Научно-образовательная

— И в какой мир меня отправят? Что мне там делать? — Один из знакомых тебе миров. — Каких знакомых?! Я, кроме Земли, нигде не был. — В вашей фантастике описаны многие из них. — Так это вы подкидываете авторам сюжеты! Но зачем? — Мы не можем вмешиваться напрямую, но с помощью таких, как ты,…

Но была и приятная изюминка в таком расположении моей квартиры – к ней вела широкая монументальная лестница высотой в этаж, практически как во дворце. По крайне мере, когда я спускалась по ней, я ощущала себя принцессой, не меньше. На лестничной клетке, если повернется язык так назвать широкую террасу…

Изнутри в лицо бросилось нечто, показавшееся с перепугу крупным и злым. Рух отшатнулся и закрылся рукой. По голове полоснуло упругое кожистое крыло. Угревшийся внутри нетопырь мерзко пискнул и выпорхнул в залитый чернильным облаком коридор. – Тварь! – крикнул мохнатому ублюдку Рух. – Попадись мне ужо!…

— Пить — прохрипел я и попытался открыть глаза. С трудом это удалось. С начала всё плыло как в тумане, но постепенно стало проясняться, нечёткие тени обрели чёткую картину. Встретился взглядом с пожилой женщиной, лет пятидесяти с небольшим. Худощавое лицо, правильные черты, немного обострившиеся с возрастом.…

Но ладно, думал я. Моя работа — всего лишь провести их туда и обратно, следить, чтобы никто не сломал шею по пути и чтобы все оказались в целости и сохранности. Моя задача ясна. Если они хотят искать мифы среди уральских гор — их дело, а вот моё — провести их через это как можно тише и без лишних разборок.…

— Я бы посидел да поглядел… — Железяка вдохнул. — Руслан, пошли поможешь с управлением. Будет теперь что в барах рассказать. Тут он был совершенно прав! Настроение у всех поднялось. На сенсорах мы видели, как ксентари перестраиваются, поскольку с противоположной от них стороны появился превосходящий…

—О, Первый, ты как раз кстати! Раздам на четверых, – слегка хихикнув, начала тасовать карты вторая. Через пару десятков минут, когда человек с номером один выложил на стол каре, а номер пять, имея две пары, уже почти сломал свой же стул от негодования, в комнату зашли сразу двое. —Опа, Шестой, Четвертый!…

— Вас вдвое больше, чем нам интересно. — А там — вдвое меньше. — Если там вообще хоть что-то есть! Мариды громко заржали. Однако весело было только им: несмотря на то, что окружающие внимательно следили за развитием скандала, вставать на чью-либо сторону никто пока не спешил — все ждали ответа…

— И что же ты видела? — спросил я все так же безразлично, садясь на кровать. Голова уже не болела, но какая-то слабость оставалась. — Что видела? Я как дура неслась в академию, чтобы встретиться с тобой — и что я вижу по прибытию? Ты пропал и тебя ищут. А когда тебя нашли — к счастью, это произошло…

Почему я сделал такие выводы?! Если до восемьдесят восьмого года события в этом мире происходили также как и в моём, то потом начались резкие отличия. Александр Третий дожил до двадцать девятого сентября одна тысяча девятисотого года. У Николая Второго жена не «Гессенская муха», а Елена Орлеанская.…

Отсюда и вытекал тот факт, что Йонатан и его отряд провели столько времени в поисках Ардана и его семьи. Окта… герцогиня Анорская ведь не знала, где именно они встретились с мальчиком-барсом. А Алькада, простиравшаяся едва ли не от края до края Империи, слишком большая, чтобы попросту угадать местоположение.…

И я понял, что роднило его с Адой. По крайней мере внешне. Синяя энергия, бушующая в его радужке. — Например? — ничуть не смущаясь спросил я. Твёрдо. Прямо отвечая на его взгляд своим. — Например то, о чём мне было бы интересно знать, — его намёк становился всё жирнее. А потом в ход пошла и угроза:…

Есть при дворе императора верные люди, донесли новости. Вредить потомкам своего друга, которых сам возвел на пьедестал, я не стану. Мне плевать на власть над миром, магия — вот что действительно важно! Она уже дала мне неимоверно много. Я самый древний человек на планете. Старик сделал свое дело, старик…

С тонкими ножками, непонятно каким чудом держащие тяжелый, надутый живот. Тот едва-едва спасался в штанах и сорочке широким, шелковым поясом, замотанным в несколько слоев. В руках с кожей, нежнее, чем у детей, господин держал длинную трость с набалдашником в виде вороньей головы. Опирался на неё всем…