Проза

Часть первая МОНТАЖ 1. — И когда ты его принимаешь? — спросил Этуотер. — Рекомендуется принимать после каждой еды, — ответил Прингл, — но лично я принимаю его только после завтрака и ужина. Мне этого достаточно. Они сидели внизу, в баре. Наверху играл оркестр,…

— Повидалась. Спасибо… Как только отец помылся, переоделся, сразу же сели за стол. Девки: Зинаида и сноха Ольга — крупная, голубоглазая, с русыми волосами, уложенными в венчик, принесли закуску и дымящиеся пельмени в большом деревянном блюде. Ольга уселась рядом с мужем Максимом — широкоплечим, смуглым,…

Лео дал возможность всем излить свои эмоции, сам же забрался в машину, потеснил цветы, пристегнул ремнем безопасности положенную на переднее сиденье шкатулку с пластинками — никогда не знаешь, когда кому заблагорассудится вдруг вынырнуть у тебя перед носом и преградить дорогу, — тогда спасет лишь резкое…

Семеныч безропотно отвернулся и присел на краешек постели. Его широкая спина была напряжена, а плечи – чуть сгорблены: – К врачу точно не надо? Я могу платно и анонимно сюда вызвать. – Нет! – вскрикнула Она, тряхнув рассыпавшимися по плечам длинными каштановыми волосами. – Не надо!!! Со мной все…

Ласково и радушно встретил Альберто своего незнакомого собрата (хроника, но крайней мере, не нахвалится его гостеприимством). Душистые ванны с амброю были к услугам Балдуина; столы гнулись под тяжестью яств. Хозяин показал гостю свои корабли — он был владельцем двенадцати судов, бороздивших морские просторы,…

— Так не играют. Твой ход! У меня не было ни малейшей охоты играть, на душе стало муторно. — Отвяжись! Нашел время для шахмат! — огрызнулся я. Он с недоумением на меня уставился и обиженно замолчал. Поезд набирал скорость, и в вагоне все понемногу угомонились. Но тут стали разносить воду, и снова…

И вот, получив после десяти лет службы квартиру с лифтом и мусоропроводом, взглянув сверху на город, в котором все это совершилось, я решил сызнова прочитать свою сумбурную жизнь, без самообмана и фальши понять, как все произошло… II Я родился перед самой войной, в те короткие и для меня почти былинные…

Облокотившись на бортик, он придерживает сидящего на перилах шестилетнего дядю Валю в черном котелке, словно какого-нибудь отпрыска заморского аристократа. Мой папа Гера восьми лет – в двубортном пальто с отложным бобровым воротником, тоже в респектабельном котелке с перехваченной лентою тульей, в чулках…

– Эме, не забывай: у тебя сыновья. Их воспитывать и воспитывать! Она еще говорила, когда отец завел мотор своего «Пежо-504». Мы с Обембе выскочили наружу, однако машина уже выезжала за ворота. Отец уехал. Всякий раз, стоит подумать о случившемся и о том, что это было последнее утро, проведенное нами…

Я люблю воскресенье. Люблю его за то, что оно похоже на всеобщее избирательное право, на разведанные запасы нефти, на заключительную пресс-конференцию, на разбавленный виски и боковой тренд. На утомительный простор, ленивую тень пальмы, сбор чемоданов, выбор места для посадки, на остановку по требованию.…

— Тебе поговорить больше не с кем? — спросил Роман, не поворачивая головы. — Есть. — Антон барабанил пальцами по столу, подперев другой рукой голову. — Ты разговаривать не хочешь? Ты вообще ни с кем не разговариваешь, вечно сам по себе. О тебе даже никто ничего не знает, ты никому не рассказываешь.…

Видится, как толпы студентов валом валят на мои семинары и лекции и слушают меня, раскрыв рот, а не зевают, играют в шахматы и преферанс или лапают девчонкам колени под столами. Набившие оскомину, многажды повторенные истины вдруг обретут новый смысл, и я отброшу свои старые студенческие конспекты и…

«Этот Дима». «Ну так…» «Позволь напомнить». И пока Ксения в красках расписывала достоинства красавчика-спортсмена, Джема всё ярче краснела и всё искреннее смеялась, зажимая рот ладонью, чтобы не наделать шума и не разбудить отца. Вдруг за балконной дверью раздался глухой удар, послышалось копошение.…

За окном во всю стену падал снег. Снег сыпался, вился мокрыми белыми прядями между высотными домами, налипал на зеленоватую черепицу готической церкви с крестом на башенке и крупными иероглифами на фасаде над большим круглым окном, летел на бетонные ограды, магазинчики внизу, строения с какими-то изогнутыми…

– Я хотела с вами поговорить, – сказала она. – Я вас слушаю, – вздохнул он. – Вы к метро? – Я к метро. Она рассказала, что занимается Швецией. Конкретно – политическими партиями. Пересказала свою диссертацию. Видно было, что интересуется, неглупая и, наверное, прилежная. Говорит складно. Вероятно,…

Ну и вот, мне шестнадцать, вечер, свечки, мы втроем, и мама говорит: – Ксю, пришло время сказать тебе то, что надо было сказать раньше, но. Рано или поздно ты все равно узнаешь, поэтому, – она почему-то ставила точки в неожиданных местах. – Мы решили сейчас, чтобы. При этом ничего не изменится, все…

Нина Аверьяновна смотрит на меня строгими серыми глазами: – Светлана, объясните, как это случилось! – Нина Аверьяновна, позвоните в Ростов, там скажут, что я – никогда, никогда в жизни… – Конверт был запечатан? – Да. – Зачем вы вообще ввязались в это дело? – Она попросила меня. – Но почему…

Как и другие ребята, морозной уральской зимой я катался с гор на лыжах, лыжи были у нас почему-то без палок да еще взнузданы веревочками, как вожжами. Летом крутил педали велосипеда на треке; участвовал в футбольных боях по дворам — за высокий рост и сильный удар меня неизменно ставили беком. В те…

Выев весь живот, медведь лег на этот раз прямо у своей жертвы и так проспал до утра. Утром он сходил к реке напиться, затем снова принялся за добычу. Так продолжалось пять дней. Доев лосиху, медведь отправился к берлоге. Она была на склоне небольшого бугра под верхушкой сваленного бурей кедра. Медведь…

А с работой как? Я дала стандартный ответ: оставила юридическую фирму, когда родился Анри, и теперь работаю из дома, так удобнее, баланс и всё такое. Пока я говорила, я изучала её лицо, пытаясь понять, что изменилось. Конечно, пластика век, сильная подтяжка лица, включая лазерную хирургию и микротоковую…