Историческая проза

— Заколдован? Дура, ты дура рекрутчина. Да колдовство ведь великий грех, а Александр Васильевич, дай Бог ему здоровья на сто лет, человек набожный, благочестивый, а что Бог в боях его хранит, так на то Божья воля. Бог всегда защита праведнику, а наш генерал воистину благочестивый. Вот послужите под его…

Но в Орде все изменилось, когда власть перешла в руки мурзы Эдигея, который, подобно Мамаю, стал распоряжаться и ханами, и ордою. Эдигей хотел заставить Василия повиноваться, но не решился открыто напасть на Москву и прибегнул к хитрости. В 1408 г. он дал знать Василию, что идет на Литву, а сам повернул…

Врачи, наши и иностранные, в белых халатах, окружили смертное ложе и с плохо скрываемой иронией наблюдали за нервными пальцами доктора Зайтца, который не мог себе простить поспешного заключения. Были минуты, когда он, уверенный в том, что спасет царя, пытался внушить свой оптимизм другим. Доктор Зайтц…

Иванко ростом был высок, сообразителен и в расцвете своей телесной силы. Свирепые черты лица и грубый характер выдавали в нем человека кровожадного; даже живя среди ромеев [3] , он никак не изменился в сторону смягчения духа и улучшения… НИКИТА ХОНИАТ [4] Он был для ромеев драгоценной опорой…

«Только матушка понимала, — подумал Бестужев-Рюмин. — Всегда понимала!» Он вспомнил, как по утрам входил к ней в комнату, жарко натопленную, уставленную множеством мягких предметов. В комнате над всем царствовала огромная кровать с пуховиками и перинами, покрытая розовым атласным одеялом. Екатерина…

Тангейзер смотрел им вслед. Эта семья была похожа на стаю уток. Они были плохо подготовлены к трудному и опасному путешествию, но, по крайней мере, сумели выбраться из Парижа. – Удачи, – сказал им рыцарь-госпитальер, но ответа не дождался. Он проехал под первой из двух решеток и оказался в караульном…

— Как же. Еще и ребелией [ Ребелия — здесь: бунт. См. Словарь устаревших слов в конце книги ] обзывают. Уже мы разбойниками стали! — Завтра и не то еще услышишь, Добрыдень. — Так сорока еще будет стрекотать? — И не одна. Из боковушки вышла дородная женщина в желтом платке и коричневом кунтуше.…

По дороге надо было замедлить шаги около одного незабываемого дома. Может быть, она еще спала в своей узкой девичьей постели, в комнате с цветочками обоев, с кисейным туалетом, с фотографией Максимова на стене? Нет, она не спала. Открылось окно. В одной руке она держала сдобную булочку, другою дружески…

Беседы на эту тему между монахом и хозяином много раз возобновлялись, но чаще всего около немало видевшего монаха собиралась группа слушателей его рассказов о других землях. О новых завоевателях турках тогда ходили самые разноречивые разговоры, одни их хвалили за честность и мужество, другие порицали…

Этот грузный шестидесятилетний великан окружал подчеркнутым вниманием своего отца Зигфрида Шудлера, основателя банка «Шудлер», которого в Париже во все времена называли «барон Зигфрид»; это был высокий, худой старик с голым черепом, усеянным темными пятнами, с пышными бакенбардами, с огромным, испещренным…

Мы были в Аттике, были в Арголиде, окрасив ее глубокие охристые лощины зеленью. Мы останавливались на многих островах, которые, растянувшись от Греции до Азии, составляют путь богов… Первое разочарование нас ожидало на Самосе. Там Гера произвела на свет Гефеста. Мы-то воображали, что плодом наших совершенных…

Хотя монастырский колокол уже отзвонил, Кати так увлеклась трактатом Лютера, что забыла надеть плат. Теперь, боясь последствий своего опоздания, она наспех покрыла свою недавно подстриженную голову и побежала вниз, прыгая через две ступеньки. Задыхаясь от бега, она проскользнула мимо остальных монахинь…

Нищий вскочил и, заслоняя рукой свои оловянные глаза от жгучего июльского солнца, стал присматриваться к толпе, которая, окружив кого-то, провожала к воротам. К толпе этой со всех сторон подбегали люди, и она росла, ширилась и волновалась. — Ничего не разберу! А должно быть, московским зеворотам занятно…

Абигейл вспомнила прочитанные накануне строки стихов доктора Юнга: [1] Друг ценнее любого риска. Беден тот, у кого нет друзей; Мир, даруемый другу, — достаток. Она была согласна с Юнгом, тем более что у нее никогда не было друзей. Родственников ох как много! Семейство ее матери, Куинси,…

Всего какой-нибудь месяц назад Петербург охватила тревога: отходит всероссийская матушка императрица Анна Иоанновна. Была она тучной, словно вся заплыла жиром, но вряд ли кто мог предположить, что в её-то годы — сорок семь лишь прожила на свете — к ней подберётся смерть. Но, видать, караулила её давно…

— Да, папенька. Я как узнал, что с вами произошло, — и к капитан-поручику Ремезову. Он отпустил и велел кланяться вам, сказал, что очень вас уважает. — Спасибо, сынок. Спасибо за то, что пришел. Они долго молчали. Наконец сын осмелел, спросил: — За что ж вас, папенька? Вы ж за польский поход орден…

Нянюшка, перекрестившись, посадила Марию на разобранную всё ещё постель, за подушку, и сверху кинула одеяло. Она ничего не сказала, но девочка опять сама поняла, что надо сидеть тихо. Тот, кто поднимался по лестнице, остановился перед дверью в детскую, а потом вошёл. Нянюшка вскрикнула. …

Варяги – это не нация, а профессия. Варягами в то время называли воинов и торговцев, которые приходили из других земель с мечом или торговать. Воинские отряды варягов набирались из наёмников разных национальностей, в том числе и славян. Норманнская теория зарождения Русского государства утвердилась…

Ан нет: где-то в 9.50 со стороны границы из-за снежного занавеса вынырнули две машины – уазик и за ним полупустой «Урал». Затормозили у ооновского поста, задним ходом придвинулись к крыльцу, и выскочивший из уазика невысокий плотный майор оголтело налетел на меня с просьбой найти простыню. Тут же с подножки…

Минуло сім років. Тмутаракань Вона прилітала до русів тоді, коли Мара і Морок розпускали свої чорні крила над землею Даждьбога. Подавала знак. Волхви бачили цю дивну птаху і йшли за нею, а вже за волхвами тягнулися цілі роди. Синьокрила Сва – так називали її далекі предки, що поклонялися Даждьбогові…