Сентиментальная проза

- Ну и правильно. Парень еще даже не успел пройти в гостиную, а со стороны детской уже слышится топот: - Филипп! – К нему на руки прыгает рыженький омежка-зайчик. Вообще-то, примерно десять лет назад им под дверь подкинули маленького рыжего тигренка. Сначала они даже хотели его усыновить и сообщили…

-Слушай, Олежек, а на хрена тебе вся эта металлоконструкция? - когда последний магазин остался за бортом, высказал я своё лёгкое недоумение. - Хочу генератор сделать на 100кВт, работающий на дровах, спирте или масле, абсолютно автономный и с возможностью замены топлива! -и ведь не улыбнётся даже. …

А он ничего. Что он нашёл в этой дурочке? Все знают, что блондинки дуры. Боже, как же меня раздражает его пристальный взгляд! Убери глаза от моей груди, сволочь! Я бы дала ему пощечину, но это выглядело бы странно. Мой психолог говорит, что я слишком вспыльчива и должна сдерживать себя. Он посоветовал…

Мы взрослеем. Уже из безобидных детей становимся взрослыми людьми, но всё равно с душой ребёнка! Возможно, нам просто хочется поскорей стать старше, но детство всё ещё не отпускает нас. К сожалению, вскоре мы разочаруемся в чудесах… Как разочаровались когда-то наши родители. Жизнь перестала быть сказкой.…

Кофе взглянул на фигурку любимой хозяйки – такую маленькую с высоты седьмого этажа – и незаметно вздохнул. Что-то было явно не так. Вот и собаки почувствовали: подбежали к Мусе, приветливо виляя хвостами, и в последний момент остановились в двух шагах. - Она забыла печенье, - с укоризной заметил ветер.…

– Как ты не хочешь понять? У меня хорошее место. Есть шанс для продвижения. Я не могу его потерять. И вообще... Ребенок нам пока не нужен. – А когда он будет тебе нужен? В сорок лет? – примирительным тоном говорил он. – Наташка, ну что ты, в самом деле! Оставь ребёнка. Нам ведь уже по двадцать…

Жена Ивана уехала жить в столицу – нашла там высокооплачиваемую работу  и купила квартиру. Будучи жадной до денег и статусности, разводиться не собиралась, оставив мужа жить со своей матерью. Детей у них не было. Я был удивлён, хотя и хорошо скрыл свои чувства, впервые увидев Ивана в квартире с Софьей.…

— Только они теперь все мертвые, да? — Кто? — Старики, и ихние все мысли. Форрест посмотрел на негра. Похоже, тот улыбался. — Да, они теперь в мире ином. — Я знаю, о чем говорю, — сказал негр. — Я еще парнишкой в одном таком месте работал, в Виргинии. Там ничего, кроме воды, и не было. А что…

— Ох, очень приятно, уважаемая Судьба! А меня Люсей зовут, простите, что сразу не представилась. — Ничего, немудрено, что забыла. Ты ж такая потерянная была! Сейчас вот вроде как нашлась немного… — А моя судьба тут имеется? — Конечно, девочка моя. Я ведь не чью-то конкретную судьбу плету — только…

– Простите, Лев Викторович, я правда слегка опаздываю. – Хорошо. Я вас больше не задержу. Только ответьте на последний вопрос: вы собираетесь примерить место руководителя рекламного агентства, а в своей жизни вы руководитель или подчинённый? – Извините, я лучше зайду в другой раз. Смущенный Никита…

— Говори, Сережа, — поторопила Аня, наблюдающая за стекающими по стеклу каплями весеннего дождя. Глубоко внутри, в уголках души, она догадывалась, о чём сейчас скажет Сергей. Сергей молчал. Он не мог решиться, не мог сказать те слова, что так давно не дают ему покоя. Вся эта ситуация, которая длится…

Каменщики, плотники, обойщики работали неутомимо. Наконец дом был готов, и граф приехал. Он был еще не стар, холост; но сердитый вид, желтый цвет лица обнаруживали в нем какую-то тайную болезнь. Руки по швам, с трепетными сердцами, в застегнутых мундирах, представились ему все должностные лица. Граф…

Первой идеей фикс был замысел перевестись в питерский вуз — с петровским очень титулом «горный». Хоть по свежевведенной «болонской системе» — с четвертого курса в магистратуру, хоть по целевому назначению (и искался завод), короче — хоть как. И началась великая беготня по деканатам да ректоратам, звонки…

Трудно было выделиться среди таких ярких персонажей. И все же рослый мулат Амир казался особенным, самым колоритным. Идеальная фигура сразу привлекала внимание, навевая мысли об Аполлоне. Прическа, как у X-Zibit - brayded billy. Чувственный изгиб рта, алый и манящий на фоне смуглого лица, подчеркивал…

Ты готова? В добрый час! * * * Их было трое – Женщина, Кошка и Звезда. Впрочем, нет – все-таки четверо: четвертым персонажем было дерево. Женщина сидела в кресле, кошка лежала на подоконнике, а Звезда заглядывала в окошко, повиснув на ветвях старой раскидистой сирени. Они беседовали. – Мне грустно.…

У меня вырывается ещё один смешок, на этот раз ещё более горький, чем предыдущий. Из всех мест, где я должен быть сегодня вечером, цыганский фургон в грязной части Вегаса не входит в их число. Я насмехаюсь над гирляндами и свечами, потому что они не делают ничего, чтобы скрыть убогость этого места. Потрепанные…

Он взял свой бокал-блюдце и отпил коктейля с молоком и шампанским. – А сейчас понимаю – «На что похожи влюбленные, идущие на смерть? Они как снег, что тает каждый миг. Жизнь – это сон, а смерть – лишь сон во сне» 3 … Усмешка. – L’ecli e 4 … Антониони говорил о «Затмении» так: двое осознают свою…

Раньше Лида на такие слова сразу начинала плакать, а теперь — ничего, привыкла. Теперь она просто молчит, положив голову ему на грудь, и слушает, как ровно бьется его сердце. Как он может так не ценить себя? Он! Такой умный, тонкий, такой талантливый. Его статьи по психиатрии ведь московские журналы…

- Нет… - его наивная искренность. Стук в дверь. Трой отвлекается и слезает с кровати. Это мама. Она не теряет надежды и пичкает меня философией жизни, просвещает религией, в которую на днях обратилась, чтобы выудить у сил небесных спасения. Заставляет меня двигаться, ходить. Убеждает себя, что…

- Ротааа! Становись! – протяжно командует старшина и мы нехотя выстраиваемся вдоль кроватных рядов, в свободном пространстве длинного коридора, сначала первое отделение, потом второе, за ним третье и четвертое. За нами стоит уже второй взвод, это все, кто проживают в нашем большом кубрике. Третий и четвертый…