Проза

— А как же телефоны? — Насчет телефонов… — командующий улыбнулся. — Вот у начальника контрразведки интересное предложение. Прошу… — Господа… — начальник контрразведки оглядел присутствующих. — Я предлагаю вашему вниманию шифр, разработанный на основе повседневных переговоров наших офицеров. Они,…

Какое сразу началось счастье! Под пальцами, как живые, картошка, крупы, мясо. Первый урок с мясом! Фарш налип на пальцы, и Слава их облизал. (До сих пор любит сырой фарш и не понимает, зачем котлеты портят тем, что жарят?!) У Григория Никитича, их мастера, любимая была присказка: «Повар с голоду не помрет!»…

Прошло уже больше месяца с того дня, когда, оправданный, благодаря своим связям и громкому имени, он вышел из суда таким же самоуверенным, каким и входил туда. Теперь все эти крикливые судейские, эти решетки, эта потная от давки и жары любопытная толпа, грязные свидетели и прочий сброд, вульгарный и…

«Я так и знал! — бормотал он в смущении, — я так и думал! Это уж всего сквернее! Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая мелочь, весь замысел может испортить! Да, слишком приметная шляпа… Смешная, потому и приметная… К моим лохмотьям непременно нужна фуражка, хотя бы старый…

— Может, открыть ставни, как ты думаешь? Чтобы есть — света хватит, и огарок сэкономим. — Верно! Что масло мимо хлеба пронесем, бояться не приходится. Он встал и открыл ставни, а жена задула свечу. Над крышами и деревьями в саду Педагогического училища вставал белесый рассвет. Справа чуть вырисовывался…

Намного позднее, когда я служил в Армии обороны Израиля, запах этот обнаружился на складе полкового обмундирования, и я с удовольствием принюхивался к полученной мною форме. Это воспринималось мною, как физически ощутимый привет из времен Габриэля Тироша, все более удаляющихся в забвение. Такие приветы…

— Ты, старая сука, сама ссы, — еще один у них пробудился, и Гаврилов знал, кто: всей России известный отчаянный вор по имени Сухоруков, молодой мужик с черными веселыми глазами. — Айда, голуби, айда! Слышно было, как они вставали, кряхтя и бранясь. Ударившись о прут, звякали цепи. — Дзенькую, пан, —…

Но пока — эшелон ехал в Ашхабад, и заснеженные казахстанские степи оглашались нашими звонкими песнями. Пели по вечерам, у пылающей буржуйки, жадно пожиравшей штакетник и другую «деловую древесину», которую братва «с корнем» выдирала на станциях и разъездах. Запевалой был рослый красавец Лева Марков,…

Заявился еще один поковщик, Лукстов Гач, так же как и Грантсгал из самого дальнего в волости придаугавского края. Ему кузнец лишь мотнул головой. Гач сразу заметил свои сваренные лемеха, крепко связанные черемуховой вицей, вынес их и, кинув наземь, принялся доставать из кармана замотанные в тряпицу деньги.…

Благо, окружающие не давали забыть. Речь не о бытовых проблемах — кого только в России не ругают. А вот учился Цанаев в аспирантуре: объявили, кто первым диссертацию представит, поедет на стажировку в американский университет. Так ему отец такие наработки оставил, что он на год, если не на два, опережал…

— Этого я не знаю. А вы, сэнсэй? — Я тоже не знаю. Хотя полагаю, что они преследуют какую-то выгоду. Не станет современный человек просто так устраивать беспорядки. Ловчат они, вот и всё. — Неужели?.. — Кадоно посерьёзнел. Но Дайскэ больше ничего не сказал. Бесполезно. До Кадоно всё равно не дойдёт.…

* * * Через перевалы путь до Грозного неблизкий, а зимой и вовсе непростой. Учитывая исключительность, дед Нажа даже предложил свой видавший виды вездеход. Эта колымага с изношенной резиной могла, наоборот, стать обузой в пути, а в столице — посмешищем, предметом пристального внимания милиционеров.…

Но нет — истина не только в этом. Она и в том, что всю эту ситуацию мы можем принять как вызов и на него ответить. Ответ может быть только один — возвыситься над суетой сует, но четко осознать скоротечность нашей жизни до такой глубины, чтобы мы могли простить друг другу и каждый всем — всё. Ведь к этому…

Больной, лицо, нос, подбородок, воротник оранжевой шерстяной рубашки, полы голубоватого пиджака которого были залиты алой кровью, так спокойно лежал на операционном столе, словно там, на той называемой Парапетом площади, били не его, а его злейшего врага. Он крепко спал, хотя из груди у него вырывались…

       "Реалист есть лживый свидетель человеческого существования, осквернитель воли Творца. Реализм... в своих объектах и художественных акциях апеллирует к прозаической логике домашних хозяек".        Ни Гробман, ни Кабаков никогда не стремились изобразить на своих полотнах внешний облик окружающего…

С хрипом предсмертным ворота отворятся, Шлепанье лаптя по грязи послышится… Это деревня со смертию борется, Знать, еще жизнь в ее сердце колышется. Осень тоскливая, осень ненастная!.. Холод, туманы, безлюдье унылое… Шлепают, лапти… И тени ужасные; Сердце терзают с мучительной силою. …

По-видимому, там нет ничего действительно компрометирующего, но вы прекрасно знаете, что внешние представления обманчивы. А беспокоит вас то, что ваш аппарат мог попасть в недобрые руки. И вот вы уже жалеете о некоторых фотографиях, нескольких письмах и разговорах. Прошлое, семья, деньги, секс… Хорошо…

В середине шестидесятых годов в душе писателя постепенно назревал внутренний кризис — и это несмотря на то, что литературная известность его в те годы постоянно росла. Эстетический и нравственный опыт писателя никак не хотел укладываться в те довольно жесткие рамки упрощенных представлений о социалистическом…

Аннушка уложила вещи, оплатила гостиничный счет, тут же в кафе при гостинице выпила кофе. На глаза ей попалась местная газета, она отыскала в ней некролог. Он занял всего несколько строчек: «После долгих, терпеливо сносимых страданий на 59-м году жизни скончалась И. Матэ, урожденная Эдит Дечи. О дорогой…

Вокруг всё сияет. Кругом тепло душ. Одна из таких уже исходила из покинутого мной тела, душа человека, которому она в действительности принадлежала. Она была ярко-жёлтой и теперь неприкосновенной. А также непригодной. Мне нужно тепло. Я бросился к какому-то телу, без разбору, полагаясь исключительно…