Проза

Я пожелал Соло спокойной ночи, а сам постучался в ICQ к той самой девушке, чью аську проверял Соло. Angi84: Приветик, Южный ветер! Как дела? Что-то как-то по-английски вчера ушел. Южный ветер: Сетка рухнула. Angi84: Так на чем мы вчера остановились? Южный ветер: На том,…

   - Куда уходить? - удивился я.    - На тот свет, конечно!    - Тот свет? - господи, так вот что это за покой. Это смерть! Нет, я не хочу!    - Вставай!    - Я... я попробую, - соглашаюсь и силюсь встать. Ничего не получается.   …

С Бирючьего перевала открылась белая россыпь горных деревенек. Максим опять велел шоферу прижаться к обочине грейдера. — Хотите душу отвести? — лукаво улыбнулся Михалыч. Максим счел за благо промолчать. Отсюда, с перевала, был хорошо виден северный, башкирский урман — на него грузно накатывалась…

Девочка вышла такая, как мечталось. Вита – жизнь. Витутой ее в младенчестве дачная хозяйка в Паланге называла. Так и пристало это имя. Жизненные силы переполняли Витуту. Она все могла, и ничего ей не было трудно. Одно только казалось непостижимым: что за зверь такой – мужчина? Как с ним управляться?…

Я сердечно благодарен всем, кто помог мне в написании «Жизни…», в первую очередь Александру Иличевскому. Я безмерно благодарен моей жене Елене, которая терпеливо слушала мое чтение и поправляла мой стиль, и моей любимой теще Тамаре Семеновне Вайсман. Я благодарен Владимиру и Катерине Лебедевым, Юрию…

– Самолет? – спросил Андрюшка, передавая Вовке плоскогубцы. – «Самолет»! Чудак ты… Получше будет!.. Я за это лето построю… Тут он вспомнил, что это тайна, и прикусил язык. Галка спросила его с надеждой: – А тебе, наверно, здо-орово попало за то, что ты получил переэкзаменовку? – Попало… Главное,…

К чему тогда вся эта суета? Достаточно съездить туда на неделю, найти покупателя на квартиру и снова вернуться в Устье. Денег этих могло бы хватить, по здешним меркам, на несколько лет вполне обеспеченной жизни. Счастливых и спокойных. Рядом с женщиной, которую я люблю и ради которой готов принести в…

Осмелев, Джордж подошел поближе. Поднял край шерстяного Лореттиного одеяла. Там были ноги, пальцы поджаты – десять перепуганных свидетелей его преступного раскрытия. Лоретта вздрогнула и мощно, как землетрясение, перевернулась на живот. Ночная рубашка задралась до пояса, и перед Джорджем предстал роскошный…

Но в нашем читательском сознании Тендряков заявил о себе сразу, крупно и заметно, в начале 1950-х годов, словно бы миновав пору литературного ученичества. Время, общественная ситуация способствовали появлению целой плеяды писателей, устами которых правдиво заговорила доселе почти молчаливая послевоенная…

— Приходи завтра, — сказал он. На следующий день Ротфельд снова постучал в дверь Шальмана, и на этот раз она распахнулась сразу же. — Сколько ты сможешь мне заплатить? — спросил старик. — Значит, ты выполнишь мою просьбу? — Скажи, сколько заплатишь, и тогда я дам…

И тут у меня появляется новая идея — написать в какой-нибудь другой журнал, к примеру «Современная женщина», что моего ребенка тошнит по утрам, когда нужно идти в школу, что мы не знаем, как нам быть, моя жена стесняется рассказывать об этом и я решил написать, авось ответят. И они мне отвечают, очень…

Многіе его сверстники, способности которыхъ были совершенно ничтожны передъ его выдающимися способностями, уже сдлали блестящую карьеру, получили большое вліяніе и твердо и спокойно поднимались по лстниц всевозможныхъ отличій. А онъ оставался все тмъ же незамтнымъ, темнымъ работникомъ: труды его пропали…

— Позвольте, тетенька… Да вдь она теперь съ этимъ самымъ генераломъ… съ его превосходительствомъ Анемподистомъ Валерьянычемъ… — замтилъ племянникъ. — Ничего не обозначаетъ. Они и по сейчасъ душа въ душу живутъ. Генералъ назжаетъ къ ней два, три раза въ недлю и недавно ей серьги — вотъ съ какими брилліантами…

Дождь все усиливался. Косой, мелкий, спорый, он по-летнему щедро поил землю. Подставив открытую голову дождю и ветру, Стрельцов жадно шевелил ноздрями в тщетной надежде уловить пресный запах оттаявшего чернозема – нахолодавшая земля была бездыханна. И даже первый после зимы дождь – бездушный и бесцветный…

Афанасьич вышел из зрительного зала. В фойе попискивали скрипочки, покрякивали трубы — музыканты настраивали инструменты. Праздничные танцы в клубе всегда проходили под оркестр, хотя тут имелась превосходная японская техника, Но разве сравнить по чистоте и нарядности звука живые инструменты с проигрывателем.…

– Нога, нога, – говорила она задумчиво, идя с нами, уже подросшими и тоже стрижеными, по стриженому осеннему калужскому лугу, – но что ж, в конце концов балерина тоже может быть порядочной женщиной. Я знала одну, в Сокольниках – у нее даже было шесть человек детей, и она была отличная мать, настолько…

И почти сразу я оказалась у двери, рассыпая извинения, что сегодня у меня первый рабочий день и что я забыла необходимые бумаги дома, или в офисе, или черт знает где их я там забыла. Раздался мерный щелчок, и дверь захлопнулась. По ту сторону осталась допивать свой кофе Ирья, у меня уже от него начинался…

— Александр Яковлевич, приехали! — раздался голос водителя. Шустер открыл глаза. Он сидел в машине, в бок упирался дипломат. — Вздремнули маленько, — спросил или констатировал водитель. — Приехали уже. Весной этого года Александр Яковлевич вошел в новую фазу своей карьеры. Точкой отсчета можно…

И у меня стала складываться сказка про красавицу-царевну. О том, как ее заколдовала злая баба-яга и превратила в птичку-зимородка. Одежда на птичке так и осталась царская: из золотой парчи и голубого атласа. А печальна царевна-птица оттого, что баба-яга забросила в реку серебряный ключик, которым отмыкается…

Девять лет спустя я снова очутился недалеко от Граден-Истера. Я путешествовал тогда по Англии в одноконной телеге, с походной палаткой и небольшой переносной печкой для моей незатейливой кухни. Сам я целый день шел пешком около телеги. Вечером я распрягал лошадь и устраивал ночевку, по возможности…