что достаточно увидеть мужчину и женщину наедине, чтобы понять: кто из двоих любит сильнее или кто из двоих вообще любит. Тот, кто любит, всегда участливо склоняется над тем, кто лежит, заложив руки за голову. – Очень или очень-очень? – повторила Вета…

Многие из событий, описанных в книге, имеют под собой реальную основу. Они происходили в действительности, я слышал и читал о них. О некоторых я знаю из уст непосредственных участников Второй Мировой, ещё с тех времён, когда записывал с ними интервью. Другая часть событий реконструируется на основе документальных…

Встречали меня Даша, Илюша и Бетти. Илюша рассказывал, как в качестве члена исполкома университетской демократической партии организует дебаты – перед праймериз, которые состоятся в марте. Очень этим увлечен и все добавлял подробностей. Бетти спросила, зачем это ему. Ответил, что для резюме, которое…

В этом селе совсем недавно жила двоюродная сестра моей матери тётя Лина. И хотя родители привезли её сюда во время войны тринадцатилетней девочкой, она полностью переняла егоркинский диалект, и ничем не отличалась от коренных жителей. В молодости, тётя Лина была очень хороша: круглое лицо с ярким румянцем;…

– Этого ещё не хватало, – бросила она в темноту, вспоминая, что повербанк оставила на тумбочке в прихожей. Снова раздался звонок и Лена увидела, что это мама. Она включила громкую связь, продолжая идти. – Только не говори мне, что ты решила пойти через парк. Голос мамы, сильный и настойчивый, едва…

– Нет. У меня все хорошо. – В детстве вы мечтали разбогатеть? – Скажем по-другому. Я мечтал стать большим начальником, чтобы руководить процессами во благо людей. Директором большого завода или министром. Моя мечта сбылась. Я владею нефтеперерабатывающим заводом и сетью бензозаправок. Плюс банк средней…

Наташа возвращается, с животом и сыром. За черным блестящим стеклом страшно, неистово молчит всею своей налившейся тьмой улица Жени Егоровой. Мне кажется, он меня больше не любит. Мне тоже кажется, что он тоже меня больше не любит. Уехал в мастерскую, на Петроградку, и все не возвращается. Там…

Мечтал я о такой легкой смерти почти каждый месяц, а с каждым годом месяцы таких мечтаний превратились в недели, а потом и в дни. Докатился я до того, что мечтал о своей смерти каждое утро. А от чего бы мне не мечтать об этом? Особенно каждое утро. Вы не поймете, уверен в этом. Понять может только тот,…

Как не странно, впервые в жизни, я совершенно не обрадовался нашей встрече. Напротив, был очень раздосадован ее появлением во Франции. Я, как назло, был в компании этой длинноногой идиотки Эвелины, на которую Вера смотрела с нескрываемым изумлением. Раньше она моих подруг никогда не видела. Естественно,…

– А мне кем прикажешь быть? Керубино? Я скоро тоже прыгну из окна на чью-нибудь клумбу! – и художник театрально хватал ртом тягучий, вечерний воздух. – Тогда тебе никто не будет мешать сосредотачиваться на роли! – О, боже! Что за низкий шантаж! – вскрикивала раненой чайкой актриса. За этим слышался…

Автобус подошёл по расписанию как по часам. Школьников ещё нет, так что я со своими пакетами даже сяду. В этот раз аж у окна! Автобус плавно тронулся. Приятно наблюдать, как за окном начинается весна. От взгляда на аккуратные, чистенькие дворики по телу разливается тепло и умиротворение. Палисаднички…

Резкий тормоз трамвая прервал её мысли. Доехав до конечной остановки, трамвай затих. Выйдя из трамвая, малыш с мамой направились вдоль разбитой колеи железной дороги, на которой работали пленные немцы, в сторону жёлтого здания интерната. Его, своими раскинувшими разлапистыми деревьями, закрывала роща.…

Подпоручик посмотрел на вахмистра, спросил: – Чего же тебя из полиции выгнали? Он знал, полицейских в армию не призывали. Тот живо ответил: – Так знамо за што! За пьянку! – Ты один что ли в полиции пил? – хихикнул тот же ефрейтор Сидоркин. – Та не, пьют усе. Токо я один попался на глаза нашему…

– Я пристав 1 стана Краснинского уезда Ловейко. Вам нужно заверить показания, данные пойманным моей командой корчёмником. –Батюшка, отпусти душу на покаяние, смилуйся! Покаяться хочу, облегчить душу, – вдруг заорал удерживаемый мужик. И тут же получил по шее от одного из солдат, неча тут рот разевать.…

– Паоло, ты-то зачем? Ты ж билет будешь покупать! Хотя понятно, вам, капиталистам, это копейки, – как всегда ворча, пробубнил Лёня. – Это есть кроме билет. Билет я буду покуплять. А это подарок моему другу Массимо. Будем считать это проценты от прокат фильмы о нём на канал РАИ один. Дивидэнт. И я Льёня…

Я перестала стесняться писать и открыла аккаунты. Это было 10 лет назад. Пункт назначения – Сергач Едва я успела вкусить прелестей замужней жизни, как муж с порога заявил мне: – Жена! Теперь ты офицерская жена! Собирай, жена, пожитки и поехали, жена, к месту службы – меня согласовали на работу…