Проза

Морозка вывел из пуни лошадь. Гривастый жеребчик настороженно прядал ушами. Был он крепок, мохнат, рысист, походил на хозяина: такие же ясные, зелено-карие глаза, так же приземист и кривоног, так же простовато-хитер и блудлив. — Мишка-а… у-у… Сатана-а… — любовно ворчал Морозка, затягивая…

— Княгиня… там священник… войти просит… Ольга фыркнула, точно рассерженная кошка, дернула головой: — Завтра. Недужная я… Пошла! Ольга не сомневалась, что Григорий послушно придет и завтра, и послезавтра. Куда он денется? Будет ходить, услужливо заглядывая в ее синие с металлическим отливом глаза,…

На полу стоял таз с остатками мыльной воды, в углу — грязное белье, на скамье истрепанный веник, плоский, обкатанный руками кусок темного мыла. Лоскут сунул руку в котел, теплой воды осталось с ведро, не больше, он плеснул ладонью на каменку — она не зашипела. Для мытья воды было мало. Лоскут стянул…

харчо тарелку, и стаканчик чачи, и сигареты „Прима” — вот и все”. — “Вы местный?” — я спросил. “Нет, не совсем. Когда-то жил в столицах я обеих, заехал как-то вот сюда на отдых и здесь остался. Скоро десять лет, как я живу в Батуме. Летом все в порядке, полно…

Свет невечерний жизни скудельной — нежность. В жару и стужу и колыбелью, и колыбельной будет жена мужу. Будет покоем, будет доверьем, дверью, всегда открытой. Будет порогом. Будет преддверьем. Гробом. И панихидой.                              *     …

Пастор отворачивается и смотрит во двор — две птички клюют зернышки на навозной куче. Далее, в стене, у которой он выращивает турецкую гвоздику, видна зеленая дверь, ведущая в сад. Эта дверь ассоциируется у него с Джеймсом — он, бывало, выходил из нее и разглядывал груши или просто стоял во дворе, нахмурившись,…

– Ну, плакса, а еще мужик и сибиряк, – засмеялась Рита Николаевна. Василий увидел ее жидковатый трясущийся подбородок. – Миша, Коля, возьмите его к себе! Какие-то мальчики потащили Василия в кучу. – Будешь медведем, а мы – охотниками, – повелительно сказал ему высокий крупный мальчик Петя, с важностью…

Для людских глаз существование Годара было замкнуто в двух тесных комнатах на Менильмонтане. За пять лет, что он жил на пенсии, он не придумал себе никакого постоянного развлечения. Единственной его забавой было обрамлять старые гравюры, да иногда золотить деревянные изделия, которые он сам мастерил.…

Гедройца заинтриговал один вопрос, который показался ему непраздным: а в чём, собственно, была причина и смысл этой битвы? Зачем вдруг Гитлер отвел войска от Москвы и направил их на юг, к Каспийскому морю? Причём это были лучшие войска, бравшие до этого Париж и Варшаву. У историков он, конечно, находил…

Я была заинтригована: почему всех матерей на свете так тревожит слово бесчестье. — Что значит бесчестье? — Тихо ты! Беду накличешь! Тебе еще рано думать об этом. Сейчас ты должна слушать мать и хорошо себя вести. Только и всего. Придет время — я все тебе объясню. А пока будь умницей. До тех пор,…

— Обратно покойника повезли. Наши московские уши никак не привыкнут, что слово «обратно» здесь, в Ставрополе, означает «опять». Тетя Дуся, школьная уборщица, — единственное гражданское начальство над нами. Вообще мы в ее власти. Она получает на общежитие керосин и дрова, и от нее зависит, быть ли…

Впрочем, Алексей Алексеевич о старости даже и думать не желал, бодрился: по утрам зарядочку делал, на дачу ездил-гонял на велосипеде, с первым же снегом лыжи с антресолей доставал, в еде был умерен, живот не распускал (одежду носил 48-й нумер), ещё пятнадцать лет тому бросил курить, а последние три года…

– Мечта! – подтвердил адъютант. И тут, вероятно, отец, который всегда следил за собой и, более того, любил пофрантить и которого однажды сам Жуков чуть было не расстрелял за то, что тот попался ему на глаза, подпоясанный не форменным кожаным ремнем, а особым грузинским ремешком, со словами «Пусть подождет»…

Келлер сорвал с себя очки, потер большим и указательным пальцами глаза, хотя знал и видел: то был не сон и не плод хмельного воображения — герр кельнер, который столь нагло и уничижительно процитировал его, стоял в метре от плетеного кресла — долговязый, попахивающий потом. «Юбиляр имеет обыкновение…

Мягкие, удивительно знакомые аккорды вырвались из открытых окон ярко освещенной квартиры и поплыли в недвижном темном воздухе. Горин хотел было остановиться, чтобы вспомнить передаваемую по радио, как он подумал, музыку, когда узнал квартиру и понял, кто играет на рояле — жена нового командира полка,…

На склонах гор отдельные ущелья заканчивались небольшими плато, поросшими травой. Сюда, наверх, забирались лошади из лежащих поблизости хуторов, образуя большой табун. Иногда они паслись у реки или на берегу моря. Только Крапи, любимец хутора, привыкший получать лакомые кусочки, мог один, когда ему вздумается,…

— Знаете, Джей-Би, — сказал он, похохатывая, как типичный йоркширец, чтобы скрыть смущение, — раз уж вы забрели ко мне, я вас не выпущу, пока вы не согласитесь. Как вам нравится такая постановка вопроса, а? — Я с удовольствием напишу это предисловие. Я давно ждал случая высказать…

Ну а если б меня накрыли в русском лагере, я был бы уже мертв. После пяти лет лагеря я шатался по оживленным улицам, мысленно отбирая самые подходящие фразы на случай моего ареста, когда я буду ПОЙМАН НА МЕСТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, — и у меня были заготовлены тысячи уверток и алиби. Но с собой я таскал…

Закрывая окна балкона (еще только наступил июнь, а потому ночи были прохладными), я подумал, что подобное дурное предчувствие, по-видимому, было вызвано моей отцовской тревогой: Айна, вопреки возражениям Ингрид, поехала сегодня утром вместе с ней на автомобиле на экскурсию в Барселону, и они до сих пор…

Тропинка была скользкая, поэтому Бектемир ехал шагом. Опустив поводья, он задумался о своих делах. Вдруг лошадь остановилась и, несмотря на понукания, не двинулась с места. «Что же это такое, чего она насторожилась?» — подумал Бектемир и огляделся… В нескольких шагах от тропинки лежал человек. Бектемир…