Проза прочее

Вскоре я пошел в школу. Надо сказать, что парнишкой я был толковым, и поэтому учеба давалась мне легко. В начальной школе я учился только на «отлично», в старшие годы на «хорошо» и «отлично». Но в моем аттестате о среднем образовании все-таки есть одна тройка – по русскому языку. «Увы, для немца это…

2. Ведение дневника было обязательно для масонов. Масон писал, как все обычно пишут в дневнике, о чем думает, что чувствует. Но вот что самое важное: масон на заседании масонской ложи зачитывал свой дневник!.. И другие масоны говорили ему, что хорошего и что плохого в том, что он думает, что чувствует…

– Пора бы вообще полностью оштукатурить да покрасить, как думаешь, Коля? Мологин радостно кивал и пулеметно выстреливал очередную малоразборчивую фразу, общий смысл которой хоть и с трудом, но угадывался – давно пора, мол, чего же вы?.. – Решено, будем заниматься. Директор был человек славный,…

Она замолчала, подошла к окну и уткнулась лбом в прохладное стекло. В коридоре зазвонил телефон. – А пошли бы вы все! – громко сказала она и не тронулась с места. «Все эти сопли, охи и вздохи. Посмотрю на вас через полгода – когда вскроется завещание. Когда будете дербанить фирму, квартиру и дачу.…

Моего брата-близнеца назвали Мишелем (седьмая песня с первой стороны альбома Rubber Soul), хотя в песне это имя женское. Гинеколог не разглядел на УЗИ его пипку. Ничего не поделаешь, мы с ним лежали тесно-тесно. Errare humanum e t – человеку свойственно ошибаться. Зато какой сюрприз при родах! Но имя…

– Сынок, у тебя храброе сердце. Я так рад, что ты победил! – Спасибо большое! – ответил Флипп, рассматривая свой заслуженный приз «Золотые рога». Животные зааплодировали ему и к вечеру стали разъезжаться по своим далёким местам. Родители обняли своего сына, а братья были тоже очень рады за него.…

–Я только встал вообще-то…. Кира громко фыркнула и вылетела из ванной. Артем спокойно почистил зубы, умылся, после чего вышел в зал. Кира стояла одетая вместе с Матвеем и требовательным тоном сказала: –Ты нас повезешь или нам на такси доехать? Ты вообще собираешься ехать? –Кира, я только проснулся,…

Писатель (смотрит на картину) . Да, задница у коня, мне кажется, что получилась. Художник. Бездарность, задница у твоей жены, и из-за этой части… Скажи, а сколько лет ты был женат? Писатель. Двадцать. Художник. Вот это ты попал, и весь мир с тех пор ты видел через это. Представить только, столько…

– Но его еще нужно заработать, – говорит Эльфи и достает с буфета очки и брошюрку с кроссвордами. – Заработать? – Я думаю о деньгах, ведь их у меня нет. – Да, – поясняет Эльфи, – нужно сходить в Мистайл, к церкви Святого Петра. – Она хочет, чтобы мы убрались из дома, – переводит мне ее сын, обнимает…

У шазде родилось двенадцать сыновей и одна дочь, от разных жен. Десятым его сыном был Салар-хан; его родила Ханум ханума. И только этот сын остался жить с ними, остальные разъехались кто куда. Однако после того как Салар-хан сделал своей временной женой дочку старосты деревни Майан, между ним и его женой…

– Бросьте! В моем случае только так все и могло закончиться! – Почему? – Потому что бог боится меня. Слишком много неудобных вопросов его ожидает. Соседка опирается на трость и тяжело вздыхает. Я молчу. Меньше всего сейчас мне хочется говорить о боге. Пожелав старушке добрых снов, я беру пакеты…

Он поставил поднос на столик и открыл окно, выходящее в сад за домом. Его граммофон был красивейшей деревянной вещицей с шикарным золотым рупором. Он приподнял иглу и мягко опустил ее на пластинку цвета лакрицы. Голос Эла Боулли [1] разнесся по комнате, проникая в сад, чтобы составить конкуренцию…

Для Викторианской эпохи в целом характерно резкое повышение интереса к Средним векам. Идиллическое прошлое воспевается писателями и художниками девятнадцатого века: прерафаэлитами в живописи, А. Теннисоном в поэзии. Согласно Полю Мейеру, «романтический пыл викторианцев превратил Средние века в золотой…

В действительности, неоднократно такая буря миновала городок, потому что и попасть в него татарам было не очень легко, и маршруты их проходили дальше, и спускаться в овраги, ведущие в этот уголок, было небезопасно, так как любая горсть могла нанести большое поражение. Население, если Липки появлялись…

Когда тот человек с улицы входил в комнату, в первых скрипучих дверях глаза молчащего мужчины уже его с ног до головы смерили и исследовали. В конце концов, в нём легко было узнать кого-то, кто так страдал, что почти не ведал, что делает и что с ним произошло. Его одежда показывала некогда возможно состоятельного…

– Как не знаешь? А кто должен знать? – поразился Погодин. – Может, и начались, у меня болит вот тут! – Даша неопределенно показала рукой на весь живот и стала рассказывать, как сегодня проснулась от ноющей боли и у нее стало что-то подтекать. Боль не была сильной, и жена вначале не хотела просыпаться,…

Для начала состояние туго спеленутого кулька, в котором принято было во времена моего младенчества держать всех новорожденных, меня лично не устраивало категорически. Я кряхтела, пыхтела, извивалась и краснела от натуги, но минут через пять после пеленания уже умудрялась каким-то непостижимым образом…

– Лерочка, доченька, ты же учишься! Я не хочу, чтобы ты тратила на меня своё время. Я даже настаиваю, чтобы в будни ты ко мне не приходила. Учись! Это главная твоя задача на несколько лет! – как всегда прямо держа спину, она подошла к дочке и обняла её. – И не надо грустить! Подумай о том, что ждёт тебя…

Мы самозабвенно на два голоса распевали «Мой костёр в тумане светит», особенно то место, где «Вспомяни, коли другая…». Потом я приходила домой, демонстрировала маме свои успехи. Мама тоже любила петь, поэтому «Шаланды» ей были ближе всяких там классических упражнений, и она считала, что я правильно…

– Иннуся! – сладким голосом кричала Клара, стоя на крыльце подбоченясь. – Чего? – не сразу откликалась дочь. – Иди, солнышко, кофе пить, – ворковала Клара. Конечно, это был не кофе – кофе был им просто не по карману, – а какое-то пойло, дешёвый напиток, но к нему полагались пряники или овсяное…