Классическая проза

її сестра, міс Уотсон, сухоребра стара діва в окулярах, саме приїхала до неї на житло й відразу ж учепилася до мене з букварем. Вона мордувала мене цілісіньку годину, аж урешті вдова звеліла їй відчепитися від мене. Ще трохи — і я б не витерпів. Потім цілісіньку годину я нудився, сидячи в хаті, і ніяк…

У себя дома резидент ходил в одном лишь саронге [1] ; своей невысокой, округлой фигурой он напоминал раскормленного шестнадцатилетнего юнца. Вставал он рано, к шести часам утра ему всегда подавали один и тот же завтрак: ломоть папайи, холодную яичницу-глазунью из трех яиц, тонко нарезанный голландский…

Большущая коробка, а внутри — усадьба, как в Латинской Америке, и стадо коров. И запах нездешний, неведомый, так что кажется, будто усадьба очутилась в Париже по недоразумению, перенеслась сюда случайно. Если расставить на ковре эвкалипты, сразу чувствуешь их величие и веет простором. Сквозь эти просторы…

Сестры, у двери, глядят друг другу в лицо. Все трое бледны. Все догадались, но не смеют сказать. Ждут. Это знакомая походка. Он идет по сеням. Распахнулась дверь. Хлынул жуткий холод зимней ночи. Николай, в осеребренной снегом шубе, стоит в дверях. Его никто не спрашивает. Он спешит проговорить приготовленный,…

«Три дня назад?» «Да… И ноги у него разложились. Обе ноги разложились, начиная с ляжек.» Хандзабуро снова изумился. Судя по их разговору, во-первых, он умер, во-вторых, со времени его смерти прошло три дня. В-третьих, его ноги разложились. Такой ерунды не может быть! В самом деле, вот его ноги… Но…

– Ну ладно. Иди, – сказал наконец лейтенант A. Отдав честь, S. повернулся кругом и пошел быстро к люку. Но когда он отошел на несколько шагов, лейтенант A., стараясь подавить улыбку, неожиданно окликнул его: – Эй, постой! – Слушаюсь! S. резко повернулся. Волнение снова разлилось по всему его телу.…

– О горе мне! Эта болезнь вошла в меня так же прочно, как гончая впивается в кабана, и я не в силах вырвать ее из моего тела… И как же мучительно болеть зимой на землях Бургоса, – вполголоса пожаловался дон Энрике. – Все безжизненно, мертво, погребено и навсегда забыто. И я, несчастный, я, король Кастилии,…

Гашиш, действительно, перешел к нам с Востока: возбуждающие свойства конопли были хорошо известны древнему Египту; в Индии, в Алжире, в счастливой Аравии она – под разными названиями – пользовалась широким употреблением. Но и у нас наблюдаются довольно часто любопытные случаи опьянения растительными…

Оставалось только укрыться в лесу и там, в чаще, переждать день, пока новая ночь не окрылит его для незримого полета в небесах. Вот каким образом он встретил свою жену. В тот день, необычно теплый для начала ноября в Иллинойсе, хорошенькая юная Брунилла Вексли, судя по всему, отправилась доить затерявшуюся…

Заместитель кивнул. Мистер Уилберфлосс его утомлял. Иногда очень утомлял. А в эту минуту все в нем просто ныло от утомления. Намерения главного редактора были наипохвальнейшими, он думал только о благе газеты, но имел привычку обсуждать подробно каждую мелочь в третий и в пятый раз… Он был мастером повторять…

– Разве я не сказал, что собираюсь достать для тебя деньги? – Я тебе от всего сердца признателен за верную дружбу, – ответил Кольцов, – но я не могу жить на чужой счет. Ведь в моем случае речь идет не о сиюминутной поддержке. У меня нет никаких перспектив на будущее, и даже если я перейду на хлеб и…

– Таракан! Вот она кто. Тараканище! – сказала мисс Мосс. – Я могла бы привлечь ее к суду за то, что она выхватила у меня письмо, еще как могла бы! Не сняв ночной сорочки, она начала натягивать на себя белье. – Если бы мне только расплатиться с этой женщиной, я бы ей всё тогда выложила! Она бы меня…

Ему объясняют, что дом этот принадлежит г-ну де Реналю. Это на доходы от большой гвоздильной фабрики построил верьерский мэр свой прекрасный особняк из тесаного камня, а сейчас он его отделывает. Говорят, предки его — испанцы, из старинного рода, который будто бы обосновался в этих краях еще задолго…

В 1796 году вся миланская армия состояла из двадцати четырех шалопаев в красных мундирах, и они охраняли город совместно с четырьмя великолепными полками венгерских гренадеров. Распущенность достигла крайних пределов, но страсти были явлением редкостным. Помехой тому была неприятная обязанность все рассказывать…

Я не могла вернуться домой, потому что зашла слишком далеко и стало очень холодно, но мне повстречалось несколько тигров, и я устроилась между ними так уютно, что почувствовала себя на верху блаженства: у тигров удивительно приятное, ароматное дыхание – это потому, что они питаются земляникой. Я еще…

— Это лучшая твоя работа, Бэзил, лучшее из всего того, что тобой написано, — лениво промолвил лорд Генри. Непременно надо в будущем году послать ее на выставку в Гровенор [3] . В Академию не стоит: Академия слишком обширна и общедоступна. Когда ни придешь, встречаешь там столько людей, что не видишь…

– Папа, почему ты не ешь? - спрашивают дети. – У меня сегодня... пост, - отвечает Хаим Хайкин. – Опять пост? Сколько же у тебя постов? – Меньше, чем дней в неделе. И Хаим Хайкин не лжет. Постится он часто. Конечно, бывают дни, когда он ест. Но день, когда он постится, для него самый лучший. …

—  …изданного в… в?..  — переспросил Годешаль. — Скажите же наконец, когда, Букар! — В июне месяце 1814 года, — ответил письмоводитель, не отрываясь от своих бумаг. Стук в дверь прервал на полуслове диктовку многословного прошения. Все пятеро писцов, крепкозубые, с блестящими насмешливыми глазами,…

Итак, в судебной камере находились шестнадцать арестантов, судья и два судебных пристава. Судья, как выяснилось, исполнял одновременно и обязанности секретаря. Свидетелей не было. Граждан Ниагара-Фоллс, которые могли бы тут увидеть воочию, как в их городе совершается правосудие, также не было. Судья…

Он бежал, как на учении: наклонив голову, сжав кулаки; палка торчала у него под мышкой, кожаная сумка с письмами и газетами мерно била его по боку. Дом мэра стоял на краю рощи — она заменяла Ренарде парк — и одним углом выходил на маленькую заводь, образуемую здесь Брендий. Это большое старинное здание…