Историческая проза

— Та-ак… — Бульдожьи ноги Лютича переступили на месте, упершись в землю еще прочнее, и снова невидимое движение руки, и снова мотнулось напрягшееся сверх предела лицо солдата, и проступила алая влага в углу сжатого рта. — Значит, знал, как положено отвечать? Знал?! — Так точно,…

В «Капитане гренадерской роты» живо обрисована бироновщина, кошмарный и также малоизвестный период русской истории, когда ничтожный служитель крохотного двора Курляндской герцогини Анны Иоанновны, не признаваемый соотечественниками дворянином, неожиданно для всех стал правителем Российской Империи. Искусно…

Отца часто охватывали приступы беспричинного гнева. Точнее, все начиналось с пустяка, например, из-за нечаянного сквозняка, или с того, что матушка, чтобы как-то развеять отца, начинала рассуждать о европейской войне, или просто он не мог найти очки. Тогда лицо вдруг наливалось кровью, глаза мутнели,…

— Идти мне в Яшме давно не к кому. А вот из рубки полюбоваться — за это спасибо от души! — Надевайте тогда бушлат и шапку; чемоданчик свой и пальто оставьте у проводницы, внизу. Зима — не вата, не греет нашего брата! Наверху таяла утренняя сизо-сиреневая мгла, разбавленная медленным приливом…

А обычно армия ребят делилась на свои группки, компании друзей-одногодков. Ну конечно, в компанию мог затесаться кто-нибудь на год младше или старше, но не больше. Пятнадцатилетние считали тринадцатилетних молокососами, а те — одиннадцатилетних, а они — десятилетних — и так вплоть до самых что ни на…

Несколько дней Сципион готовился к триумфу. Он вложил в это дело весь свой организаторский талант. Усталость от общественных мероприятий, накопившаяся в нем за многие годы проконсульств, отошла на задний план, отступив перед важностью задачи, состоящей в том, чтобы великому походу придать величественное…

— Спасибо, господин, может, и я когда-нибудь тебя отблагодарю. По деревянному мосту всадники проехали над широким рвом и подступили к Золотым воротам — главному входу в город со стороны суши. Ворота были украшены прекрасными скульптурами, среди них выделялись статуи Геракла и Прометея. Через…

Королева Елизавета скрежетала зубами от ярости, когда до нее доносились угрозы противницы, но ей приходилось очень туго, потому что Франция и Испания приняли сторону Марии, а в самой Англии грозною силою являлась для Елизаветы католическая партия. Поэтому она была принуждена лицемерить, и у нее хватило…

«Вот и все, — подумал он. — Теперь можно и умереть». — Не можно, Иван, — услышал Он и увидел Евпатия Коловрата. — Разве не исполнил я, что обещал воевода? — спросил сотник. Евпатий сощурился и в упор глянул на Ивана. Огладил рукою бороду и усмехнулся. — Исполнил.…

Как и в «Капле крови», снова эстафета — времен, поколений, традиций. Ключевой мыслью о их неразрывности пронизана, как видим, не одна страница прозы Назира Сафарова, последовательно и устремленно осуществляющего своими очерками, рассказами, документальными повестями «постоянное дело публицистов — писать…

Подняв, наконец, голову, он гордым и небрежным жестом указал на огромного лосося, лежавшего в лодке. — Это все, что ты жертвуешь оракулу? — сердито спросил старик. — И вот еще это, — отвечал викинг, снимая со своей руки, вздувавшейся громадными мышцами, золотой обруч. Взвесив его в руке и оставшись,…

— Кажется, сегодня эти молодцы что-то замышляют… Тальма махнул рукой: пусть! Тальма играл Нерона, коварного жестокого и несчастного, который всевластен и бессилен, злобен, горек, одинок. — Пусть!.. У Тальмы была хорошая память. Теперь его ругают «якобинцем»? Что же, прежде ему кричали «жирондист».…

И снова ковыляют человек и его тень. Опять тихо-тихо, опять звенит струна грустно и мелодично, точно стон тоскующей ангельской души. Где же другой? Уткнувшись головой вперед и смешно растопыря скрюченные ноги, лежит один. Точно кланяется земным поклоном перед образом. Где же другой?.. «Не спрячешься,…

Моя глубокая благодарность губернатору Вологодской губернии Владимиру Евгеньевичу Позгалеву. Не мне одной помог он найти документы и установить могилы родных в крае, который служил для многих горьким пристанищем. Искренне признательна я сотрудникам музеев в городе Нежине, Тотьме, в Днепропетровске,…

И пока я раздумывал о любви, из мглы вынырнула широкая, черно-желтая карета. Тоже запряженная шестеркой. Ее кучер остановил лошадей, дверца с императорским гербом открылась, и из императорской глубины выпрыгнул юноша. Одет он был так же хорошо, как и я. Высокий, широкоплечий. Он поклонился и сказал по-немецки:…

Гамилькар покачал головой. – Что прикажешь делать, Гамилькар? – Теоптолем переминался с ноги на ногу, – Куда мне их отвести? – Проводи их в столовую, что расположена рядом с шатром Совещаний! Пусть подкрепятся. Я спущусь чуть позже! Есть над чем поразмыслить! Да, Теоптолем! – окликнул, повернувшегося…

– Тогда они нас точно всех перебьют, – Бозан прошел мимо, на ходу похлопав меня по плечу. – Пошли. Надо перекусить. Отец взял меня за руку, и мы направились к длинному столу, где уже стояли приготовленные блюда с мясом, хлебом, фруктами и кувшины с вином. – Сперва мы должны убедиться, что противник…

На прошлой неделе наш сосед-тракторист напился и начал бить жену, приревновав ее не то ко мне, не то к брату жены моей. Мальчонка ихний прямиком пустился к бабе Мане. Она вскорости явилась, огрела Сергея палкой, и тот враз протрезвел, прощения просить стал: бес, видишь ли, его попутал. Характер старухи…

Жара выжимает последние капли пота, одежда пропитана солью, лица исполосованы ожогами. Но люди идут. Идут днем и ночью, боясь остановиться и отдохнуть, боясь ночевок и сна, боясь отстать друг от друга… Не жара страшит их. Их гонит враг. Жестокий, как волк, бесчисленный, как саранча. Аулы Великого…

– Твоїми вустами Бога цілувати. До речі, серденько… – У тебе стільки милих слів!.. Мабуть, за них я й кохаю тебе. – Ти покохала мене за голос. – Я покохала тебе всього. І голос твій теж. Кохають – ніколи не знають за що. Не кохають за ніс, за губи, за брови – кохають усього. А коли отак в розбіг…