Проза

III Томка первым услышал его шаги на лестнице. Он ещё не верил, что это возвращается самый любимый его человек. Когда я открыл дверь и хозяин вошёл в комнату, Томка не бросился к нему, не стал лаять и прыгать. Он только завилял хвостом, лёг на бок и закрыл глаза. Может быть, он опять боялся проснуться.…

Его величество расспросил, как живётся мне в лейб-кирасирах (в 1802 году я попросился сам из кавалергардов в лейб-кирасиры), говорил с восхищением о матушке моей, интересовался, не рассказывала ли она мне о своих отношениях с князем Потёмкиным-Таврическим. А в конце перешли мы на девчонок, до которых…

Татьяна беглым взглядом окинула зал, чтобы убедиться, что среди них нет посетителей ее клуба, и, приняв равнодушный вид, направилась в туалет. Глянула на себя в большое зеркало. Под глазами – тени. Не стоило пить с последним клиентом! Но он так пристально смотрел, что она не смогла сымитировать глоток.…

– Вряд ли, – засомневался я. – Сами мы, конечно, попасть сможем, но вот девушек с собой провести, вряд ли. – Плохо, – выразил Илюха наше общее мнение и снова вернулся в область мечтаний: – А в антракте она захочет впечатлениями театральными поделиться, возбуждение свое эмоциональное наружу выплеснуть.…

Свет фар впереди, сзади, сбоку – куда не кинь взгляд. Пробка, ежевечерний городской пейзаж. Ну, раз уж собралась – деваться некуда. Стой, как все. Муж рассказал ей все сам. Столько лет прожили вместе, вот и привыкли делиться. Выдал, а потом в глаза заглянул: – Что мы теперь будем делать? Красиво…

Да, виновата. Обошла вниманием. Простите, Петрович! Теперь только о вас. Сегодня, во всяком случае… Итак, Петрович. Он у нас солидный, наш Петрович, неглупый и довольно пожилой парень. Уравновешенный и спокойный. Правда, временами – весной, в полнолуние, в новолуние, в воскресенье, по утрам, после…

Она говорила монотонно и скучно, повторяя, видимо, заранее заученный текст. Андрей взглянул на камни, на которых слабо просматривались черепоообразные личины, чем-то похожие на маску из фильма «Крик»: там маньяк надевал её, чтобы напугать свою жертву, прежде чем пустить в ход нож. Личины показались…

– Чего? – Я ищу Паннонику, – сказала я. – Кого? – Паннонику, – повторила я, проклиная свой английский акцент. – Ее обычно Никой зовут. – А, Баронессу! Так бы сразу и сказала. Дверь распахнулась, за ней обнаружилось небольшое подвальное помещение – убогое, прокуренное, тесное. Немногочисленная…

Он намазал несколько кусков булки мармеладом и отыскал свой фонарик. А потом полез на чердак по специальной лесенке, которой пользовался мистер Браун, когда чинил крышу. Паддингтон никогда ещё не бывал на чердаке. Там оказалось даже темнее, чем он думал. Сделав всего несколько…

Панораму мозаичных картин города и портретов горожан начинает глава («тетрадь») «В старом доме», целиком построенная на автобиографических мотивах: в Иване Максимовиче Пшеницыне и его близких легко узнаются сам автор и члены купеческого рода, из которого он вышел. Пшеницыны — такая же «низовая», «промысловая»…

(Из заметок путешественника) [1] I Петербург и Москва Весна действует одинаково выпирательно как на петербуржца, так и на москвича. С самого Пафнутия Боровского (по-московски), т. е. с первого числа мая (по-петербургски), и тот и другой лезут вон из города, москвич сухопутьем, загромождая…

(Рассказ чиновника) [1] — Что же, Иван Макарыч, еще по рюмочке долбанем? а? — Нет-с, Петр Егорыч, многонько очень уж будет: этак и ног с места не сволокешь. Нет-с, не буду, потому зарок дал — не пить под Новый год. Да-с. — Эва! — Ей-господи, так-с. Я вам сейчас всю эту канитель объясню:…

— Эй, зубрила, гони домашку, — потребовал он, толкая меня в плечо. Недовольно фыркнув, но ничего не сказав, я достал из портфеля задания и отдал ему. В последнее время я стал делать двойную работу, потому что знал: одну из них все равно отнимут. Я привык. Может, так даже лучше — буду хорошо знать предмет.…

Вот останавливается автобус у лавки. Хьюго Берглюнд покупает спиртовку, кастрюлю, две бумажных тарелочки, два бумажных стаканчика, две пластмассовых вилочки, два пластмассовых ножичка, открывашку для консервов, одну банку «Пильзнера» и одну банку лимонада. Вот сидят Хьюго Берглюнд и Лиса Будэн у пенька…

И Мартын поднял белый флаг. Продолжали вечер уже вчетвером. Девушки рассчитались со своим официантом и пересели к молодым людям. До закрытия кафе покидать его никто не собирался, как не уходят из театра до окончания спектакля. Девушку, с которой началось это приятное знакомство, звали Ниной. Она…

Его предприятия под запретом, банковский счет заблокирован, друзья отшатнулись как от прокаженного; все, что у него остается, — чистая совесть, что он полюбил обожающую его женщину, и он уходит в сторону вечной ночи небрежным шагом строителя империи, из-под ног которого ускользает земля. Сие гнетущее…

Про тачанку Ты лети с дороги, птица! Зверь, с дороги – уходи! Видишь – облако клубится? Это маршал впереди. Ровно вьются портупеи, мягко пляшут рысаки; все буденновцы – евреи, потому что – казаки. Подойдите, поглядите, полюбуйтесь на акцент: маршал Сема наш водитель, внепартийный…

Добравшись до Парижа, отыскал адрес Доры. – Я прекрасно понимаю необычность просьбы. – Говорите, после Пабло всё обычно. – Позвольте поцеловать кольцо Пикассо! Она не отказала, приоткрыла сундучок и протянула кольцо. После Доры Маар я был первым, кому позволили коснуться великой ревности мастера.…

Как только наступает хмурая зима с мрачной вереницей морозов, снега и холодов, нас охватывает и вскоре полностью овладевает нами неодолимое желание уехать в солнечные края. Мы думаем: как хорошо было бы пожить там, на берегу синего моря, наслаждаться вечной весной, упиваться тонкими ароматами цветов,…

Огромный пароход «Индия», шедший с грузом хлопка из Сан-Франциско в Ливерпуль, попал на мину, выпущенную германской подводной лодкой, и быстро пошел ко дну. Из нескольких сот человек, бывших на пароходе, разместилось по шлюпкам немного более половины, остальным угрожала и скоро наступила для них смерть.…