Проза прочее

– Я бегу, жарко, ноги в протезах потеют. У меня с собой были запасные специальные чулки, пришлось менять. Я чувствую: хлюпает протез. На землю сажусь, чулки снимаю, пот с кровью выливаю, быстро протираю ноги, надеваю сухие чулки и – вперед! Это ведь марафон, отставать нельзя. Вдруг смотрю: едет карета…

Той же осенью на кладбище состоялась первая казнь. Федор наблюдал за конвоем из-за ограды. Шестерых заключенных вела казачья сотня – несколько всадников впереди, несколько позади. Остановились за кладбищем, поставили столбы, привязали преступников. Федор слышал, как один из привязанных что-то крикнул,…

Но как же далека притчевая фабула книги «Учитель» от этой лапидарной и упрощенной трактовки. По сути, новое произведение Шалвы Александровича – это открытый судебный процесс над авторитаризмом в целом и авторитарной педагогикой как его проявлением в частности. Перед напряженным вниманием потрясенного…

А то, что ответил мне Денис из пятой группы на самом первом занятии, когда я проводила небольшой соц. опрос на тему, кто до этого изучал английский язык, одновременно ошарашивает простотой своего изложения и повергает в шок. – А меня тётя Наташа хотела научить английскому языку и умерла… Что ответить…

ПОЦЕЛУИ & PROSECCO В городе снег, А над побережьем Италии падают листья. Листья кружат, оставляя следы на воде. В облаке снег, появившись, растаял так быстро - Также как линии жизни меняются быстро в судьбе. Снег, покружив, долетел до земли, вмиг растаял, - Холод не справился с нежным…

Передо мной сразу картина. Вечер, идет медленно снег, мы гуляем по парку, и я предлагаю тебе глупое занятие – ловить ртом снежинки. Кто сможет ответить на вопрос, есть ли вторые половинки, наши родственные души. И самое главное, как и где встретить ее. 22 02 11 Как выразить словами то,…

Когда наступает вечер, я пью чай и иду в свою комнату. Раньше я всегда читала перед сном, но сейчас я почти не понимаю того, что написано. Я долго лежу с открытыми глазами, а потом засыпаю. В моём окне на чёрном– чёрном небе видны звезды, которые висят над нашим огородом. Сколько я помню, они были там…

Когда наступает вечер, я пью чай и иду в свою комнату. Раньше я всегда читала перед сном, но сейчас я почти не понимаю того, что написано. Я долго лежу с открытыми глазами, а потом засыпаю. В моём окне на чёрном– чёрном небе видны звезды, которые висят над нашим огородом. Сколько я помню, они были там…

– Это лицо очень смешное на твоей голове, – сказала она. – Вот если бы я мог пролезть в эту щель, тогда было бы смешно, – ответил Андрей. – Глядишь – и прощай, свобода. Вскоре после спасения Джеки он был свидетелем на свадьбе Наташи и Витамина. Прежний Наташин муж – Лёня Часов. Алёна, слыша его…

Я прекрасно понимал, что подобные связи едва ли можно назвать настоящими отношениями, но упрямо твердил себе, что это именно то, что мне требуется: регулярный секс и никаких обязательств. Предел мечтаний любого подростка. Только я уже не был подростком. А может, думалось мне тогда (каким же я был бесчувственным…

– Что?! Ты и Джереми? – Стивен сделал вид, что его вот-вот вырвет. – Что у вас с Джереми? – Ничего, – ответила я им обоим и почувствовала, что краснею. Жаль, что я еще не успела загореть, и это всем заметно. – Мам, то, что мы хорошие друзья, не значит, что между нами что-то есть. Пожалуйста, давай…

Да, это Она. А это стало быть Он. Похож на свои фотографии. В голове шумит текила. Походка слишком тверда для трезвого человека. Сок агавы придаёт лёгкость и отчётливость мысли. – Добрый вечер! Недоумённо-напряжённый поворот головы от Него. Испуганный взгляд от Неё. – Я присяду? Вы не…

Кто не бежал, прижав уши, по такой страшной бронхитной погоде, кто не промокал до позвоночника, кто не пугался парадных и подворотен, тот не оценит животное, кухонное, батарейное тепло человеческого жилища. Кто не слышал, как смерть дует в спину, не обрадуется радостям очага. Так что, если драгоценное…

Волна шлепнула меня по лицу, я набрала полный рот воды. Я вдруг поняла, что камера тянет меня на дно, словно камень – ремень от моей фотокамеры «Никон» оборачивался вокруг моей шеи. Она уже никогда не будет работать. Трясущимися руками я стащила с себя фотоаппарат через голову. В памяти мелькнуло…

– Они меня и правда не смущают, но так забавно наблюдать за людьми и их реакциями… Я даже прозвища даю. – В смысле? – Ты всех превзошла. – Да ну? – «Исследовательница». В панике смотришь по сторонам и выискиваешь: откуда может прийти опасность… – Может, от тебя? – От меня?! – Может, ты…

— Хочешь покататься? — спрашивал он, проворно соскакивая со своего сверкающего велосипеда, и тут же больно сжимал руку. От этого рукопожатия приседал до земли каждый, не только я, но и другие, покрепче меня, взрослые, даже мой отец (ваш отец, думаю, тоже бы присел…). В тот раз Гвильдис даже не спросил:…

Бесконечная череда каламбуров доводила до изнеможения, смех неудержимо распирал его изнутри и наконец вырвался наружу неукротимым, всепоглощающим… нет, уничтожающим все на своем пути хохотом. Скорость, с которой сменялись картинки перед глазами Сергея Сергеевича, росла. Только он успевал отреагировать…

Тихо и хорошо. Предрассветные часы. Скоро проснутся птицы. Мой волк О. К. Первый раз я повстречал своего волка во сне. Дело было зимой, и я, выходя из маршрутки, испугался, увидев на тропинке огромного волка. Кажется, я в него начал чем-то кидать. А потом стало стыдно: он же ничего мне не…

Прошло два года с тех пор, как Джинни в последний раз была в пристройке над ресторанчиком «Лапша на 4-й стрит». (Ее родители называли эту квартиру «тем местом, что над фабрикой жира». И это было совершенно справедливо. В «Лапше» все было очень жирным, но это был хороший жир. Здесь готовились самые вкусные…

У меня семь совладельцев недвижимости. Как семь гномов. Однажды, войдя, когда они шушукались, я им бросила: «Ку-ку, вот и я, ваша Белоснежка!» Они даже не засмеялись. Никакого чувства юмора! Совладельцы? Скорее, семеро соседей, семь семейных (семь семейных? – хм…) очагов, угнездившихся в семи апартаментах,…