Проза

Я воспитывалась в Сен — Сире [1] . Блестящее образование, которое мы там получали, на самом деле давало очень мало. Я покинула институт шестнадцати лет, чтобы выйти замуж за маркиза де Р., которому стукнуло пятьдесят, и не смела жаловаться, так как все меня поздравляли с блестящей партией и все бесприданницы…

Как несвязно мое письмо! Перо после долгого перерыва не слушается меня. Мысли разбиваются после лихорадки успешного сватовства. А затем… — как мне это сказать?.. — ваше письмо, то есть оба письма, ваше и Барбары, своей лаской и теплотой повергли меня в недоумение. Я чувствую себя беспомощным. Точно вы…

Вдруг он на секунду задумался и взял меня в свои тёплые руки. — Ты чудесная! — сказал он. — Я очень люблю тебя! Ещё пара абзацев, и, пожалуй, будем завершать. Скоро ты станешь самой настоящей Книгой. Я быстро-быстро закивала, боясь, что добрый человек исчезнет. Но он лишь подмигнул…

— Вы не находите, что очертания берега на что-то похожи? — Да, в самом деле, — я снова силилась вспомнить, кого же напоминает его голос. На что походит мыс, сразу стало понятно. На голову дракона, на кончике носа — усы. — Пешком до мыса самое быстрое — час, — предупредил…

— Хотя, — добавляет мама, — не во всем надо искать пользу. Некоторые вещи просто красивы, прекрасны сами по себе. — Мамин взгляд устремлен вдаль, во тьму. — Может, и жизнь со временем изменится, кто знает?.. Анна об этом не задумывается. Звезды мерцают, искрятся. Воздух — точно…

— Это очень хорошо… что вы задумали, — торопливо и путаясь проговорила она,— вам будет теперь гораздо лучше и… вас там поместят… вы идите, я распоряжусь… Корделия Платоновна!.. — Не беспокойтесь, Лидия Александровна,— говорком проговорила надзирательница. — Идемте, Козодоева. Когда девушка уходила,…

Но 70–80-е годы для кафковедения — время уже довольно спокойное. Эра «сенсационных открытий», кажется, завершилась: никто не делает из Кафки «знамя», его просто продолжают изучать. Правда, работ синтетического характера стало явно меньше. В поле зрения чаще попадают отдельные аспекты творчества. Статьи…

Думаю, я сказал уже довольно, чтобы заинтриговать читателей и побудить их следить за интригой и сюжетными поворотами этого приключения далее самостоятельно. Отмечу только, что со времен Гюго наши знания о море несколько изменились, и благодаря изобретению другого француза, Жака-Ива Кусто, мы уже знаем,…

Отец ушел в присутствие, где принимают новобранцев. Неодетая маман присматривала за уборкой. Я взял книгу и читал, как Чичиков приехал в город Эн и всем понравился. Как заложили бричку и отправились к помещикам, и что там ели. Как Манилов полюбил его и, стоя на крыльце, мечтал, что государь узнает об…

Конница — одним, а другим — пехота, Стройных кораблей вереницы — третьим, А по мне, всех краше на земле на черной Только любимый! [5] Я повернулась спиной к гавани, мысу и мерцающим огням, расстилающимся понизу, в Митилене. По-прежнему храня молчание, мы двинулись по направлению к нашему…

С ночи мы вышли из укромного местечка, где прятались, но у кромки болот Педро велел ждать рассвета. Я удивилась - до тех пор, пока не прошла при свете дня первые сто шагов по этой анафемской топи. Как старик находил дорогу даже днем - уму непостижимо. Факундо угадывал его шаги, ведя Дурня в поводу, а…

Что, черт дери, происходит?  — с беспокойной тоской подумал он. — Почему ты здесь? Только когда все улеглись спать, Иэн получил ответ на свои вопросы. — Я разберусь с твоим оружием, — шепотом сказал он Джейми, вставая на ноги. — А ты побудь у костра чуть подольше, отдохни малость, хорошо? — Пламя…

Стефанотис. Тоже перекличка? Неужели она помнила стефанотис? А иначе зачем бы его заказывать, вплетать в косу? Перед нашим домом в Брентвуд-парке, где мы прожили с 1978 по 1988 год (два этажа, большая прихожая, ставни на окнах, при каждой спальне своя гостиная), домом, с виду настолько традиционным…

Когда шум патруля затих вдали, дядя Мада перевёл дух и вытер пот со лба. – Каждый раз с ужасом думаю о том, что будет, если однажды меня схватят. По-моему уж лучше дать растерзать себя мумии или одному из тех свирепых чудовищ, что населяют гробницы, чем подвергнуться казни через вечное проклятие. Не…

— Андрей, примешь команду! Усилен- ный огонь. Сдержать во что бы то ни стало! Первый взвод за мной! Бегом, один по одному, под огнем с чешского броневика, от ямки к ямке, от бугорка к бугорку спешит первый взвод на выручку Франца. Увидали казаки, разомкнули кольцо и левым крылом в обхват.…

Путь этот вёл к столице огромного царства хеттов, средоточию мощных крепостей и роскошных капищ неведомых богов. В тогдашнем мире говорилось, что хетты самый заносчивый и воинственный народ из всех народов, живущих на земле. От них к берегам Нила доставляли коней чёрной, как ночной мрак, и, подобной…

І став Сіддхартха плекати в собі невдоволення. Став він здогадуватись, що й батькова любов, і материна любов, і любов Говінди, його товариша, не завжди й не навік даруватиме йому щастя, тамуватиме спрагу і вдовольнятиме його, що цієї любові йому буде мало. Став Сіддхартха здогадуватись, що високоповажний…

Поэтому я думаю, что мой роман о дружбе. То есть само слово какое-то мерзко-советское, хреновое, с запашком халтурных переводов по подстрочникам и дешевой гостиницы на трудовой окраине, но мы были нужны и интересны друг другу, и, это, конечно, спасало. И то, что этот хер с горы Ральф Олсборн позвонил-таки…

— Сережа, Огонек я, так меня дома звали. — Это было все, что осталось в памяти. У Грача я прожил три года. Грачом и убежал от него, убежал на выстрелы орудий, доносившиеся со стороны леса: говорили, что там восток и оттуда наступает Красная Армия. Грачом и попал в детский дом… — Ты как идешь, разве…

– Да вы понимаете, что вы сделали?! Вы понимаете, что мировая общественность вас осудит! Что будет, когда об этом узнает Буш? Шушкевич ответил, что Борис Николаевич уже сказал Бушу, и он нормально воспринял эту новость. И тогда на другом конце провода Горбачев устроил немую сцену… Они попрощались.…