Современная проза

Первые незамутнённые картины детства: отец идёт с ружьём по лесу, прислушиваясь к посвисту рябчиков, а Рон сидит у отца на закорках, покачиваясь в такт шагам и посматривая на стволы сосен и елей. Останавливаясь, отец указывает то на куст можжевельника, то на жимолость, объясняя пользу каждого растения.…

– Виталий, заканчивай! Дождь будет. Я ей отвечаю: – Какой дождь?! Небо то синее, – но слышно, что-то сверху гремит. Поднялся я наверх. Глянул, и поразился увиденным. Кругом тучи, а над моим колодцем чистое небо, словно оно повторяло его квадрат, только, конечно, в больших размерах. Проекция квадрата…

Ничуть не сомневаясь в своей уверенности, что мир именно таков, насколько в состоянии вместить их мозг, в рассказе они обязательно упускали самое главное. Так было и на этот раз. Они даже представить себе не могли, насколько «яблоня», о которой они столько распространялись, была на самом деле жалкой,…

– Мы-то уже смотрели, но за компанию можно и по второму разу, – Ася любила все объяснять. – Нет, Софа, никаких чипсов с кетчупом… Какое мороженое? Миша, я пойду принесу им поесть, дай деньги. – Там замес крутой, – продолжал Наумов, сунув жене кошелек, – нью-йоркские либералы, это ж особая порода людей……

– Вы можете смотреть всё, что угодно, – вмешалась секретарша, которая сидела за соседним столом и слышала их перепалку. – Спасибо за разрешение, – ответил Сэм, повернувшись к ней, – но я хочу услышать это от менеджера. Где его найти? Секретарша указала на кабинет-аквариум, который располагался чуть…

– О чем это вы? – вдруг произнесла русская девушка на своем родном языке. – О чем это вы говорите? Уж не хотите ли вы сказать, что это я подвела вас под монастырь? Я, что ли, вас подставила? Кто была эта женщина? Что это вообще за сцена? – Я ее не знаю, – невозмутимо ответил Мельхиор, продолжая изъясняться…

Константин тоже проявлял заботу к детям, но как-то странно. Старшего он всегда брал с собой, то в машине проехаться, то на охоту или рыбалку, говорил, что хочет сделать из сына настоящего мужчину. На вопрос, а из младшего ты не хочешь сделать мужчину, был ответ, что еще рано, вот подрастет. Но у них…

Девушка прошла к выходу, сопровождаемая множеством недоброжелательных взглядов: она сегодня победила, а надежды всех остальных участников не сбылись. Декан протянул руку вошедшей красавице и, не рассыпаясь в поздравлениях, взял папку со стола и достал из неё бумагу. – Завтра ровно в девять ноль-ноль…

Темно-серые глаза загорелись красным, словно огонь затлел – в глазах, в мыслях и во всем его теле. Демон не мог позволить парню умереть добровольно, он хотел, чтобы тот страдал. Он смотрел Кайлу в глаза так долго и так пристально, что Кайл невольно увидел то, чего не должен был. Но ведь демон уже позволил…

Но из любви не бывает отпусков, от неё только сразу и навсегда, и не ври, что не знал. Все всё знают, Ромео, и не нужно специальных подпунктов мелким шрифтом. Устал – уехал – потерял. Отложить ничего нельзя, как нельзя приморозить время и юность, чтобы потом достать свеженьким и разогреть. Так и здесь,…

– Господин, откуда вы достали столь прекрасные розы? – Они были привезены из далеких земель, – ответил Асикага. Он схватил руку Кирико с цветком, слегка сжал и потянул обратно к ней. – Возьмите этот цветок себе, приколите вашей нефритовой заколкой к волосам, прошу вас, – последние два слова Асикага…

После нескольких лет, проведенных в большом городе, ему было трудно привыкнуть к месту, куда некогда ссылали декабристов. Он часто ходил в городскую библиотеку, где выдавала книги пышноволосая девушка. Когда в какое-то из посещений он попросил труды Ги де Мопассана, она смутилась – знаменитый француз…

– Это почему же? – Вы как будто принесли не чинить комп, а хоронить его, – пошутил Денис. – Но нет. Я не хороню. Чиню, как правило. – То есть безнадежных случаев у вас не было? – с надеждой спросила она. – «Пациенты» не умирали на моем столе, это правда, – пошутил Денис, чтобы хоть как-то расслабить…

– Телефон нужен, срочно, в машине у тебя или в куртке? – Громов начал приподниматься. – Не знаю я… – Я быстро! – Он побежал к Девятке. Салон сгоревший, одна чернота. Громов оторвал болтающуюся дверцу бардачка, заглянул внутрь, но ничего кроме обгоревших листков не нашел. Он подбежал к своей машине…

– Давай, давай. Скорее. Какой вуз, факультет, курс, – устало звучат фразы. – Третий. Педагогический. История и культурология. Игнатьев Павел. По договору. От университета, – отрапортовал, как в армии, вошедший парень. Я слышу знакомое сочетание имени и фамилии, поднимаю взгляд, и всё внутри меня замирает.…

И в этот раз, отправляясь на Землю, мы столкнулись с одним из таких сильных панков, который даже был кем-то вроде руководителя падших. Зик был крайне неприятным типом, и даже если бы он не был панком, его бы это не спасло. – Ооо, ангелочки, куда так спешите? – панки часто отрицали свою ангельскую природу,…

А снилось ему воспоминание из прошлого. Из того прошлого, в которое ему хотелось вернуться. Да и не просто вернуться, а остаться там. Просто ему там было намного легче, намного лучше, чем сейчас. Когда юнец был совсем маленьким, они со своей мамой практически каждые день посещали сад неподалеку от…

Дизентерия не подтвердилась, но боли у Альки не прекращались, и он слабел на глазах. – Умрет, – говорили матери, – сдайте в больницу. – Пусть лучше у меня на руках умрет, – отвечала мать. Уже не первый по счету детский врач, седенький старичок, осмотрел Альку, покачал головой и сказал матери: …

– Так, может, рекрутинг – это не её? – предположила Мэри. – Так она как раз хотела переориентироваться, говорила, что хочет больше именно с людьми работать. – Ну, многие говорят и думают одно, а на деле им нужно совсем другое. Пока не попробуешь – не поймёшь. – В общем, осталось три недели и испытательный…

Мы гуляли долго и молча. Слова он что ли подбирает или с духом собирается. На дальней лавке мы сели отдохнуть. Не сказать, что устали, но дальше была речушка, за которой уже начинался лес. И вот сидя на лавочке у реки в дали от случайных прохожих он решился на разговор. – Меня тут намедни пригласили…